Чтение онлайн

Хейли считал, что лечебный эффект семейной психотерапии значительно возрастает, если на сессии собираются все члены семьи.

Вкладом Хейли в семейную психотерапию стали различные задания (директивы) членам семьи. Выполнение заданий обеспечивало равенство, каждый член семьи имел право высказать свое мнение или что-то сделать. Психотерапевт дает задания как во время сеанса семейной психотерапии, так и на дом. Цель этих заданий:

• изменить поведение членов семьи;

• найти дополнительный стимул для построения отношений психотерапевта с членами семьи;

• изучить реакции членов семьи при выполнении ими заданий; осуществить поддержку членов семьи, так как во время выполнения заданий психотерапевт как бы незримо присутствует.

Усиление мотиваций для выполнения заданий. При косвенном инструктировании следует обсудить все попытки разрешить ситуацию, предпринятые членами семьи ранее. Каждый вариант решения нужно заканчивать словами: «Жаль, но и это не удалось…» После этого члены семьи, как правило, с большим доверием отнесутся к директивам психотерапевта. Обычно на поздних сеансах второго этапа семейной психотерапии возникает необходимость прямых директив. Для успешности их выполнения необходимо согласие между членами семьи и психотерапевтом в том, какая перед ними цель и каковы способы ее достижения.

Если члены семьи испытывают приступ отчаяния, что находит отражение в репликах: «Как нам плохо!», то психотерапевт соглашается: «Да, вам очень плохо!» – происходит объединение на этой эмоции. В случае выраженного сопротивления психотерапевт сопровождает свое задание словами: «Это настолько несущественно, что об этом не стоит и говорить». Для семей, которые радуются резким переменам в своей жизни и кризисам, следует подчеркнуть, что задание является чем-то очень важным. Кроме того, успешности в выполнении заданий способствует проявление психотерапевтом власти, для чего он принимает роль компетентного эксперта: «Я очень хорошо это знаю…», «Весь мой опыт говорит…», «В таких случаях известный американский психотерапевт Сальвадор Минухин делает так-то…». Если психотерапевт полагает, что задание слишком неожиданно или может представлять угрозу гипернормативным установкам членов семьи, то директиву следует предварить такими словами: «То, что я хочу просить вас сделать, может показаться глупым, но я все равно попрошу». Формулировки заданий должны быть четкими, понятными, конкретными. Необходимо следить за реакциями членов семьи, побуждать их к усвоению задания. Можно попросить участников психотерапии повторить инструкции психотерапевта.

Примеры прямых директив. Если психотерапевт замечает, что во время сеанса образуется коалиция, к примеру, между бабушкой и внучкой, а мать девочки при этом лишается всякого влияния на нее, то можно попытаться изменить эту ситуацию, поскольку именно длительное ее переживание в семейной жизни обусловило симптомы невроза у девочки. Психотерапевт дает задание девочке сделать что-то, что очень не нравится бабушке, а мать получает задание защищать дочь во что бы то ни стало. Результатом такого взаимодействия может быть увеличение дистанции между бабушкой и внучкой.

В случае конфликтных отношений между представителями подсистем в семье (например, когда мать негативно относится к дочери, а отец допоздна не бывает дома или же пассивно наблюдает за их ссорами) можно предложить «построить стенку». Психотерапевт во время сеанса лишает мать и дочь возможности общаться между собой: «Если хотите сказать что-либо друг другу, делайте это через отца». Им предлагается на протяжении определенного времени дома не общаться друг с другом, а все свои пожелания передавать через отца. Выполнение таких заданий приводит к ликвидации конфликта и, кроме того, активизирует роль отца, который, может быть, впервые начинает осознавать, что от него многое зависит, и это начинает ему нравиться.

Чтобы улучшить эмпатические способности матери, которая находится в симбиотической связи с ребенком, помочь ей установить с ним дистанцию и принять его автономность, ей можно предложить задание на дом: спрятать какую-нибудь вещь от ребенка, чтобы на поиски ее он тратил не более 10 и не менее 5 минут. Мать должна повторять это задание до тех пор, пока не добьется успеха. В случае депрессивных реакций у участников психотерапии им могут быть предложены серии заданий, которые требуют активности. Например, психотерапевт говорит: «А тебя я сейчас попрошу исполнить роль хронометриста: ты будешь считать про себя, сколько времени каждый будет говорить, и сообщишь результат». Выполнение такого задания может вызвать у исполнителя раздражение и даже гнев, что в конечном счете ослабит депрессивную реакцию.

Метафорические задания. Такие задания строятся на поисках аналогий между событиями или поступками, которые на первый взгляд совершенно различны.

