Речные Речи
Шрифт:
Мягкое, уже почти незаметное для Рона покачивание лодки вдруг сменилось резким толчком, словно судно стукнуло о берег. Не до конца еще вышедший из художественного мира, Рон вскинул голову, непонимающе озираясь вокруг. Книга выпала из его руки на покрывало. За окном было темно. Рон бросил взгляд на часы. Слишком рано для сумерек. Поспешно он выбрался на палубу.
Закрепленную на нескольких тросах лодку резко дергало на поднявшейся волне. Потемневшее небо заполняли интенсивно-синие тучи. Их волокло со стороны моря. Прибрежные ивы еще больше сгибались и извивались плетевидными ветвями на ветру. Рон на мгновение замер, захваченный великолепием приближающейся стихии. Она превосходила в своей обширности величия городок, здания, улицы, спешно собираемые палатки торговцев, маленькую лодку, закрепленную у берега, и рыжеволосого мужчину, замершего на палубе.
Ветер ударил снова. Рон моргнул. Надо было спешно собирать все с палубы, закрывать окна и готовиться ко встрече со стихией. Торопясь, Рон принялся уносить уже валявшиеся стулья. Приоткрытый полог парника полоскало на ветру, словно порванный парус, грозя разорвать в дальнейшем и все строеньице. Где же Шарима? Может, переждет в гостях? К негодованию ветра, Рон закрепил парник и укрыл его штормовой защитой. Пеларгонии, эти глупые цветы, торчащие из горшков по всей палубе, следовало скорее занести внутрь. Один горшок уже катался на боку, орошая палубу темными комьями земли. Шторм набирал силу.
Рон отыскал телефон и набрал номер жены. Звонок раздался в каюте. «Забыла! И это я несобранный?» – он зло пихал все попадавшиеся под руку горшки на камбуз. Сейчас было не до разбора – главное, чтобы не запруживали проходы. Когда стена дождя рухнула единовременным потоком с небес, палуба еще не была до конца очищена. Штормовые костюмы хранились рядом со входом, чтобы до них быстрее можно было добраться в случае необходимости, но Рон не стал тратить время на переодевание, спасая последнее, что осталось снаружи, в итоге сам вымокнув до последнего рыжего волоска на теле.
Схватив большое махровое полотенце и скинув бесполезные залитые дождем очки, Рон с наслаждением вытирался. Его еще наполнял раж сражения со стихией, которая теперь бушевала за окном и трясла лодку, надеясь получить хоть что-то. Рон хотел верить, что у Шаримы хватит благоразумия не возвращаться в такую погоду на судно. Он прижался носом к окну. За сплошным водопадом, заливавшим стекло, углядеть ничего было нельзя. Одновременно с надеждой Рон испытывал опасения, зная упрямый характер жены. Обычно это он забывал телефон. Но всегда находился выход из ситуации, и его рассеянность приводила лишь к недовольству Шаримы. Но в этот редкий раз, когда забыла она, Рон особенно сильно желал ей позвонить. Он бранил себя за то, что не узнал контактов ни одной из их недавних гостий. И теперь ему оставалось только ждать, вглядываясь в грозу.
***
На балконе было всем не поместиться. И они снова перебрались в гостиную, на этот раз расположившись на диване, а хозяин дома устроился в кресле. За беседой никто не заметил, как небо за окном стало постепенно исчезать под тяжелым натиском туч. И только когда сильный порыв ветра распахнул незапертую балконную дверь и взвил к потолку занавеску, туда обратились все взгляды. Шарима сразу вскочила.
– Что там творится? – она подбежала к окну и, опершись руками о подоконник, практически влепилась лицом в стекло. – Это же шторм… – Она выскочила на балкон и за ней последовали хозяева дома.
По небу уже ползли орды предвестников непогоды, и ветер без разбору трепал кроны уличных и плодовых деревьев, казалось бы, огражденных от него домами.
Задрав голову, Шарима вглядывалась в небо. Попыталась сунуть руку в карман, но та лишь скользнула по бедру, прикрытому тканью платья.
– Я забыла телефон на лодке… – жалобно произнесла она.
– Ты можешь позвонить от нас, – Летисия стояла рядом на балконе, а Эрл смотрел вдаль на тучи, не переступая через порог и слегка хмурясь.
Шарима покачала головой. Она очень плохо запоминала цифры и к своему стыду не помнила даже номер Рона, в чем и призналась.
– Подожди, – Летисия немного подвинула мужа и вернулась в комнату.
В этот момент Эрл ступил на балкон.
– Ваша лодка хорошо закреплена? Во время штормов вода в этой части реки может сильно подниматься. Море захлестывает в устье.
Шарима перевела взгляд на отставного капитана.
– Да… Я так полагаю.
На любой стоянке Рон всегда ответственно подходил к швартовке, и ни разу проблем не было. С другой стороны, они ни разу еще и не попадали в настоящий шторм. Ни на ходу, ни на приколе.
– Я должна скорее попасть домой, – Шарима шагнула в комнату и чуть не столкнулась с Летисией, державшей в руке маленькую записную книжку.
– Вот, – она показала страничку. – У меня есть твой номер. Если ты забыла телефон дома, можно просто позвонить на него…
В этот момент с неба донеслось глухое урчание, и за окном резко потемнело.
– Мне надо скорее бежать… – Шарима выглядела взволнованной, но решительной. Однако Эрл и его супруга настаивали. Летисия достала свой телефон и набрала. В трубке монотонно звучали длинные гудки.
– Мне точно нужно скорее идти.
Эрл предложил ей свой зонт, стоявший у двери.
Летисия ухватила мужа за локоть:
– Мы же не можем ее отпустить в такую погоду!
Эрл посмотрел на жену:
– Эти люди живут на лодке. Они знают, что делают. И там сейчас ее муж. А в их команде двое. Один член команды не может оставить другого справляться в одиночестве.
Однако он сам выглядел задумчиво, а не настойчиво, когда говорил это. Мгновение он наблюдал, как Шарима спешно собирается. Потом медленно вздохнул, высвободил руку из ладоней жены и вышел из комнаты.
Шарима уже стояла на пороге с черным зонтом в руках. Обняв ее, Летисия попросила быть осторожнее и обязательно позвонить.
– Спасибо тебе за чай и передай мою благодарность Эрлу, – она кивнула на зонт.
Но не успела Летисия ответить, когда в прихожей появился ее муж, облаченный в проклеенную куртку с капюшоном, такие же штаны и резиновые сапоги.
– Ну что ж. Пошли смотреть вашу «Эсмеральду». Если видел корабль в шторм – значит, по-настоящему видел корабль!
***
Лодку еще раз дернуло. На этот раз сильнее. Некоторые книги, оказавшиеся слишком высокими для самодельных бортиков на полках, с грохотом перемахнули через них, обрушившись на пол каюты. С удивлением Рон перевел на них взгляд, со следующим рывком плюхнувшись на кровать. Поднявшаяся волна взбрасывала на своей спине «Эсмеральду», испытывая устойчивость швартовов. Рон только успел скинуть все мокрое и восседал на кровати в одних трусах. Он быстро натянул свитер и в таком виде полез в штормовой костюм. Необходимо было проверить крепежи и, возможно, перевести лодку выше по реке.