Чтение онлайн

У ворот стражники просто отошли в стороны и проводили удаляющуюся спину настороженными взглядами, пока сутулая фигура не растворилась за первыми деревьями. Даже не окликнули и ничего не стали спрашивать, больно уж задумчивым выглядел старик.

Эдвин свернул с дороги сразу, как только деревня скрылась из виду. Не на тропу, не к знакомым зарослям, а просто напрямик, через кустарник и подлесок, куда глаза глядят. Слишком много мыслей набилось в голову, и мысли эти были такого свойства, что каждая норовила столкнуться с соседней, отскочить и влететь в третью, порождая новые вопросы вместо ответов. Окружающий мир волновал Эдвина в последнюю очередь, слишком много мыслей и вопросов для одного солнечного денька.

Ветви раздвигались перед стариком сами, мягко и неторопливо, будто кусты уступают дорогу из вежливости. Трава приминалась под ногами ещё до того, как подошва касалась земли, а корни, которые обычно так и норовят подставить подножку любому неосторожному путнику, втягивались обратно в почву загодя. Эдвин на всё это внимания не обращал, как не обращают внимания на привычку дышать. Лес ведёт себя так, как ему и положено, а если кто-то считает иначе, значит кто-то плохо знает лес.

Мысли тем временем возвращались к одному и тому же.

Мальчишка сидел и лепил свои черепицы, сосредоточенный, спокойный, Основа текла из его ладоней в глину ровным мягким потоком, и это было красиво, по-настоящему красиво, настоящий Созидатель работает так и только так. Тихо, без лишних движений, без ненужного расхода, хоть и не без явных ошибок. Но все приходит с опытом, надо только научиться правильному контролю.

Но суть в том, что Созидание работает как вода: просачивается, обволакивает, пропитывает. Не ломает, не бьёт, не отталкивает.

А мальчишка взял и отпрыгнул.

Эдвин не глядя перешагнул через поваленное бревно, и продолжил путь. Ноги несли сами, голова занималась другим.

Навозный снаряд летел точно в цель, и Эдвин прекрасно знал, куда бросает, за столько лет практики промахнуться было бы просто стыдно. Не в лицо, конечно, а в затылок, чтобы наверняка, и с расстояния в пять шагов это верное попадание, у парня не было ни единого шанса увернуться. Даже начинающий практик какого-нибудь боевого направления не успел бы среагировать из положения сидя, с закрытыми глазами, полностью погружённый в работу.

Но Основа ударила ему в ноги хлёстко, как кнутом, вылетела через подошвы в землю и швырнула его в сторону метра на три. Грубо, без всякого изящества, и главное без малейшего понимания того, что происходит. Парень сам не осознал, как очутился в стороне, это читалось по его растерянному взгляду. Рефлекс, чистый рефлекс, и вот это пугает больше всего.

Любой Созидатель принял бы навоз на затылок, обругал бы Эдвина последними словами, может даже швырнул бы в ответ чем-нибудь потяжелее, и это было бы правильно, нормально, на то и был расчет. Его Основа течёт тихо, впитывается во всё, к чему прикасается, и встраивается в любые структуры, становясь их частью.

Созидатель может вдохнуть в неодушевлённый предмет нечто такое, чему и названия толком нет, не душу, конечно, но частичку чего-то живого, и вот за это Эдвин ценил их ремесло выше любого другого. Но выброс Основы через ноги в землю, рывком, со скоростью удара? Это совсем из другой области, и с Созиданием не связано ни единой нитью.

Тихое рычание донеслось откуда-то справа, и из-за ели показалась оскаленная чёрная морда. Здоровенная тварь, в холке раза в полтора выше самого Эдвина, с когтистыми лапами и шкурой, натянутой на бугры мышц так туго, что казалось, вот-вот лопнет. Волк выступил утробно рыча и скаля клыки, каждый длиной с ладонь и преградил путь старику.

Эдвин просто посмотрел ему в глаза без раздражения, угрозы или какого-либо интереса: интерес сейчас принадлежит совсем другим вещам, а это мохнатое недоразумение отвлекает от важных мыслей. Волк замер на полушаге, рычание оборвалось, будто зверю перехватило горло, и через секунду могучие лапы попятились назад. Тварь тихо и жалобно заскуила, поджав хвост и прижав уши, пока не скрылась за деревьями, и треск удаляющихся шагов ещё долго стоял в ушах.

Эдвин даже не сбился с шага, все-таки волки в этой части леса встречаются, ничего удивительного, и если каждому уделять внимание, до полянки можно вообще не дойти.

Два пути одновременно? Мысль возвращалась снова и снова, и каждый раз Эдвин пытался её отогнать, ведь так не бывает. Один человек — один путь, и это не правило, а закон, такой же непреложный, как то, что солнце встаёт на востоке и что навоз воняет. За всю жизнь, а жизнь у Эдвина вышла длинной и утомительной, он ни разу не слышал и не видел ничего подобного. Встречал Созидателей, давно, ещё когда сам был молодым и глупым, хотя глупость с годами лишь окрепла, как и всё остальное. Встречал воинов, охотников, бегунов, следопытов, всех, кого щедро наделяет Основа, и у каждого из них был один-единственный путь, без исключений.

А тут парнишка из захолустной деревни, подмастерье пьяницы-каменщика, работает вслепую и вливает Основу в глину так, что у Эдвина сердце замирает от красоты процесса. Созидатель, настоящий, пусть слабый и глупый, но первый почти за целый век, и одного этого хватило бы на десять бессонных ночей. Но нет, этого мало, он ещё и выбрасывает Основу рывком через ноги, дёргано, жёстко, как плетью по грязи.

Значит, у парня есть что-то ещё. Второй путь, и по характеру выброса Эдвин мог бы поклясться, что этот второй путь ближе к боевым, чем к ремесленным.

Деревья расступились, и старик вышел на свою полянку. Холм поднимался над лесом, открывая вид на верхушки деревьев до самого горизонта, где зелень темнела и переходила в синеву далёких предгорий. Внизу, левее, шумел небольшой водопад, и звук его всегда действовал на Эдвина лучше любого лекарства, хотя он никогда бы в этом не признался, ведь признаваться в подобном значило бы расписаться в сентиментальности.

По краям поляны стояли деревья, которые Эдвин знал каждое по отдельности и ко многим обращался по имени, когда никто не слышит, а впрочем и когда слышит тоже. Между стволами цвели насыщенные Основой цветы, яркие, крупные, и от них исходило тепло, едва ощутимое, как дыхание спящего зверька.

Старик опустился на траву, привалился спиной к стволу и уставился на водопад. Два пути одновременно, а так ведь не бывает, никогда не бывало.

Проблема заключалась в том, что других объяснений увиденному у Эдвина не находилось, а он перебрал уже все возможные, включая самые нелепые. Может, парень случайно воспроизвёл чужую технику? Чушь, Основа не работает по подражанию, она течёт по пути, а путь один, и энергия движется строго в его русле. Может, это побочный эффект Созидания на высоких ступенях? Тоже нет, парень на низших ступенях, зелёный как лопух, и навыков у него на полтора тычка с разбегу.