Чтение онлайн

Когда перевалило за день третьего дня, мы остановились на привал. Я уже чувствовал усталость сильнее, чем раньше. Ноги давали о себе знать, хоть Аннабель и поила меня своими настоями, но каждый шаг всё равно отдавался тупой тяжестью.

Мы расположились в небольшой низине, где деревья росли гуще, создавая естественное укрытие. Воины начали тихо раскладывать вещи, кто-то проверял оружие, кто-то доставал воду.

Аннабель снова отошла в сторону, собирая очередные травы, и я наблюдал за ней краем глаза, пока пытался немного перевести дыхание. И вдруг она замерла.

Сначала просто остановилась, как делала это раньше, но через мгновение я увидел, как резко напряглась её спина, как она медленно повернула голову, прислушиваясь. Потом она обернулась к нам, и я впервые за всё время увидел в её глазах не настороженность, а почти панику.

Я тут же дохромал до неё, игнорируя боль, которая мгновенно отозвалась в ногах. Подойдя, сжал её плечи, прижал крепко к себе и прошептал ей прямо в ухо, потому что в Лесу нельзя было шуметь:

— Что случилось?

Она отстранилась, посмотрела мне в глаза, провела рукой по лицу и тихо, но очень чётко произнесла:

— Сейчас вы должны меня слушать. Потому что либо мы останемся живы, либо не останется в живых никого.

Во мне мгновенно поднялось напряжение. Хотелось спросить, задать десятки вопросов, сказать, что можно уйти, вернуться, обойти, но я доверял ей. Безоговорочно.

Я кивнул.

— Что нужно делать?

Она перевела взгляд на остальных и тихо, но так, чтобы услышали все, сказала:

— Вы все должны опуститься на колени. Опустить головы. Не смотреть в глаза. И молчать, чтобы ни произошло.

Она сделала паузу, затем добавила ещё тише:

— Никто не должен тянуться к оружию. Никто. Абсолютно. Даже если вам покажется, что нас атакуют. Даже если кто-то окажется рядом.

Я видел, как воины переглянулись, но никто не произнёс ни слова.

— Их больше, — прошептала она. — Их много. И эту территорию они считают своей. Они пришли сюда жить. Здесь они главные.

Кто они я не спрашивал. Скоро увижу своими глазами.

В Лесу резко стало слишком тихо.

Я едва заметно кивнул и тихо, но чётко отдал приказы. Воины среагировали мгновенно, без лишних вопросов, без суеты. Они сгруппировались плотнее, затем один за другим опустились на колени.

Клинки тут же были убраны, ножны плотно застёгнуты, руки медленно легли на бёдра, чтобы даже случайное движение не выглядело угрозой. Никто не смотрел по сторонам, головы опустили, как велела Аннабель.

Этот отряд я подбирал лично. Самых надёжных. Самых выдержанных. Тех, кто умеет слушать и не теряет голову. И сейчас они доказали, что выбор был верным. Ни один не дёрнулся. Ни один не потянулся к оружию.

Все помнили — слушать Аннабель надо безоговорочно.

Я сам опустился на одно колено, хотя далось это тяжело. Ноги тут же напомнили о себе болью, но я стиснул зубы и удержался, потом согнул второе колено. Аннабель стояла впереди, не склоняясь, не отступая.

И вдруг по верхушкам деревьев пронёсся ветер.

Сначала тихо. Потом сильнее. Ветви зашумели, зашуршали, закачались, и звук этот нарастал так быстро, что даже мы, бывалые воины, напряглись. По спине пробежали мурашки. Лес будто ожил, зашевелился, загудел, словно кто-то огромный проходил по его вершинам.

А потом появились… они.

Сначала один силуэт мелькнул среди ветвей. Потом второй. Потом сразу десятки.

Нас окружили мелкие создания с длинными гибкими хвостами, покрытые серой взъерошенной шерстью. Они были похожи на обезьян, но уродливее, с непропорционально длинными руками, с узкими мордами, полными острых зубов. Их глаза светились тусклым красным, и в них не было ни капли разума — только агрессия и голод.

Они сидели на каждой ветке.

Их были сотни.

Они скалились, шипели, визжали, перебирали лапами, раскачиваясь на хвостах, перескакивали с дерева на дерево так быстро, что казалось, будто сам Лес покрыт серым движущимся ковром.

Один из них свесился перед лицом Аннабель головой вниз.

Она так и не склонилась. Стояла прямо, смотрела на это нечто.

У меня внутри всё сжалось. Сердце ударило так сильно, что я почувствовал, как кровь шумит в ушах. Хотелось рвануться вперёд, закрыть её, оттолкнуть, разрубить эту тварь пополам, но я стиснул зубы до боли. Я должен был ей верить.

Тварь замерла. Пасть раскрылась шире, показывая острые пики зубов. Она зарычала прямо Аннабель в лицо, обдавая смрадным дыханием, пахнущим гнилью и кровью.

Я едва удержался. Пальцы сами сжались, ногти впились в ладони.

И в этот момент Аннабель зарычала в ответ.

Громко. Сильно. Не по-человечески.

От её рыка по коже прошли мурашки даже у меня.

Тварь вдруг замерла, словно наткнулась на невидимую преграду, подалась назад, скаля зубы, и снова зарычала, но уже иначе — не угрожающе, а будто настороженно, проверяя. Аннабель ответила ей тем же низким, глухим рыком, не отводя взгляда.

Затем она медленно, очень осторожно, не делая резких движений, вытащила из кармана небольшой цветок. Я сразу узнал его. Кажется, видел такой в палатке у Нортана — редкий, уже сухой, с бледными лепестками, которые едва заметно светились.

Тварь подалась вперёд, вытянула морду и шумно втянула запах. Её красные глаза сузились. Она тихо заурчала, затем резким движением перехватила цветок лапой и издала короткий, пронзительный крик.

И тут же весь серый ковёр вокруг ожил.

С ветвей донёсся ответный визг, стрекот, шипение. Существа загомонили, задвигались, перебрасываясь с дерева на дерево, словно передавая друг другу сигнал.

Я напрягся, ожидая нападения.

Но произошло обратное.

Они налетели на наш отряд, свесились с ветвей, шумно дыша и скалясь, а потом как появились столь же стремительно начали исчезать, ускользая в ветвях, растворяясь среди листвы. Серые тени мелькнули ещё несколько раз — и Лес снова стал пуст.

Только одна осталась.

Вожак спрыгнул с ветки и мягко опустился на землю перед Аннабель. Та тоже медленно опустилась перед ним на колени.

Тварь протянула вперёд лапу, в которой всё ещё был зажат цветок. Аннабель осторожно вытянула руку. Их пальцы коснулись друг друга.