Чтение онлайн

— Наконец-то, — Уэс гладит меня по щеке, в его голосе звучит самодовольное удовлетворение. — Я больше не буду тебе говорить, Харпер. С меня хватит твоих гребаных игр. Будешь врать нам, и я лишу тебя способности говорить, — он зажимает мне ноздри. — И дышать.

Я пытаюсь отбить его руку, но он ловит моё запястье свободной рукой. Кляп настолько велик, что я едва могу втянуть воздух через рот.

— Посмотри на неё, Келлан, — говорит Уэс. — Посмотри, как она напугана.

Я хнычу, униженная и рассерженная тем, как жалко это звучит. Уэс держит меня так до тех пор, пока моё тело не начинает требовать кислорода. Я начинаю заваливаться на Кэла, и наконец, Уэс отпускает меня.

Все трое смотрят на меня, пока я делаю самый глубокий вдох, на который только способна. Не выдержав, я поворачиваюсь и утыкаюсь лицом в грудь Кэла, всё ещё пытаясь вдохнуть побольше воздуха. Он издает обеспокоенный звук и гладит меня по спине. Это странно успокаивает, но сейчас у меня не хватает мозгов, чтобы думать о том, насколько это тревожно.

Уэс фыркнул.

— Осторожно, Кэл. Не позволяй ей задеть тебя. Ты не можешь быть мягким с нами сейчас.

— Я и не буду, — тихо говорит он.

Уэс хватает меня за подбородок и дергает вверх, так что я вынуждена смотреть на него. В таком виде он ужасает. В его глазах нет никаких эмоций, кроме больного, извращенного удовлетворения от того, что он видит меня такой.

Почему я? Что я тебе сделала, чтобы ты меня возненавидел?

— Келлан, спустись со мной на минутку, — говорит Уэс, отпуская меня.

— Конечно.

Они берут свои маски и исчезают на лестнице. Я остаюсь одна на коленях у Кэла, слишком уставшая и униженная, чтобы бороться теперь, когда у меня действительно есть шанс сбежать.

Он всё ещё гладит меня по спине, а когда понимает, что я дрожу, укутывает мои плечи одеялом. Все, что я могу сделать, — это смахнуть слезы. Если я буду плакать, мой нос может забиться, и тогда я вообще не смогу дышать.

С мольбой я смотрю на Кэла. Он вздыхает и качает головой. Красный свет отражается от его светлых волос и светлой кожи, делая его более привлекательным, чем он имеет на это право в данный момент.

— Пожалуйста, — пытаюсь сказать я, хватая одну из его рук обеими своими. Я подношу её к застежке кляпа, и, когда он не двигается, чтобы расстегнуть её, я пытаюсь сделать это сама.

— Ателия. Он не снимается, — осторожно он берёт мои руки и кладет их мне на колени.

Мой крик отчаянный, и я вцепляюсь в его рубашку, пытаясь умолять его глазами.

Кэл лишь жалобно хмурится.

— Я не могу, малышка. Это часть нашего плана. И, чёрт возьми, я знал, что мне понравится, как ты выглядишь в нём, — он проводит костяшками пальцев по моим залитым слезами щекам. — Ты такая чертовски сексуальная в этом. Даже если бы я мог снять его, я бы не стал.

С насмешкой я отворачиваюсь от него. Я высоко поднимаю подбородок, но слюна скапливается у меня в горле. Как бы я ни старалась, я не могу сглотнуть. Такими темпами я умру, захлебнувшись собственной слюной.

— Наклони голову вперед, — говорит Кэл, когда я испускаю панический всхлип. — Слюна вытечет у тебя изо рта.

Я качаю головой. Абсолютно нет. Если бы это был кто-то другой — кто-то, кому я, блядь, доверяю, — тогда это была бы другая история. Но я не собираюсь пускать слюни на глазах у своих хулиганов. Им это слишком понравится.

— Поверь мне, — заверяет Кэл, надавливая на мой затылок, пока я не смотрю вниз на свои колени.

Я ненавижу тебя. Я ненавижу вас всех, и я найду способ заставить вас заплатить за это.

Слюни капают из моего рта, просачиваясь сквозь кляп. Это унизительно, унизительно, но именно так они и хотят, чтобы было.

Кэл продолжает гладить меня по спине, пока слюна покрывает мой подбородок и падает на тело.

— Я знаю, ты задаешься вопросом, почему, — говорит он через минуту. — Это слишком большое наказание за то, что ты сделала. Но Уэс не может перестать думать о тебе. И… в общем, мне нравится, когда ты плачешь.

Я не могу с этим смириться.

Не знаю, что именно заставляет эту мысль промелькнуть в моей голове. Возможно, мысль о том, что они делают всё это дерьмо со мной из-за того, что я что-то сделала. Я не сделала ничего такого, что могло бы их обидеть.

Прежде чем Кэл продолжает, я бью его локтем в живот. Я вкладываю в удар всю свою силу, и он хрюкает, сгибаясь пополам.

Спрыгнув с его колен, я мчусь к лестнице. Но он хватает меня за волосы и дергает назад, заставляя меня кричать от боли. Слезы заливают мои глаза и падают на мои щеки.

— Хорошая попытка, — грубо говорит он, — но тебе придется сделать гораздо больше, если ты хочешь уйти от нас троих.

Со стоном я массирую кожу головы, оглядываясь на лестницу. Я почти сделала это, но Кэл прав — это не имело бы значения.

Шаги Уэса и Келлана звучат по металлу, и вскоре мы видим, как они поднимаются.

Увидев нас, Уэс поднимает бровь.

— Может, я ошибался.

— Я же говорил, — говорит Келлан.

Кэл всё ещё крепко держит меня за волосы.

— Мы готовы? Следующая часть — моя любимая.

Мой желудок сводит от ужаса. Это может означать только одно — сегодняшняя ночь станет намного, намного хуже.

Кэл

Натянув на Ателию платье, мы все надеваем маски. Уэс покидает нас, ни разу не взглянув на Ателию, и она смотрит ему вслед.

— О чем, чёрт возьми, он с тобой говорил? — спрашиваю я, когда он уходит.

— Хотел убедиться, что ты не будешь слишком легко с ней обращаться, — Келлан кивает Ателии и ухмыляется. — Тебе не понравится следующая часть, ma belle.

Она не смотрит ни на кого из нас, уставившись в пол. Честно говоря, это мило, что она думает, будто нам не всё равно.

Ну, может быть, нам не всё равно, но это больше забавляет, чем что-либо другое.

— Я не собираюсь быть с ней помягче, — пробурчал я. — Но Уэс собирался убить её на хрен.

Келлан закатывает глаза.

— Он бы не зашел так далеко, и ты это знаешь. А теперь давайте двигаться.

Когда Келлан снова хватается за наручники, Ателия пытается спрятаться за меня. Не знаю, почему она думает, что я её спасу. Многие называют меня самым добрым из нашей троицы, и, наверное, это правда, но только с очень небольшим отрывом.