Чтение онлайн

– Ах!
– она смотрела себе под ноги. Помолчав, подняла голову: - Я своих друзей не совращаю. Аш молчала, не сводя с нее глаз.

– Когда-нибудь, - продолжала Флора, - я тебе расскажу, как меня в тринадцать лет выставили из дома, тогда я оделась по-мужски и отправилась в Салерно, я знала, что там женщинам можно учиться. Ну я ошибалась. Много времени прошло после дней Тортулы. [В XI веке Дама Тортула из Салерно была клиницистом. Она считается автором многих трудов, в том числе и книги "Женские болезни". В Средневековье считалась одним из передовых медицинских авторитетов. Другие женщины-клиницисты также обучались в Салерно, но к пятнадцатому веку эта практика могла прекратиться.] И я тебе расскажу, почему Жанна Шалон, которая мне почти мать, только имя другое, не заслуживает моей "лояльности". Командир, ты вся разваливаешься. Выпьем. Флора криво улыбнулась.
– Аш, да что это с тобой!

В ее голосе было столько презрения, что Аш покраснела - и от стыда, и от облегчения; и пожала плечами с деланной беззаботностью:

– Да, тебе в жизни тяжело пришлось, я все понимаю. Прости, Флора. Я и впрямь глупость сморозила.

Флора кокетливо поиграла бровью, изображая преувеличенную естественность.

– Выпьем.

Аш отодвинула клапан палатки и выглянула наружу. Отсюда, с опушки леса, виднелись костры главных сил бургундской армии, ставшей лагерем дальше к югу; в небе рос серебряный серп луны.

Два дня до первой четверти, подумала она, автоматически определив степень полноты луны. Только пара недель.

– Господи, сколько всего случилось! Неужели уже середина августа? А перестрелка в Нейсе была в середине июня. Два месяца назад. Черт побери, я и замужем-то всего шесть недель...

– Семь недель. Эй, - из палатки послышался голос Флоры.
– Выпей-ка еще.

Луна, поднявшаяся над восточными холмами, заливала серебряным светом все окружающее.

– Капитан!

Она обернулась, и вдруг все перед глазами увидела отчетливо и ясно: раскрашенные плакаты со схемами анатомии человека на стенах палатки; легкомысленное лицо смеющейся Флоры. Такая ясность зрения наступает при шоке или в бою - подумала она и спросила:

– Флориан, когда я болела, у меня кровь отходила?

Флора дель Гиз, нахмурившись, отрицательно покачала головой:

– Нет, я следила. Крови не текло вообще. При таких, как у тебя, ранах кровотечение не бывает сильным.

Аш безмолвно качала головой, потом сказала:

– Да ну тебя, я не об этой крови говорю. О женской. Два раза у меня была задержка, в этом и в прошлом месяце. Я беременна.

6

Женщины уставились друг на друга.

– А ты что-нибудь принимала?
– потребовала ответа Флора.

– А ты как думаешь! Я не такая дура! Бальдина дала мне носить амулет, подарила на свадьбу. Я надевала его в мешочке на шею оба раза, когда мы...ну, каждый раз.
– Аш почувствовала, как в душном вечернем воздухе лоб ее покрылся испариной. Тупо ныла рана.

Она увидела, что Флора дель Гиз рассматривает ее, но не знала, какое зрелище представляет собой: перед врачом предстала молодая девица в рейтузах и великоватом для нее камзоле; на поясе сбоку привешен меч, за пояс заткнуты боевые рукавицы; ничего женского во внешнем облике, если не считать каскада волос и лица, вдруг ставшего похожим на лицо двенадцати летней девочки.

– Значит, амулет, - бесстрастно произнесла Флора. Она говорила тихо, будто боялась, что с улицы их подслушают.
– Значит, ты не воспользовалась ни губкой, ни свиным пузырем, ни травами. Только амулетом.

– Да ведь раньше всегда помогало!

– Благодарение Господу, у меня нет этих проблем! Я не дотронулась бы до мужика, если...
– Флора, плотно обхватив себя руками, быстро заходила взад-вперед по доскам, положенным на полу, чтобы не нанесли грязи. Остановилась перед Аш:

– Не тошнит?

– Я думала, это из-за раны в голове.

– Грудь болезненна? Аш подумала:

– Кажется, да.

– В какой фазе луны ты текла?

– Почти весь этот год - в последней четверти.

– Когда последний раз?

Аш нахмурилась и глубоко задумалась:

– Как раз перед Нейсом. Солнце было в знаке Близнецов.

– Давай я тебя посмотрю. Но ты, несомненно, влипла.
– Флора говорила резко и убежденно.

– Ты мне что-нибудь дай!

– Чего?

Аш пошарила рукой позади себя, подтащила табурет и села, аккуратно разместив ножны сбоку от табуретки. Руки сначала скрестила на животе, потом схватилась за рукоятку меча.

– Ты мне дай-ка что-нибудь, чтобы избавиться от этого.

Беловолосая женщина-лекарь только руки опустила, они неподвижно повисли. Палатка скрипела от порывов ночного ветра, фонарь качался. В свете фонаря она искоса неуверенно смотрела в лицо Аш:

– Ты просто не подумала еще.

– Подумала уже!
– У Аш все внутри похолодело от затопившего ее страха, и она, держась за деревянный, обитый кожей эфес меча, смотрела на его головку, граненную в форме колеса. Ей вдруг захотелось выхватить клинок и нанести удар. Острое желание объявить, что она - это она. Она старалась отыскать в себе какое-то новое ощущение, отличие от своего обычного состояния, но ничего такого не чувствовала. Ни капли ощущения, что в ней есть зародыш.

– Могу дать тебе вина с травами, чтобы ты успокоилась, - предложила Флора.

От этой заботливости, профессионального успокаивания нервничающего пациента, гнев Аш вспыхнул снова. Она вскочила на ноги.

– Нечего со мной так носиться, будто я уличная шлюха! Не буду я рожать этого ребенка.

– Родишь, - Флора дель Гиз взяла ее за руку.

– Ни за что. Вырежь его из меня.
– Аш высвободила руку.
– Нечего тут болтать, что мол хирурги этого не делают. У нас в обозе любая баба, когда ей грозила смерть от еще одних родов, прекрасно избавлялась, полковой хирург это делал.

– Нет. Я давала клятву, - Флора говорила сердито, усталым голосом. Помнишь условия своего контракта? И я заключила такой же. "Не делать аборт". Никому!

– Теперь все знают, что ты женщина, и все скажут, что ты не сообразила дать клятву. Именно так думает о тебе твое докторское братство!
– Аш чуть-чуть вытащила клинок из ножен и рывком загнала его обратно.
– Не стану я рожать ребенка от этого человека!

– Значит, ты уверена, что это от него? Пощечина была рассчитанной, от солидного шлепка щека Флоры стала ярко-красной, из глаз у нее потекли слезы.

– Да, - заорала Аш, - от него!

Грязное лицо Флоры засияло, на ее лице появилось какое-то непонятное Аш выражение:

– Законный ребенок! Боже мой, Аш! Это может быть мой племянник! Моя племянница! Не проси, чтобы я его уничтожила.

– Оно не шевелится, оно не лягается, оно просто еще ничто, - злобно смотрела на нее Аш.
– Поняла, да? Слушай меня внимательно: я не стану рожать этого ребенка. Если не ты, я найду другого, кто мне это сделает. Я не буду рожать этого ребенка.