Чтение онлайн

Я коснулась век. Под кожей — приятное тепло, не боль. Теперь я видела не просто свет, а его музыку: пылинки в воздухе оставляли за собой едва заметные радужные шлейфы, а вибрация панелей звучала как тихий напев на грани слышимости.

— Я вижу… больше, — выдохнула я. — Как будто сняли пелену. — Не больно. Наоборот… всё стало чётче. Я вижу морщинки у тебя на костяшках, пылинку, застрявшую в ворсинке твоего рукава, даже вибрацию панелей — не как гул, а как тихий напев.

Я посмотрела в иллюминатор. За стеклом — звёзды. Но не как раньше — не точки в пустоте, а пульсирующие узлы, связанные нитями света, перетекающими в волны, танцующими в ритме, который я раньше не слышала.

Корв молчал. Только его пальцы сжались чуть сильнее, и в груди — его сердце забилось в такт изумрудному свету в моих глазах.

***

Боль пришла не как враг. Она вошла тихо, настойчиво — как гость, имеющий право быть. Два тонких импульса в лобной кости, свет изнутри пытался прорваться наружу.

Я не пряталась. Не стонала. Каждый раз, проходя мимо зеркала, касалась лба — не с тревогой, а с интересом:

— Ну что, скоро?

Корв, конечно, заметил. Он всегда замечает.

На шестой день кожа натянулась, и два твёрдых нароста — тёплых, пульсирующих, живых — прорезались наружу. Я встала у зеркала, дотронулась кончиками пальцев — и тело ответило вспышкой изумруда в глазах.

— О, так вот как, — удивилась я вслух. — Теперь я и правда больше похожа на шварха.

В этот момент дверь открылась. На пороге застыл Риэль с подносом, на котором дымились чашки травяного чая. Его глаза расширились, улыбка замерла на полпути. За его плечом — Лира с планшетом в руках и Дариэн в тени коридора, уже с готовым протоколом.

— Ну… — протянул Риэль, медленно ставя поднос на столик. — Я, конечно, подозревал, но… впечатляюще.

Он сделал шаг вперёд, рука уже тянулась к моему лбу, любопытство пересиливало осторожность.

— А дай потрогать?

Корв гневно зарычал — коротко и низко. Воздух сгустился, и Риэль тут же отдёрнул руку.

— Всё, всё… молчу, — прошептал он, отступая и поднимая руки в знак капитуляции. — Я просто… хотел убедиться, что они не из пластика. Но, похоже, они очень… личные.

Из-за их спин выглянула Вейра. Её глаза светились неподдельным интересом.

— Потрясающе! — выдохнула она. — Первые роговые зачатки. Нужно снять замеры — это критически важно для следующего этапа.

Она потянулась к планшету, но встретилась с взглядом Корва — не гневным, но чётким: «Ты — учёный. Не трогай».

Я же повернулась к Вейре и улыбнулась:

— Давай. Только аккуратно. И расскажи, что именно ты хочешь измерить.

Вейра кивнула, её пальцы дрожали от нетерпения, но движения стали бережнее. Она осторожно приложила датчик к основанию рога, комментируя:

— Температура выше средней на 1,2 градуса… Структура кристаллическая, но гибкая… Пульсация синхронизируется с твоим сердцебиением. Это… невероятно.

Корв вошёл в каюту, закрыв за собой дверь. Остановился у зеркала, посмотрел на меня — не с тревогой, а с огнём в глазах, похоже что ожидал этого дня с самого первого поцелуя.

— Если я коснусь… — начал он, голос дрожал, — ты не сочтёшь это вторжением?

Я обернулась, улыбнулась и подошла к нему сама.

— Корв, — ответила я, беря его за руку, — тебе можно всё. И если ты думаешь, что я позволю тебе бояться касаться меня — ты меня плохо знаешь.

Его пальцы легли на основание рога — робко, осторожно. В этот миг всё тело вспыхнуло не болью, а волной, прокатившейся от макушки до пяток. Из горла вырвалось тихое:

— О-о-о… да…теперь я понимаю о чем ты говорил…Если ты ещё раз спросишь «можно», — призналась я, не открывая глаз, — я уйду к Риэлю. Он, по крайней мере, не будет стоять и дрожать перед тем, что уже и так его.

Корв рассмеялся — низко, глубоко. Притянул меня к себе. Рука не отпустила рога, губы коснулись моего лба, и в голосе прозвучала уже не сомнение, а клятва:

— Тогда я буду касаться. Всегда. Везде.

В дверях кашлянул Дариэн. Он стоял там уже несколько минут, скрестив руки на груди. Рядом с ним — Док с медицинским сканером и Лира с открытым протоколом, пальцы которой уже летали по экрану.

— Хорошо, что мы все это увидели, — произнёс он сухо. — Теперь, когда формальности улажены, можно перейти к делу. Вейра — замеры. Лира — протокол. Риэль…

— Я уже готовлю чай! — бодро отозвался Риэль, хватая поднос. — И даю слово: больше не буду тянуться к тому, что не моё. Особенно если оно светится.

Вейра шагнула вперёд с измерительными приборами, её пальцы дрожали от нетерпения.

— Разрешите начать?

— Разрешаю, — ответила я, глядя на Корва. — Всё разрешаю.

***

Боль ударила, как выстрел. Я сидела в столовой, пила чай, слушала, как Риэль с воодушевлением рассказывает, как починил гравитационный душ с помощью жевательной резинки и веры в лучшее. И вдруг — жар в пояснице, резкий, острый, словно раскалённая игла вонзилась в позвоночник.

Я подпрыгнула на стуле. Чашка вылетела из рук. И тут же почувствовала: комбинезон вдруг стал тесным — особенно в районе крестца, там внутри за секунду что-то выросло , пульсировало, просилось наружу.

— О, звёздная пыль! — вырвалось у меня.

Все замерли. Риэль уронил ложку. Лира перестала мешать сахар. Док оторвался от планшета. Вейра вскочила — глаза горят. Дариэн встал. Корв уже на ногах — и в два шага у моего стула.

— Что? — спросил он. Голос — резкий, но руки уже легли на мои плечи. — Где боль?

— Ниже… — выдохнула я. — В пояснице… Что-то… давит…

И в этот момент — ещё рывок. Что-то тёплое, живое, гибкое толкнулось изнутри, настойчиво пробиваясь сквозь ткани. Комбинезон хрустнул по шву.

Риэль ахнул:

— О нет… Это же… Это же хвост?!

А Корв… Он не спрашивал. Просто придвинулся ближе, положил ладонь между моих лопаток и тихо, ровно произнёс:

— Дыши. Сейчас пройдёт.

Я кивнула, ухватилась за край стола. И в следующий миг по спине прокатилась волна тепла —изнутри расправлялась неведомая сила. Сначала едва заметно, потом увереннее: кожа на крестце натянулась, дрогнула — и вот уже что-то гладкое, живое пробилось наружу. Пять сантиметров… десять… Через минуту хвост достиг колен — упругий, послушный, казалось всегда был частью меня. На его кончике трепетала нежная кисточка из светлых, почти перламутровых волосков, прислушиваясь к каждому движению воздуха.