Чтение онлайн

– И для какой конечной цели, Верховный Маг?

Быстрый Бен взмахнул руками и откинулся на спинку стула.
– У меня лишь грубые догадки, Адъюнкт.

Однако Лостара заметила в глазах колдуна сияние. Он словно просыпается от долгого, нудного сна. Она принялась гадать: таким ли был он с Вискиджеком, с Даджеком Одноруким? Не удивительно, что они видели в нем затычку для каждой дырки.

– Хотелось бы услышать догадки.

– Пантеон обрушился. То, что восстанет из пыли и пепла, будет почти неузнаваемым. То же самое с колдовством, с садками - владениями К'рула. Все фундаментально меняется.

– Да. И вы видите главными приобретателями выгоды... Темного Трона и Котиллиона.

– Здравое предположение, - согласился Бен.
– Вот почему я ему не доверяю.

Тавора удивилась.
– Они альтруисты?

– Не верю в альтруизм, Адъюнкт.

– Вот откуда ваше смущение, - догадалась она.

Аскетичное лицо колдуна дернулось, словно он только что съел нечто чудовищно мерзкое.
– Кто посмеет сказать, будто перемены создают что-то лучшее, что-то более достойное? Кто посмеет отрицать, что результатом может быть нечто еще более худшее, чем наша сегодняшняя жизнь? Да, это может показаться отличным мотивом - столкнуть толпу жалких богов с какого-нибудь утеса, удалить их отсюда, вывести нас из-под их власти.
– Он как бы размышлял вслух, забыв о слушателях.
– Но подумай получше. Без богов мы сами по себе. Предоставленные сами себе - сохрани Бездна!
– каких гадостей мы можем натворить! Какие гротескные изобретения осквернят мир!

– Ну, не совсем сами по себе.

– Удовольствие будет омрачено, - сказал Быстрый Бен, рассердившись на вмешательство.
– Темный должен это понимать. С кем ему придется играть? Если К'рул будет трупом, магия сгниет, станет заразной - она убьет всякого, кто посмеет ее коснуться.

– Может быть, - бесцеремонно продолжала возражать Тавора, - Темный Трон не намерен переделать мир. Скорее - положить всему конец. Очистить мир.

– Сомневаюсь. Каллор такое попробовал и урок не остался не выученным. Как могло быть иначе? Видят боги, Келланвед провозгласил тот безжизненный садок собственностью империи, так что уж он не мог оставаться слепым к...
– Речь мага увяла. Лостара поняла, что его думы внезапно нашли новый, опасный путь, устремившись к непостижимой цели.

"Да, они присвоили наследство Каллора. И что это должно значить?"

Все надолго молчали. Блистиг стоял как прикованный - за все время беседы с Таворой он не пошевелился. Но на его лице не было ожидавшегося всеми тупого непонимания - скорее оно выражало упрямый вызов, нежелание считать услышанное важным и значимым. Клетка его не поколебалась; да, он в ней заперт, но и все внешнее тем самым отделено от него.

Синн раскорячилась на слишком большом для нее стуле, мрачно глядя в стол. Она делала вид, будто вообще не слушает, однако лицо ее было еще более бледным, чем всегда.

Кенеб оперся на локти, охватил голову ладонями: поза человека, желающего оказаться где угодно, только не здесь.

– Все дело во вратах, - пробормотал Быстрый Бен.
– Не знаю как и почему, но нутром чую - все дело во вратах. Куральд Эмурланн, Куральд Галайн, Старвальд Демелайн - старые садки - и Азат. Никто не проник в тайны Домов глубже этих двоих - даже Готос. Окна в прошлое, в грядущее, тропы, ведущие в места, которые не посещал ни один смертный. Они лазали по костяку мироздания, жадные словно падальщики - крабы...

– Слишком много допущений, - бросила Тавора.
– Обуздайте себя, Верховный Маг. Скажите, вы видели лик врага на востоке?

