Чтение онлайн

Впереди показалось открытое пространство, и они въехали на площадь, с двух сторон ограниченную водными потоками. Площадь оказалась треугольной: в этом месте как раз было слияние рек. Стражники с высоких сверкающих городских стен, опершись о свое оружие, с любопытством рассматривали кавалькаду, - это были ухоженные, хорошо вооруженные люди, по лицам видно, что давно не испытывают голода.

– Ваша светлость, - Аш обратилась к графу, - видите ли, про меня всякое болтают: будто я слышу Голоса, будто я не слышу Голосов, будто нашему отряду, Льву Лазоревому, на самом деле платят визиготы, потому что я сестра Фарис... Вот такая болтовня.

– Вы не желаете ли, чтобы от вас отказались, поскольку иметь дело с вами - большой риск?
– поинтересовался де Вир.

– Вот именно.

– Мадам, ответственность за контракт обоюдна.

Де Вир проговорил эти слова довольно обыденно своим хриплым от участия в битвах голосом, но Аш с неудовольствием и с огорчением почувствовала, что теряет присущий ей цинизм. Солнце било прямо в глаза. У нее перехватило горло.

Как можно безразличнее она сказала:

– Их генерал, эта Фарис, ведь она по рождению рабыня. Она этого не скрывает. А я... внешне похожа на нее. Как два щенка одного помета. Кем тогда меня считать?

– Храброй женщиной, - учтиво ответил граф Оксфорд. Она смотрела прямо перед собой жестким взглядом. Он встретился с ней глазами:

– Потому что вы сумели найти выход: предоставили в мое распоряжение план, как напасть на врага в его самом укрепленном городе. Я же не усомнился в вашем беспристрастии, а мог бы. Ваши соображения совпадают с моими. Будем надеяться, что герцог согласится.

– А если нет, - Аш оглядывала богато разряженных рыцарей эскорта, черта с два мы сможем что-то сделать. Нам тогда полная жопа. Он очень богат и могуществен, и у него армия тут рядом, под городом. Надо смотреть правде в лицо, ваша светлость, пара приказов - и я не ваш наемник, а его. Оксфорд рявкнул:

– Я несу ответственность за братьев и родню! [Родство - для феодального магната это понятие включает зависимых от него лордов, носящих его цвета; его политических союзников и любые коммерческие контакты, зависящие от его милости и фавора.] И за тех, кого принял под свое покровительство!

– Не все так понимают договор...
– Аш отъехала немного, чтобы видеть его лицо.
– Но вы понимаете его именно так, да?

Наблюдая за выражением его лица, она утвердилась в своем мнении: люди не раздумывая пойдут за Джоном де Виром. И только спустя долгое время, когда будет уже поздно, станут удивляться сами себе.

Аш глубоко вздохнула, ей почему-то стало тесно в кольчуге. Счастливчик зафыркал, раздувая ноздри. Аш машинально отклонилась назад, придерживая его, и посмотрела вниз: что так взволновало ее коня?

В двух ярдах перед ними шеренга утят выбралась на берег и шлепала через булыжники. Возглавляемые мамой-уткой, трепеща крылышками, пронзительно пища, они направлялись к мельнице, стоящей на другой быстротекущей реке, в дальнем углу треугольной площади. Двенадцать бургундских рыцарей, английский граф, его благородные братья, виконт, женщина - капитан наемников и ее эскорт - все придержали поводья и ждали, пока девять утят прошествуют мимо.

Аш выпрямилась в седле и собралась заговорить с Джоном де Виром. И тут увидела герцогский дворец. Вздымающиеся ввысь готические стены, контрфорсы, остроконечные башни, голубые черепичные крыши; в небе развевалось не меньше сотни флагов.

– Ну, мадам, - чуть улыбаясь, сказал граф Оксфорд, - двор Бургундии не похож ни на какой другой двор в христианском мире. Посмотрим, что скажет герцог о моей девочке и ее Голосах.

Спешившись, она оказалась лицом к лицу со взмокшим от пота пешим Годфри Максимиллианом: он встал в строй под ее знамя рядом с остальными людьми Томаса Рочестера.

Когда въехали во дворец, ее поразило пространство, огороженное каменными стенами. Между длинными узкими стрельчатыми окнами поднимались вверх группы стройных колонн; вся каменная кладка свежая, белого и бежевого цвета; все это, освещенное послеполуденным солнцем, было похоже на причудливые пчелиные соты.

Она закрыла разинутый рот и, то и дело оступаясь, следовала за Джоном де Виром, когда зазвенел горн и герольд объявил их имена и чины так громко, что заколыхались знамена, висевшие на всех стенах зала; к ней повернулись сотни лиц, на нее смотрели богатые и обладающие властью мужи.

Все были в одеждах синего цвета.

Она завороженно смотрела на шелка цвета сапфира, аквамарина и королевский синий, на бархат цвета индиго и зеленовато-голубой, на приплюснутые береты дуэний глубокого цвета полуночного неба и на длинное одеяние цвета Средиземного моря, что было на Маргарет Йоркской. Ноги сами несли ее за графом Оксфордом; Годфри наклонил бородатую голову и быстро шепнул ей на ухо:

– Тут визиготы.

– Что?

– Какая-то их делегация. Или посольство. Никто не знает, в каком статусе.

– Здесь? В Дижоне?

– Говорят, с полудня.

– Кто именно?

Годфри перевел свои янтарные глаза на окружающую их толпу:

– Я имена не смог купить.

Аш нахмурилась. Она не замечала ослепительной роскоши бриллиантовых эмблем на шляпах дуэний, шитых золотом и серебром воротников на благородных шеях, изготовленных из меди модных брелоков на камзолах молодых рыцарей, тонких, как паутина, льняных вуалей благородных дам.

Все, все в синем, вдруг пришло ей в голову. На ней была синяя бархатная накидка, и то ладно - хоть цвет в тон моде. Она мельком взглянула на четырех братьев де Вир и Бомона, сталь боевых доспехов этих родовитых англичан блестела на фоне бархата и шелков бургундских придворных.

– Годфри, кто здесь? Не говори, что не знаешь. У тебя тут черт знает какая сеть своих осведомителей! Ну кто?

Неторопливо он отступил на шаг по кафельному полу, по расположенным в шахматном порядке плиткам. Она не могла дальше допрашивать его, не желая нарушить порядок расположения гостей в зале и этим обратить на себя внимание. Она сжала кулаки, целую секунду ей больше всего хотелось его ударить.

– Ваша светлость, - она говорила, не глядя в лицо англичанина, знаете, что здесь делегация визиготов?

– ......!

– Это надо понимать так, что вы, ваша милость, не в курсе?

Их повели дальше, в глубь большого зала. Там было еще больше необычного: в нишах висели картины, стены увешаны гобеленами с изображением охотничьих сцен, но Аш ничего этого не воспринимала. Благородная архитектура: стрельчатые окна; группы стройных колонн - как связки стеблей; прозрачное стекло окон, через которые были видны крыши других флигелей герцогского замка и тонкие вертикальные бело-золотые каменные флероны, устремленные прямо в полуденное небо. Архитектура словно воспаряла над роскошью комнат.