Перед сном на этой маленькой планетеЛюди или дети, это всё равно,Просят Бога жарко, чтоб на белом светеБыло всё прекрасно и всё им дано.Девочка, ты хочешь куколку-героя?Книжку хочешь, мальчик, и картинки к ней?Попросите ж Бога, на коленях стоя,Всё Господь исполнит для своих детей.Даст вам игр, бирюлек, много побрякушек,И идей великих, и прекрасных слов,Самых лучших, милых, стареньких игрушек,Звонких поцелуев, тихих вечеров;Бог Господь даст денег, денег очень много,Даст вам много кукол, можете играть…Не просите только истины у Бога,Не желайте только правду отыскать.Если грустно – плачьте, если странно – верьте,Хорошенько смейтесь, если вам смешно;Не ищите правды, правда хочет смерти,Люди или дети, это всё равно…
«Пред истиной стою безрадостно, но смело…»
Дьявол – логика.
Данте
Пред истиной стою безрадостно, но смело.Всё быстро, пусто, всё легко.Пусть солнце любишь ты, пусть сердце не истлело,Святыни нет – нет ничего.Я в Мефистофеля влюбился изваянье;Он улыбался – зол и строг…Познание вещей всегда есть отрицаньеИ ergo дьявол тоже бог.
В БОЮ С НЕВЕДОМЫМ
Мысль в жизни мне была – моя в бою рапира.Я храбро дрался ей, одолевал других,Но на противника неведомого мираНаткнулся я, один, отбившись от своих.Напрасно я зову на помощь всю отвагу:Он страшен в саване, костляв, уродлив, нем…Безмолвно из руки он выбивает шпагу,Хочу ее поднять и падаю совсем.Приставлен меч к груди… Не в силах шевельнутьсяИ, мысля, вдруг устав, что кончен жизни путь,Имею счастье я лишь нагло улыбнутьсяКонцу его меча, направленному в грудь.
«Есть много доброго у злого…»
Посв. Володе
Есть много доброго у злого,Там есть нечестность, где есть честь.Есть демон, верующий в Бога,Неверующий ангел есть.Тот демон хочет всё измерить,Раскрыть божественный закон,Он злобен, он не хочет верить,И всё же к Богу близок он.А ангел полон состраданьяИ взгляд так нежен у него,Но он таит в себе сознаньеБесцельной бренности всего
РАЗГОВОР ДУРНОГО ТОНА
Посв. Н. М. Карамышеву
– Как ты живешь, дорогой?– Э, брат, не жизнь, только мука.Что ж, при погоде такойИ расхвораться не штука.Это не то… Я здоров;Скука, хандра одолела…Чуть ли не в петлю готов.Что ж так?– Да скверное дело!Только глаза продерешь,Старую песню заводишь,Что пропадаешь за грош,Смысла нигде не находишь…Книги? Читаю до дыр!Либо там вздор беспредельный,Либо докажут, что мирЭтот вот сумрак бесцельный.Слушай-ка… Есть ли ответБодрый на эти вопросы?Право, не знаю… Есть, нет…Ну-ка, зажжем папиросы.
«Базар замолк. Торговец, груды…»
Базар замолк. Торговец, грудыСвоих товаров сосчитав,Берет Коран. Ослы, верблюды,За день порядочно устав,И их владельцы на покойУходят дружною толпой.Среди задумчивых, красивых,Благоухающих чинарПроходит много мило-лживых,Пугливых, дерзких, нежных пар,И, их речами смущена,В чадру закуталась луна.Крадется вор… Собака лает…Всё как всегда, всё как везде,Но муэдзин напоминаетО Цели, Тайне, о звезде!Ах, он был стар, сей муэдзин,Он стар был, стар и был один…
«И город, и люди забыты…»
И город, и люди забыты.Я лег на зеленые мхи,Упал на прибрежные плиты,Чтоб слушать, как шепчут ракитыИ сосен рокочут верхи.Гляжу, как на брег издалека,Бурля, волноряд набежит,Ударит о камень жестоко,Расстелется плоско, широкоИ вновь, уходя, зажурчит.И носятся цепи сравненийИ мыслей о солнца лучах,О сущности света и тени,О жизни подводных растенийИ рыб в изумрудных водах,О рыбарях хмурых в деревне,Затерянной в чаще лесов,О всем, что загадочно, древне,О сказках, о спящей царевне,О тайне бегущих годов…
«Мою жестокую печаль…»
Мою жестокую печальУбьет жестокая улыбка:Пред смертью скажут все – как жаль,Что жизнь моя была ошибка.
