Чтение онлайн

Подойдя к окну, я вглядывалась в небо, усеянное яркими звездами - вестницами холода. Попадись мне сейчас птаха, повыщипала бы все перья ей. Чтоб не летала над миром, чтоб не насылала ночь темную, чтоб не было ее, дочери ушедшей, чтоб...

Даже заплакать я не могла.

Выдворили меня, выгнали. Как бродягу подзаборного, как псину безродную, как игрушку сломанную.

За что? Не знаю, не ведаю...

Слез нет, горя нет. Только будто камень на моих плечах и тяжесть его вот-вот раздавит, а я держусь отчего-то, не падаю, жива до сих пор.

За что со мной Ладимир так?

Вспомнила я, как он вышел и как обернулся, какие слова сказал.

Вздохнула. Поднялась с места и быстро пожитки свои в прежний заплечный мешок собрала. Как пришла нищей, так и уйду.

Медальон скельдианский на шею надела, крепко сжала в ладони и помощи попросила. У богов. А вот у каких - своих или северных - есть ли разница? Имена у них только и разные.

Чуть светать стало, вышла тихо из дома, сошла с высокого крыльца, обернулась - темнота и тишина окутали жилище Велимира.

Всхлипнула горько. Дыхание мое паром на морозном воздухе стало. Слезу одинокую утерла рукавом и прочь пошла.

Куда? Не все ли равно?

***

Шла я по улицам и будто кто следом. Оглянусь вот и увижу ее - глаза нечеловечьи, одежды черные, лицо скрытое и кожу белее кости.

Не зря Зоран меня звал - знал все наперед темный жрец. Да только не пойду, все одно не пойду. Не поклонюсь ей.

– Обереги меня, Ларьян-батюшка, спаси и сил дай. Избавь от наваждения, от дочери твоей - отступницы...
– все шептала.

Варварин дом я лишь однажды и видела. Жила чародейка на краю верхнего города, у самой границы, за которой начинались бедняцкие лачуги. Скромное жилище для всех закрыто было. Меня саму Варвара и то неохотно пустила.

– Кого в ранний час принесло?
– послышался голос хозяйки. Сонный и сердитый.

– Открой, Варварушка. Я это... Вёльма, - дрогнула уж на последнем слове.

Послышался скрип засова.

Варвара, наспех одетая, простоволосая, отчего седины видней стали, а сама женщина старше показалась, с тревогой на меня поглядела.

– Вёльма? Да как же... Что стряслось?

Я улыбнулась, сглотнув поздно набежавшие слезы.

– На постой к себе возьмешь девку беспутную?
– отчего-то улыбнулась.

– Входи, - она торопливо завела меня внутрь и закрылась.

Приятное тепло и запахи дома поглотили меня.

Здесь было уютно по-настоящему. Пусть тесно, пусть ни доли роскоши, но все же тепло. Тепло так, как не согреет очаг или печь. Тепло душе.

Боги, как же долго я мерзла...

Варвара заварила мне какой-то успокоительной травы, укутала плечи шалью. Сама села напротив и терпеливо слушала.

На лице ее ясном вдруг тень пролегла. В глазах колдовских появилась тревога.

– Что делать мне, Варварушка, ума не приложу...

– Вот что я тебе скажу, Вёльма. Отступись. Не след тебе в дела Ростиха мешаться. Отойди от Ладимира, не тронь больше, забудь.

– Ты знаешь что-то?

Чародейка покачала головой.

– Знала бы, так сказала. Да и не дело мне - болтать. А ты все же отойди в сторону. Если вихрь темный поднимется, так всех сметет и тебе не уйти.

– Не понимаю я, - покачала головой, крепко сжимая в ладонях кружку, уже пустую.
– При чем здесь Ростих? Коли разлюбил меня Ладимир...

– Дуреха ты, Вёльма, - упрекнула Варвара.
– Сама же говоришь - переменился он. Нет такой силы кроме колдовской, чтоб враз разлюбить. Ладимир твой и без того недобрый человек, а уж с Ростихом и дядькой своим, Велимиром, тех еще дел натворить может. Оттого и говорю тебе - отступись, обожди. Не то костей потом не соберешь. Сам же он тебе сказал!

Голос ее вроде и близкий, и родной, а все вдали звучит.

Как вспомню глаза его, голос, лицо равнодушное, так и упала бы на пол, кричала бы, билась о стену головой. Лишь бы понять - отчего так? За что?

– До утра пару часов подреми, Вёльма, а после...
– Варвара решала, что делать.
– После пойдем в Дом Предсказаний, к Всеславу. Он знает, что делать, подскажет.

Боги! Вела-вещунья, помоги! Если коснулись Ладимира злые чары, исцели его, дай сил справиться.

Не хотелось мне спать, не моглось. Да только ноги сами от усталости подкосились. Упала я на постель и заснула вмиг. И снова мне шепот слышался, снова чья-то рука на плечо легла и ласково так гладила.

Не пойду я к ней, не пойду, пусть не старается - не уговорить.

Всеслав, на которого вся моя надежда и была, только головой покачал.

– Жаль мне тебя, девонька, боги видят, как жаль. Да только права Варвара - обождать надо. Ладимир твой вернется и никуда не денется. Подожди только немного.

– Чего ждать, Всеслав?
– вскочила я с места.
– Если беда с ним какая, так помочь нужно, а, если чары злые, так развеять. Не могу я так сидеть... Ты коли знаешь что - не молчи!

Я с отчаянием и мольбой поглядела на заклинателя.

Всеслав не спешил с ответом, тянул чего-то. По глазам видела я, что знает да только говорить не станет.

– Сказано тебе, Вёльма, сидеть и ждать. Так и жди. А лучше готовься к битве грядущей. Твои-то беды поменьше людских будут.

– Всеслав...

– Будет, Вёльма!
– прикрикнул он.
– Не хочу я тебя губить, потому промолчу и слова больше о Ладимире и Ростихе не скажу.

Я обомлела.

– Всеслав, смилуйся, - прошептала, - чует мое сердце, беда случится скоро. Скажи хоть, откуда ждать ее.

– Ни слова!

Поднялся чародей, взметнулись полы одежд его, взмахнул посохом и вмиг вихрем исчез - был и нет.

Замерла я на месте. Шагу ступить не могу.

Будто темнота окутала меня. Все вижу, а двинуться не могу. Все слышу, а ответить не смею. Все знаю, а слов не свяжу.

– Лисичка? Вёльма?

Я вздрогнула, обернулась - Тишка.

Шут, чье лицо исказилось в жалостливой улыбке, стоял совсем близко. Бубенчики на цветастом колпаке тихонько и грустно позвякивали, а сам напевал что-то тихое.

– Не печалься, лисичка, - проговорил, обняв меня за плечи.
– Печаль будто туман. Глаза застит, на сердце камень опускает, дышать не дает и дорогу укрывает. А как свет забрезжет, так и рассеется, уйдет...