Чтение онлайн

— Да, отлично. Идёмте на полигон.

Мы отошли шагов на тридцать от пещеры, зрители расположились полукругом в десяти саженях от нас с Аттой, между нами — примерно столько же. Так всем всё будет видно, но в то же время между нами и зрителями есть необходимая мне буферная зона.

— Сегодня мы разберём, на что способен маг, загнанный в угол и понимающий, что ему не удастся выиграть бой или уйти. Я буду сосредоточена на спарринге с Аттой и не смогу контролировать ситуацию вне боя. Ваша задача — ни в коем случае не вмешиваться. Не нападать, не использовать амулеты или оружие. Держите себя в руках, контролируйте остальных. Не приближайтесь ни ко мне, ни к Атте. Ваше невмешательство крайне важно, это понятно?

Все усиленно закивали и на всякий случай сделали ещё несколько шагов назад. Вот и славненько.

Атта начала движение, стремительно сокращая дистанцию. Я рванула навстречу, чуть смещаясь с линии атаки и создавая между нами тонкую ледяную стену. В итоге мы, как рыцари на турнире, промчались с разных сторон от преграды: достаточно прочной для кинжала Атты, но тонкой и «водной», чтобы дать мне почувствовать пульс противника. Да, спустя всего месяц совместных тренировок пассивная магия крови с членами отряда даётся мне до безобразия легко, даже как-то неловко. Но мы тут не в благородство играем, так что второго захода на сближение не будет. Пробежав по инерции несколько шагов, я развернулась и сосредоточилась.

У каждой магии есть своя «добрая, полезная, светлая» и «злая, тёмная, опасная» стороны. Это выражается как в противоположных по целям магических школах (целительство и магия крови, призывание душ умерших и некромантия), так и в самих заклинаниях.

Зачастую одно и то же заклятие, применённое в разных обстоятельствах и к разным целям, можно счесть и невероятно полезным, и смертельным. Так, например, у магов воздуха есть прекрасное заклинание «воздушный вихрь», позволяющее собирать мелкий мусор и листья. И оно же может стать удушающим заклятием, выкачивающим воздух из лёгких жертвы. Но ведь отрицательное давление можно создать не только потоком воздуха, но и воды, или просто сгоранием воздуха в пламени. Я, хоть и не понимала тогда, но сейчас безумно рада, что на первом курсе нам вместо собственно магических дисциплин преподавали природоведение: мы изучали растения и животных, ставили разные опыты, выясняя свойства веществ и природу явлений. На старших курсах выяснилось, что эти знания позволяют заимствовать заклинания из других магических школ. Если знаешь, что именно ты хочешь, и как это получить с помощью определённого инструмента — нужно просто создать похожий инструмент, выполняющий ту же задачу. Что-то я растеклась мыслью по древу, а Атта уже готова атаковать, непорядок.

Драконица бежала слева от ледяной стены, которую я не успела убрать. Так даже удобнее. Теперь перевести лёд в воду и окружить ею Атту. Девушка замедлилась и остановилась в пяти шагах от меня. Отличное расстояние. Водяной вихрь, разгоняясь, сконцентрировался вокруг головы Атты, освободив тело до плеч, а затем и до шеи. Немного сместить угол вращения, изменить форму вихря — и вот он уже медленно, но непрерывно заставляет драконицу выдыхать воздух, не давая возможности вдохнуть его обратно.

Когда Атта упала на колени, слева я услышала возмущённый возглас Ашара. Кажется, кто-то одёрнул его, но у меня нет сил отвлекаться. Я, знаете ли, очень занята: дракона душу, хоть и в человеческом облике. Вы хоть представляете, какие у неё легкие? Вообще-то они ещё и кожей умеют дышать, но это, скажем так, резервная функция, которую в таком состоянии Атта вряд ли осознанно включит.

Она уже должна была упасть навзничь, но сила, вытягивающая воздух, приподнимала и тело, оставляя его держаться на коленях и болтаться, словно кукла. Какая же это приятная штука — власть над чужой жизнью… и смертью.