Книга Вторая
МЫ, БЕЗУМНЫЕ…
I
НАБАТ
Война – отец всех, царь всех.
Гераклит
ХИМЕРЫ СОБОРА NOTRE DAME DE PARIS
Una eademque res duobus modus expressa.
Спиноза
I."Философ, мысливший, что тайна..."
Философ, мысливший, что тайнаВисит над нашим бытием,Иль непосредственно, случайно,Поэт в безумии своем,Иль дикий мистик, полный верыВ средневековых чудищ зла,Взвел кто-то страшные химерыПод небо и колокола.В своей одежде длиннополойТворец исчез в былых годах,Гуляка, может быть, веселый,Быть может, сумрачный монах,Забыт людьми, неведом, силен,Томимый роем странных снов,Средь улиц спутанных извилин,Во тьме готических домов;Но до сих пор его творенья,Проклятья каменные, в рядНад градом вечного движеньяНа храме чуждые сидят.Их лица странны. Любопытны,Удивлены, как у детей,Иль равнодушны, мертвы, скрытны,С печалью каменных очей…Иль с хищной радостностью силыГлядят химеры злобно вниз,Упершись лапами в перилаИ перегнувшись за карниз.
II. "Под ними шумно перемены..."
Под ними шумно переменыКак в скачке бешеной летят.Париж сквозь лопнувшие стеныПредместья впитывает в град;В болота движутся каналы;Вздымает почву щебень, сор;Чернея, старые кварталыУходят в глубь угрюмых нор;Труды мильонов гибнут в безднах,На пласт и грунт другим идут;А под землей червей железныхИзвивы мощные растут.И, вечно новы, поколеньяБегут и гибнут чередой…Глядят химеры, и виденьяНад ними носятся порой.
III. "Там, за Ситэ, где снова..."
Там, за Ситэ, где сноваСена Сливает два теченья вод,На колокольню Сен-ЖермэнаСедой звонарь, кряхтя, ползет.Морщинист, злобен и неистов,Смеется он, чему-то рад…Хе-хе, ему вожди легистов,Виконт веселый и аббат,Сегодня в ризнице церковнойСказали нечто… Взяв фонарь,Пойди тихонько в час условный…Ты дашь сигнал, седой звонарь.Не просчитай минуты, старый…Как было сказано, точь-в-точь…В двенадцать ночи бьют удары.Варфоломеевская ночь.Во тьме, по улице унылойКрадется тень, ползет, как зверь…– «Ты здесь, Жильбер?» – «От ложа милой». –– «Laudamus Deum! В эту дверь!» –Слышны удары… В капюшонахШныряют страшные попы…Прошло… У Лувра, на газонах,Нарядной слышен гул толпы.Маркизы милые смеются…Роброны, шпаги, парики…Гавот танцуется, поютсяОтменно-нежные стихи…И сам король, любезный, меткий,Смеясь, мадам де-ПомпадурО римском папе шепчет едкий,Весьма скабрезный каламбур.Прошло… Фигура исполинаВедет народ. То Жюль Дантон.Восстанье, клубы, гильотина,Три новых цвета у знамен…Забыты церкви, папа, вера.Сменили их на десять летОстрота злобная Вольтера,Конвента пламенный декрет.Бегут разряженные бары,Запачкан кровью древний трон,Марат, Жиронда, Монтаньяры,И наконец Наполеон…Прошло… Солдат, как на параде,Ровняет старый капитан,Готов на взятой баррикадеК расстрелу смелый мальчуган.Вот поднялися ружья взвода…Кричит мальчишка в дула их:«Долой рантье! Живет свободаНациональных мастерских!»Прошло… Шумят бульвары, пресса,Парламент, мэтрополитэн…На блеск кафэ спешит повеса,Вертлявый прыгает гамэн…Под звездным небом в честь ВаалаШумят, не слыша нищих плач,Студент Латинского кварталаИ из Ситэ банкир-богач.Кокотки, биржа, преступленья,Бульваров смех, Монмартра свист,И, полный жажды разрушенья,Сент-Антуанский анархист.В мир знанья славная СорбоннаКидает тысячи томов,А на окрайнах неуклонноРастет восстанья грозный рев…Берут начало здесь потокиВеликих слов, мечтаний, зла,Но, даже мощные, жестокиЗдесь люди, мысли и дела.Пройдет. Прейдут мечты и веры,Прейдет Париж, как Вавилон…Но пусть разрушатся химеры,Улыбка их… ей нет времен.