Блестящий пример метафорических заданий, которые применял в своей работе Милтон Эриксон, приводит в своей работе Джей Хейли (Jay Haley, 1976). Супружеская пара испытывает разочарование от монотонности своих сексуальных отношений, однако не решается их прямо обсуждать. Психотерапевт придумал аналогию половому акту – совместный обед. «Как вы обедаете? Случается ли вам обедать вдвоем, получать удовольствие от еды?» – такие вопросы задает психотерапевт. Затем он побуждает обсудить такие аспекты еды, которые могут напоминать половую жизнь. Например, говорит: «Иногда жене нравится начинать обед с возбуждающих аппетит приправ, а затем медленно есть, а муж сразу накидывается на картошку с мясом», «Некоторые мужья хвалят своих жен за то, что все так красиво, а другие совсем не обращают на это внимания, и поэтому их жены совсем не стараются». Далее разговор переводится на какую-нибудь нейтральную тему, чтобы не испугать участников психотерапии, а затем касается и других аспектов обеда: «Некоторым нравится обедать с притушенным светом, при свечах, в то время как другие любят яркий свет, при котором можно увидеть все, что нравится». Под конец такого обсуждения психотерапевт должен дать супругам задание пообедать вместе. Они должны выбрать вечер, когда они могут остаться вдвоем, и вместе приготовить приятный обед; им необходимо с уважением отнестись к вкусам друг друга, и они должны говорить только о приятном, а не о дневных заботах. Жена должна постараться возбудить аппетит мужа, а он – обеспечить все, чтобы порадовать ее. Если обед проходит хорошо, то само переживание радости общения приведет супругов к половому акту. Стимул к изменению деятельности в данном случае действует на неосознаваемом уровне, а изменившееся поведение в дальнейшем приводит к осознанию супругами полученного опыта.

Парадоксальные задания. Психотерапевт дает такие инструкции, чтобы члены семьи воспротивились их исполнению и тем самым изменили свое поведение в нужном направлении. Применение этих техник оправданно в случаях выраженного сопротивления членов семьи терапевтическим изменениям. Задания даются всей семье как целому или же ее подсистемам. Инструкции всей семье требуют тщательной подготовки и контроля за их исполнением.

В качестве примера парадоксального задания супружеской подсистеме семьи приведем тот, который мы часто используем в своей практике. Супружеской паре, которая часто ссорится и неконструктивно решает конфликты, может быть дано задание: вернувшись домой, в определенные дни ссориться не менее трех часов. Рациональное объяснение, которое дает психотерапевт такому заданию, – это необходимость наблюдать и изучать друг друга во время ссоры. Цель задания – уменьшить количество ссор, так как люди не любят делать себя несчастными, когда им это кто-то приказывает.

Каждое задание психотерапевта должно быть выполнено, если нет каких-либо объективных причин, которые этому препятствуют. Если же задание не выполнено, необходимо проанализировать причины – для того чтобы члены семьи могли понять, что они несут за это ответственность и что они сами лишили себя возможности узнать о себе что-то новое и ценное.

Парадоксальные задания использовались нами и для прекращения психотерапии, когда появлялась уверенность, что способы функционирования семейной системы изменились и ее члены стали эффективно решать свои проблемы. Например, психотерапевт, до последнего времени игравший незаметную роль и налаживавший коммуникации между подсистемами, вдруг заявляет: «Никто из вас не знает вашу проблему так хорошо, как я, поэтому делайте так-то и так-то…». Такое поведение психотерапевта обычно вызывает у членов семьи протест, стремление сплотиться и перестать посещать врача, «так резко поглупевшего».

Другим примером парадоксального задания для облегчения завершения психотерапии может служить такое высказывание психотерапевта, обращенное к супругам: «Мне кажется, что в ближайшее время вы поссоритесь». После этого у супругов появляется стимул к усилению сплочения и к освобождению от влияния психотерапевта.

Успешному проведению семейной психотерапии в немалой степени способствует и директивная позиция психотерапевта: на всем протяжении работы с семьей он олицетворяет собой власть, которая используется им не только для инициирования изменений во взаимоотношениях, но и для оптимизации функционирования подсистем семейной группы, сохранившей свое фундаментальное значение, – супруги реализуют потребности во взаимности, родители воспитывают детей, дети социализируются и т. д. В этом основное отличие семейной психотерапии от групповой, в которой все участники могут претендовать на любые групповые роли, и поэтому не требуется столь явное управление процессом психотерапии.

Хейли эффективно использовал в своей практике прием молчания. Он молчал в тех ситуациях, когда пациент пытался контролировать психотерапевта или манипулировать им. Он также не отвечал на те реплики пациента, которые касались симптоматического поведения. Вот что он писал в 1963 г.: «Для меня молчание – это способ ответа на реплику пациента в тех случаях, когда тот обнаруживает симптоматическое или деструктивное поведение. Молчанием психотерапевт требует от пациента, чтобы он начал вести себя по-другому. Этот прием я применял как в индивидуальной, так и в семейной психотерапии. Разница заключалась лишь в том, что если прием молчания применялся на сессии семейной психотерапии, то другие члены семьи могли наблюдать и учиться новым приемам реагирования на провоцирующее поведение кого-либо из членов семьи».