Чтение онлайн

Конечно, похвально, когда государство заботится о просвещении народа. Но описанные выше безрассудные действия, безусловно, принесли островитянам огромный вред. В этом смысле старик был прав.

Вот еще один пример поразительной строгости, с которой Кахуманна осуществляет свои намерения в области просвещения. На одном из принадлежащих ей земельных участков, расположенном на расстоянии нескольких часов пути от Ганаруро, проживал в качестве арендатора семидесятилетний старик. Он всегда исправно вносил арендную плату, но из-за своего преклонного возраста и дальности расстояния не считал себя обязанным посещать школу и церковь. Узнав об этом, Кахуманна прогнала его со своей земли. Несчастный явился к королеве в качестве просителя. Он пытался вызвать у нее сочувствие к своему беспомощному положению и доказывал, что ему все равно уже не осилить грамоту на старости лет. Однако все доводы старика ни к чему не привели. Кахуманна закричала ему в ответ со злобной гримасой: «Если ты не желаешь учиться читать, иди и утопись».

На такое тиранство толкнул королеву Бингхем, который, вероятно, уже мнит себя неограниченным властителем всех этих островов. Но он плохо рассчитал свои силы. Если слишком туго натягивать тетиву, лук неминуемо сломается. Я предсказываю Бингхему, что в один прекрасный день его звезда померкнет и он сразу потеряет свой авторитет. Уже теперь есть много недовольных.

Созыв сельских жителей в Ганаруро привел к сильному вздорожанию съестных припасов. Цены на них будут и в дальнейшем расти как вследствие увеличения числа потребителей, так и потому, что учение и бесконечные молитвы мешают земледельческим работам. Таким образом, к духовному гнету присоединяются материальные лишения. Это побудит островитян поскорее освободиться от тягостных оков. Я сам слышал, как многие ери высказывали недовольство. А земледельцы, усматривая в религии Бингхема источник всех своих страданий, подожгли однажды ночью церковь. Пожар был быстро потушен и потому не причинил большого ущерба, но виновников не нашли.

Каремаку страдал сильнейшей водянкой. Врач лорда Байрона выпустил ему жидкость. Однако мы нашли больного в столь плохом состоянии, что нашим врачам пришлось повторить эту операцию. После хирургического вмешательства Каремаку почувствовал себя значительно лучше. И все же дни его сочтены. Смерть Каремаку явится сигналом к всеобщему восстанию, которое вспыхнет главным образом из-за безрассудных действий Бингхема.

Наше повторное пребывание в Ганаруро оказалось далеко не столь приятным, как первое. Даже лучшие друзья, в том числе и добрая Номаханна, совершенно изменились. Они встретили нас холодно и были неразговорчивы. Вот почему, закончив погрузку свежей провизии и пресной воды, мы были рады возможности покинуть этот остров.

В гавани стояло на якоре несколько китобойных судов. Среди них оказалось и то, с которым мы повстречались в заливе Сан-Франциско и которому тогда так не повезло. На сей раз этому судну посчастливилось. Оно прибыло сюда от японских берегов с богатым грузом спермацета, который капитан оценивал в 25 тысяч фунтов стерлингов, чтобы запастись провиантом на обратный путь в Англию.

Другой капитан рассказал мне о случае, приключившемся с его коллегой. Этот рассказ дает представление о тех страшных опасностях, которым подвергаются китобои, а также может служить примером чудесного спасения, происшедшего тогда, когда всякая надежда на него была уже потеряна. Вот этот рассказ.

Североамериканский капитан Смит отправился в 1820 г. на трехмачтовом судне «Альбатрос» в Южное море на промысел кашалотов. Восточнее островов Вашингтона [Маркизские острова] ему попался кашалот исполинских размеров. Чтобы не упустить столь ценную добычу, на воду были немедленно спущены все лодки, в которые уселась вся команда. Только юнга-кок остался у штурвала на судне, положенном в дрейф под немногими парусами.

Моряки начали энергично преследовать кашалота, медленно и спокойно плывущего по поверхности вод, и в конце концов вонзили в него гарпун. Почувствовав боль от раны, чудовище с такой силой взмахнуло своим могучим хвостом, что ближайшие к нему лодки наверняка разлетелись бы в щепы, если бы им не удалось быстро отойти в сторону. Теперь кит избрал объектом своей мести судно. Приблизившись к нему с шумом и фырканьем, он описал несколько кругов, а затем нанес по носовой части корабля страшный удар, который был, по словам юнги-кока, равен по силе землетрясению. Кит исчез, а судно дало сильную течь и через пять минут затонуло со всем, что на нем находилось. Спасти удалось только юнгу.

