Чтение онлайн

— Воспоминания? — удивилась Блюма. — Как можно продавать воспоминания?

— Запросто, — фыркнула серая. — Подбираешь, когда они падают, а потом обмениваешь на что-нибудь ценное. В Дальнем Краю ненужные воспоминания — словно осенние листья, мертвецы легко их сбрасывают.

Блюма нервно ощупала плечи, одернула юбку: не обронила ли она что-нибудь?

— Да такие воспоминания и хранятся плохо, — добавила другая лилина. — Они успевают перезреть, пока попадут гоблинам в руки и дойдут до рынка, и быстро увядают.

— Тогда кому они нужны? — спросила Блюма.

— Ну демоны отчаянно хватаются за все, что добавит им сходства с людьми. Чем лучше скроешь свою истинную природу, чем приличнее выглядишь — тем проще заманивать людей в ловушку.

Блюма поежилась. Прямо перед ней на белом снегу розовели босые пятки Лилит.

Разнообразные демоны роились все гуще. Как река, вышедшая из берегов, устремились они на маленькое жабинское кладбище.

Если бы Блюма шла одна, ее унесло бы общим потоком, но путешествие с Лилит и ее сестрами имело свои преимущества: Лилит все знали и не без оснований опасались. Толпа расступалась, чтобы дать ей пройти.

Впрочем, из-за крови на губах Блюмы взгляды нечисти все чаще останавливались на ней.

Вскоре демоны начали перешептываться.

— Лилит! Госпожа Лилит! — воззвал демон с прилизанными волосами, окруженный гурьбой хихикающих спутников.

Лилит неторопливо оглянулась.

— Пропустите его.

Серые кошки расступились и впустили в круг вкрадчивого демона.

— Чего тебе, Велиал? — спросила Лилит, даже не взглянув на него.

— Должен сказать, вам этот наряд очень идет. Новый, да?

За спинами кошек кто-то из свиты Велиала прыснул.

— Да нет, всегдашний. Что тебе нужно?

— Ну просто непривычно видеть вас с эскортом. Мне казалось, у вас нет иерархии. В сестринстве лилии все равны, не так ли?

Лилит вздохнула.

— О чем ты, Велиал?

— О вашей маленькой служаночке, — ответил сладкоречивый демон.

Блюме показалось, что все глаза в мире устремлены на нее. Лицо у нее горело.

— Блюма? Она мне не служанка.

— Кто же тогда? — поинтересовался Велиал. — Добыча? Одна из ваших новых затей?

— А вот это тебя совершенно не касается.

— Ваша Блюма чудно пахнет. Если вы принимаете предложения…

— Хватит, Велиал, — оборвала его Лилит, и сестры моментально оттеснили подлипалу. — Девочка не на продажу.

— Вы меня удивляете, Лилит, — отозвался демон. — Всегда считал вас разумной женщиной — насколько такое явление вообще возможно.

Его спутники захихикали.

— Прощай, Велиал, — сказала Лилит.

Они двинулись вперед, но Блюма заметила, как демон наклонился к одному из спутников и что-то прошептал, показывая на нее длинным наманикюренным пальцем.

Скоро имя Блюмы, сорвавшееся с губ Велиала, повторяла уже вся группка его прихлебателей.

Нацеленные на нее пальцы, подавленные смешки… Никакого сомнения. Ее имя передавалось в толпе. Блюма безотчетно закусила кровоточащую губу.

Чем ближе они подходили к воротам жабинского кладбища, тем гуще становилась толпа, тем представительнее были демоны.

По краям роились бесчисленные гоблины и бесенята — оскаленные пасти, кожистые крылья, — но те, что в центре, приукрасили себя остатками человеческой жизни: кто бледными мерцающими воспоминаниями, а кто поношенными платьями, ветхими плащами и другими, более существенными вещами.

Вот демоница, на лице которой навеки застыла ухмылка до ушей; вот демон, который завладел грязным рваным носком и устроил аукцион, окружив себя оравой яростно торгующихся покупателей…

Постепенно сходство с людьми становилось все явственнее. Тут были демоны, которых Блюма легко могла бы принять за живых людей, если бы лунный свет не проходил сквозь их кожу, обнажая хищную, прожорливую сущность.

Скоро галдящий поток демонов уперся в преграду — огромный шатер из алого и черного шелка. Внутри происходило торжество для избранных — самых древних и могущественных демонов, и оттуда доносилась оживленная разноголосица и сладкозвучная музыка. Разгуливали демоны в роскошных одеяниях, и легкий ветерок разносил вокруг манящие запахи.

Излишне говорить, что ближайший к Жабинску выход с кладбища был полностью перекрыт. Нечего было и надеяться пробраться в город, минуя шатер.

Не приняв участия в праздновании, не пройдешь дальше.

Однако в шатер пропускали далеко не всякого, и вокруг бурлила обиженная, беспокойная толпа.

Лилит приостановилась, лилины и Блюма придвинулись к ней ближе.

— Госпожа Лилит! — слегка поклонился привратник, огромный саблезубый людоед в красно-черной ливрее. — Владыка Азазель сочтет за честь приветствовать вас в своем шатре.

— Я вовсе не намерена оказать ему эту честь.

— Вы уверены, миледи? Владыка Азазель позаботился обеспечить всевозможные удовольствия.

Из толпы выскочила серая кошка и вмиг превратилась в невысокую женщину в сером.

— У девочки идет кровь, — шепнула она.

Холодное, неподвижное лицо Лилит дрогнуло, и она взглянула на Блюму так, словно та была прорехой на новом дорогом платье.

— Совершенно уверена, — кивнула Лилит.

Привратник осклабился.

— Не соблаговолите ли вы в таком случае отойти в сторону, миледи?

Одна из лилин позади Блюмы тихонько сказала:

— Девочка, спрячь губу. Прикуси.

Блюма послушалась, и ее рот наполнился теплой кровью с металлическим привкусом.

Ветхий, обшарпанный склеп был наполовину завален снегом. В обычную ночь любой, самый жалкий демон обошел бы его стороной, ища укрытие поудобнее, но нынче, при таком стечении нечистой силы, пришлось прогнать стайку бесплотных бесенят, прежде чем лилины уверились в том, что никто им не помешает.

За спиной у Блюмы было поваленное надгробие, а перед ней тесным полукругом выстроились Лилит и лилины.

— Ей нельзя тут оставаться, — сказала одна из лилин.

— Никак нельзя, — подтвердила другая.

— Согласна, — кивнула Лилит. — Но вот что с ней делать?

— Может, замаскировать ее?

Лилит покачала головой.

— Слишком много глаз. И мало времени.

— А если мы просто возьмем у нее то, что нам нужно, и оставим оболочку? — хмуро спросила одна из кошек.

Блюме не понравилось, с каким выражением та произнесла слово «оболочка».