Как только я заметила, что драконица потеряла сознание — сразу отпустила заклинание, успокаивая и воду, и себя. Сердце ещё бьётся, так что Атта должна справиться. Я повернулась к отряду, чтобы запомнить их реакцию. Ну, как вам?

Кажется, я спросила это вслух. Во всяком случае, все, даже Лисшу, смотрят на меня как на маньяка-некроманта.

— Помогите ей. Перерыв полчаса, потом всё обсудим.

Я резко развернулась и зашагала вниз по склону.

Когда тело Атты безвольно осело в снег, все бросились к ней. Только Лисшу с Керром остались стоять, задумчиво наблюдая за магичкой, шаткой походкой удаляющейся от отряда в сторону обрыва.

— Надо поговорить с ней. На такое обучение уговора не было. Я не собираюсь смотреть, как она срывает злость на ребятах.

Огонёк Атты слабо мигал где-то на краю сознания, а остальные метались между отчаянием и гневом, что совершенно не соответствовало обычному ментальному раскладу группы.

— Погоди, ей сейчас не до разговоров, она сама еле на ногах стоит.

— Тогда тем более нельзя оставлять её одну.

— И что ты сделаешь, если она отключится? Закинешь её на плечо и героически спасёшь? — Лисшу хмыкнул. — Керр, да это будет самым идиотским способом умереть. Или ты думаешь, что её недомогание позволяет забыть о её обещании? Иссина не из тех, кто разбрасывается словами. Давай-ка я за ней присмотрю, а ты убедишь ребят не убивать её сразу, как вернётся.

— Договорились.

Атта, похоже, стабилизировалась, но по-прежнему была слаба. Керра и самого иногда поражает, насколько важна ментальная связь между драконами: она способна и погубить, и удержать от последнего шага в небытие. И всё же это работа для командира — обеспечить пострадавшей покой и усмирить гнев отряда.

Лисшу тем временем неспеша направился к магичке, застывшей в десятке саженей от обрыва, которым заканчивался цирк. Далеко же она успела уйти, а суставам дракона уже не восемьсот лет, так что потихонечку, размеренно — только так он дойдёт до Иссы. Ну и ей самой тоже нужно временя, чтобы немного остыть.

Однако девушка даже не обратила внимания на подошедшего к ней со спины дракона. Исса тяжело дышала, склонившись над своими руками и что-то сосредоточенно повторяя, как мантру.

— Исса, это Лисшу.

— Меня зовут Исса, я маг…

Да на что же она так уставилась? Неужели ранена? Руки обморозила? Дракон с любопытством выглянул из-за плеча магички и проследил за её взглядом. Она действительно смотрела на свои руки. Они были прозрачными, словно горный лёд, а по венам вместо крови текла вода.

— Исса, что с тобой? — обеспокоенно спросил Лисшу. — Как тебе помочь?

Нет ответа. Тяжелое дыхание сменилось всхлипами. Тогда дракон крепко, но без злобы взял Иссу за плечо и с силой развернул лицом к себе. По щекам магички текли слёзы.

— Я чуть не убила её… Мне понравилось… Это было так сладко… Это ужасно… Нужно было… раньше… прекратить… Я почти сделала это… Я не сдержалась… Так нельзя!

Судя по лицу девушки, начавшему просвечивать под солнечными лучами, метод самобичевания ей явно не помогал. Что ж, безумство Керра и остальных научило Лисшу, что есть разные способы привести человека в чувство, даже если он и не человек вовсе.

— Эй, посмотри на меня. Смотри. На. Меня! С Аттой всё будет хорошо, ты не убила её, ты остановила заклятие.

— Поздно. Надо было рань…

— Не важно! Атта жива. Всё будет хорошо. Иди сюда.

Кто сказал, что с детскими шалостями, пусть и смертельно опасными, нужно бороться наказаниями, а не объятьями?

На несколько минут Лисшу перестал быть драконом, старым и грозным, и стал дедушкой, мудрым и всепрощающим. Таким, каким он мог бы стать, если бы боги подарили ему внука вместо того, чтобы отнимать дочь. Когда магичка вернула себе свой естественный, бледноватый, но вполне непрозрачный цвет кожи, можно было продолжить разговор.