Вся команда оказалась на четырех небольших лодках во власти морской стихии. Предстояло плыть много недель, чтобы достигнуть ближайшей земли. Между тем весь запас продовольствия состоял из нескольких сухарей. Моряки начали совещаться, в каком направлении плыть, но не пришли к единому мнению. Две лодки направились к островам Вашингтона, а остальные во главе с капитаном повернули на юг, держа курс на остров Хуан-Фернандес.

Первые лодки пропали без вести, а две другие через полмесяца были подобраны проходившим мимо судном. Только капитан и четыре матроса были еще живы. Остальные десять моряков погибли от голода, причем оставшиеся в живых питались их трупами.

19 сентября, когда первые лучи солнца позолотили живописные горы Ваху, мы поставили паруса и простились с Сандвичевыми островами, пожелав их обитателям то, в чем они так нуждались: чтобы ими управлял человек, не просто носящий имя Тамеамеа, а равный ему по уму и деяниям.

Покинув Сандвичевы острова, мы взяли курс на юго-запад, ибо я намеревался плыть через еще не исследованные места к цепи островов Радак. Некоторые капитаны говорили мне в Ганаруро, что на 17°32′ с. ш. и 163°52′ з. д. находится остров. Мы прошли через вышеозначенную точку 23 сентября. Здесь и в самом деле показались такие птицы, которые обычно не удаляются далеко от суши. Но самой земли нам не удалось обнаружить даже с верхушки мачты, хотя горизонт был чист. Этот случай показывает, сколь мало можно полагаться на сведения, сообщаемые капитанами торговых судов.

26 сентября, согласно полуденным наблюдениям, мы находились под 14°32′ с. ш. и 169°38′ з. д. В течение всего этого дня над нами пролетали большие стаи морских птиц таких видов, которые обычно держатся вблизи берегов; мы заметили даже несколько птиц, живущих на суше. Поэтому было совершенно очевидно, что наш корабль прошел недалеко от еще неизвестного острова, который будет открыт будущими мореплавателями. В течение этого плавания мы вообще часто замечали признаки близости земли, но их ни разу не было так много, как в указанный день [291].

Один капитан, совершивший несколько рейсов между Сандвичевыми островами и Кантоном, утверждал, что обнаружил мель под 14°42′ с. ш. 170°30′ з. д. Я не могу ни подтвердить, ни опровергнуть данное сообщение и привожу его лишь для того, чтобы на всякий случай предостеречь мореплавателей, которые проходят через эти места.

5 октября мы достигли группы Удирик [Утирик], самой северной в цепи островов Радак. Я решил проверить правильность показаний наших хронометров по какому-нибудь ранее точно определенному пункту данной цепи, чтобы иметь возможность безошибочно высчитать разницу в долготе между Радаком и Раликом в случае, если удастся обнаружить последнюю из этих двух гряд. Мне удалось осуществить свое намерение, пройдя в 3 милях от южной оконечности Удирика. Затем мы направились прямо на запад, туда, где должны находиться острова Пескадорес, чтобы проверить своими глазами, существуют ли они в действительности. Дело в том, что некоторые лица до сих пор утверждают, будто острова Пескадорес — не что иное, как группа Удирик; высказывается предположение, что мореплаватель, открывший эти таинственные острова, просто неправильно указал их географическую долготу.

Воспользовавшись чудеснейшей погодой, мы целый день шли под всеми парусами, строго придерживаясь избранного курса на запад. На верхушке мачты непрерывно находился вахтенный. Ночью светила полная луна. Мы убавили паруса, но на рассвете 6 октября снова поставили все марсели [292], и корабль быстро понесся по волнам. В полдень вахтенный закричал с мачты, что видит прямо по нашему курсу землю. Вскоре мы к ней приблизились. Земля оказалась группой низменных коралловых островов, расположившихся, как обычно, цепочкой вокруг лагуны. В час пополудни мы находились всего лишь в 3 милях от этой группы, сплошь поросшей кокосовыми пальмами. С верхушки мачты можно было отчетливо рассмотреть ее вдоль и поперек.

Нанося эту группу на карту, мы обогнули ее южную оконечность на расстоянии полумили от рифов. Оказалось, что группа имеет наибольшую протяженность с запада на восток, простираясь в этом направлении на 10 миль. Утопающие в зелени острова выглядят весьма приятно. Не слишком многочисленное население было бы, по всей вероятности, обеспечено здесь всем необходимым. Но хотя мы прошли весьма близко от всех этих островов и осматривали их в подзорные трубы, нам нигде не удалось обнаружить следов человека.