Он бросил ей мутный, унылый взгляд.
– Правосудие - красивое слово. Тем хуже, что на практике правосудие купается в крови невинных. Честное суждение жестоко, Адъюнкт, очень жестоко. Что самое катастрофическое - оно желает распространяться, пожирая все на пути своем. Позвольте процитировать Имперского историка Дюкера: "Цель правосудия - лишить мир цвета".

– Да, некоторые видят всё именно так...

Быстрый Бен фыркнул: - Некоторые? Холодноглазые судьи не могут видеть иначе!

– Природа требует равновесия...

– Природа слепа.

– Тем оправданнее образ слепого правосудия.

– Не слепого, а с повязкой на глазах. Весь образ построен на обмане. Как будто истину можно свести к простым...

– Стойте!
– пролаял Кенеб.
– Стойте! Погодите! Вы оставили меня за спиной! Адъюнкт, вы сказали, что наш враг - правосудие? Значит, мы будем кем? Поборниками несправедливости? Как может справедливость быть врагом - как вы смеете думать, будто мы пойдем на такую войну? Как может простой солдат зарубить идею?
– Он так резко встал, что стул с треском упал.
– Вы оба разум потеряли? Не понимаю...

– Сядьте, Кулак!

Инстинктивно подчинившись приказу, он сел на поваленный стул. В глазах было лишь тягостное недоумение.

Видит Худ, Лостара ему симпатизировала.

– Колансе, - сказала Тавора.
– Согласно сведениям Летера, изолированная конфедерация королевских домов. Ничего особенного, необычного, кроме склонности к монотеизму. Все последнее десятилетие оно страдает от ужасной засухи, способной разрушить цивилизацию.
– Она помедлила.
– Верховный Маг?

Быстрый Бен яростно тер лицо.
– Увечный Бог пал, разделившись на части. Все это знают. Большая его часть пала на Корел, отчего континент и получил также название Земель Кулака. Другие куски упали... в других местах. Несмотря на все разрушения, на Корел не упало истинное его сердце. Нет, оно отлетело далеко от других частей. Нашло себе континент...

– Колансе, - воскликнул Кенеб.
– Оно приземлилось в Колансе.

Тавора произнесла: - Я упомянула склонность к монотеизму. Трудно удивляться, если бог явился им столь грозным образом. И явившись, посетитель там и остался.

– Значит, - проскрипел сквозь зубы Кенеб, - мы идем туда, куда собираются боги. Боги намерены сковать Увечного в последний раз. Но мы не желаем быть чужим оружием. Если так.. что, во имя Худа, мы будем там делать?!

– Думаю, - каркнул Бен, - мы найдем ответ, когда туда попадем.

Кенеб застонал и сжался, снова погребая лицо в ладонях.

– Колансе было захвачено, - сказала Тавора.
– Не во имя Скованного Бога, но во имя правосудия. Справедливости самого жуткого толка.

Быстрый Бен бросил: - Аграст Корвалайн.

Синн подскочила на месте и снова сгорбилась.

Руки Кенеба разжались; на лице остались красные следы ногтей.
– Простите, что?

– Старший Садок, Кулак, - ответила Адъюнкт.
– Садок Форкрул Ассейлов.

– Они готовят врата, - сказал Быстрый Бен.
– Для этого нужна кровь. Много крови.

Лостара наконец подала голос. Она просто не смогла промолчать. Она же знает о культе Теней больше всех, кроме, может быть, Бена...
– Адъюнкт, вы сказали, что мы идем туда не ради какого-нибудь бога. Но я подозреваю, что Темный Трон будет весьма рад, если мы ударим по Колансе, если мы уничтожим мерзкие врата.

– Спасибо, - ответила Тавора.
– Я начинаю понимать. Вот почему так злится Верховный Маг - он думает, что мы стали игрушками в руках Темного Трона.

"Я тоже так думаю".