Разрушенная
Шрифт:
— Вот оно, — говорю я, кивая на середину комнаты.
— Что… оно?
— Место, где копы нашли его тело.
Ателия поднимает бровь.
— Ты знаешь, почему она его убила?
— За эти годы ходило много слухов. Он насиловал её, изменял, издевался и так далее. Но никто не знает правды.
Похоже, это её разочаровало. Нахмурившись, она поворачивается к лестнице и упирается пальцами в перила.
— Куда это ведет?
— Там моя кровать.
— Можно я… — она колеблется, вероятно, понимая, как это прозвучит. — Могу я посмотреть?
— Я привел тебя сюда, чтобы показать всё вокруг, не так ли?
Она улыбается мне, и это почти так же приятно, как видеть её полные страха глаза. Пока мы поднимаемся, я наблюдаю за тем, как колышется её попка, и думаю, не взбесится ли она, если я сожму её прямо сейчас. Или шлепну.
Наверное, слишком рано. Нужно облегчить ей задачу.
На вершине лестницы она останавливается, едва давая мне достаточно места, чтобы присоединиться к ней. Я натыкаюсь на неё, но когда она пытается дать мне больше места, я хватаю её и прижимаю к себе.
Ателия задыхается, но не сопротивляется. Я мог бы оставить всё как есть, но это не может длиться всю ночь — у нас есть другие планы. Поэтому я держу одну руку на её бедре, а другой провожу по её боку. Мои пальцы касаются её груди, и она вздрагивает.
— Ты ведешь себя так, словно к тебе никогда раньше не прикасался мужчина, ma belle.
— Я не… — она вздыхает и качает головой. — Бывало, но не так. Кроме…
— Кроме чего?
— Я не хочу сейчас об этом говорить, — тихо говорит она.
Держу пари, ты не хочешь.
— Нам вообще не нужно говорить, — мои губы скользят по её шее.
Её плечи опускаются, а в голосе звучит разочарование.
— Я не могу.
Я провожу костяшкой пальца по её челюсти.
— У тебя есть обязательства перед кем-то ещё?
— Н-нет.
Лгунья.
— Тогда в чем проблема?
Она грызет внутреннюю сторону щеки, глядя куда угодно, только не на меня.
— Поговори со мной, — говорю я, подбадривая.
— Послушай, мне очень жаль. Я не хотела ввести тебя в заблуждение, но я действительно не могу этого сделать.
Она поворачивается, и я обнимаю её за плечи.
— Мне нужно найти Хейвен.
Синий свет от моей маски отражается от её лица, смешиваясь с красным освещением комнаты. Она снова ощущает беспокойство, глядя на мою маску, но видит только мои глаза, и ей приходится быть очень внимательной, чтобы разглядеть их за неоновыми огнями.
— Я не хочу заставлять тебя делать то, чего ты не хочешь, — ослабив свою хватку, я отхожу в сторону, чтобы она могла добраться до лестницы. — Но напоминаю, что Хейвен скоро будет чертовски занята.
Ателия поморщилась от этого напоминания.
— Я просто подожду её внизу.
Разочарование захлестывает меня, но я не показываю этого. Это не так уж важно — я получу её, как захочу, позже. Это была просто бонусная идея. Наш план всё ещё может продолжаться.
— Как хочешь.
Она смеется.
— Я бы хотела.
Когда она направляется к ступенькам, я хватаю её за запястье.
— Подожди. Что ты имеешь в виду?
— Я не получаю того, чего хочу. Слишком много людей, которые хотят меня погубить.
У меня такое чувство, что она говорит о нас, но я говорю:
— Да? Ну и хрен с ними.
По какой-то причине это заставляет Ателию сделать паузу. Её взгляд перемещается по моему телу, пока она снова не фокусируется на моей маске. Я наклоняю голову, наблюдая, как в глазах Ателии появляется та же решимость, которую я видел в глазах Хейвен.
— Может, ты и прав, — задумчиво говорит она. — Но если мы сделаем это…
— Что? — спрашиваю я, когда она не продолжает.
— Никто не должен узнать, — шепчет она, и тут же её решимость сменяется страхом. Но на этот раз не из-за меня, а из-за чего-то другого.
Беспокоишься, что твой профессор узнает, ma belle?
— Это будет наш маленький секрет, — притягиваю её к себе, пока её тело не оказывается вровень с моим. — Со мной тебе не о чем беспокоиться.
Ателия колеблется, но потом кивает.
— Сегодня вечером мы будем развлекаться.
— Именно так, — я провожу обеими руками по её густым тёмным волосам. — Просто позволь ночи вести тебя туда, куда она пожелает.
Уголки её рта приподнимаются, и она тянется к моей маске.
— Я хочу поцеловать тебя.
Я ловлю её за запястья, прежде чем она успевает открыть моё лицо.
— Позже, ma belle. А пока встань на колени.
Её глаза загораются по моей команде. Медленно она опускается на пол, её руки находят путь к моим бёдрам. Она облизывает губы, и я не могу удержаться — протягиваю руку и провожу большим пальцем по её нижней губе. Её рот приоткрывается, и я просовываю большой палец внутрь, прижимая её язык.
Ателия издаёт удивленный звук, её глаза расширились. Если бы не эта маска, я бы наклонился и плюнул в её маленький ротик.
Позже, напоминаю я себе. Когда она будет связана и не сможет отрицать, как сильно она нас хочет.
Ателия сосет мой большой палец, и в тот момент, когда я выпускаю её язык, она проводит им по моей коже. Я стону от мысли, что она может сделать это с моим членом, но не двигаюсь, чтобы расстегнуть штаны. Нет, я хочу, чтобы она сделала это. Я хочу, чтобы она сама закрепила судьбу своего проклятия.
К счастью, она так же нетерпелива, как и я. Держа мой большой палец во рту, она тянется к моему ремню и расстегивает его. Её пальцы работают быстро, расстегивая мои джинсы и опуская молнию. Только когда она спустила мои брюки и трусы настолько, что мой член оказался на свободе, я отдергиваю большой палец.
— Посмотри, как сильно ты меня завела, — говорю я негромко, проводя рукой по щеке Ателии.
Её глаза полны жадности, когда она обхватывает мой член правой рукой. Она медленно, почти дразняще двигает им вверх-вниз, глядя на меня сверху вниз.
Этот взгляд — боже, он отправляет мои мысли в такие тёмные места. Порванные сетки, покрасневшая кожа, спутанные простыни. Единственными звуками будут её стоны. Её крики.
— Вот и всё. Не торопись с этим. Я хочу, чтобы ты насладилась этим.