Чтение онлайн

— Конечно, — уверенно ответила Баба Яга. — Наберется сил и очнется… А нам, однако, пора к себе в Избушку отправляться, к поединку готовиться, некогда здесь в грязюке рассиживаться, не хрюшки чай!

Я вышла из-под тени Горыныча и поприветствовала его. Головы критически оглядели меня со всех сторон, обменявшись неодобрительными взглядами.

— Совсем не бережешь себя! — заявила одна голова.

— Вот-вот! Кожа да кости остались! — поддержала другая.

Третья укоризненно и неодобрительно посмотрела в сторону чародеев. Я ласково прогладила чешуйчатого друга.

— Горынушка, отвезешь нас? — спросила я, указывая на Ягу и воеводу. В ответ Горыныч осторожно опустил крыло, чтобы нам удобнее было взобраться на него.

Уставшие чародеи, очевидно, рассчитывали, что Горыныч и их повезет, однако, у моего зеленого стража было свое мнение на этот счет. Подняв воеводу на спину Горыныча и привязав его, чародеи принялись устраиваться на хребте.

— Может, я чего не понял? — наблюдая за их действиями, поинтересовалась одна голова.

— Мне кажется, мы никого не приглашали, — задумчиво отозвалась вторая.

— Да и не осилим без обильного обеда-то! А вот ежели подкрепиться поплотнее, — мечтательно начала третья и, облизнувшись раздвоенным языком, потянулась к Въярду. Тот кубарем скатился вниз.

— Какая прыткая закуска! — ухмыльнулась голова, остальные две с псевдогастрономическим интересом оглядели остальных чародеев. Те, ворча под нос, шустренько, не смотря на усталость, спустились вниз.

— Куда ж вы? — «удивленно» вопросила одна из голов.

— Мы уж как-нибудь сами доберемся, — отозвался Ставр.

— Да-да, мы не торопимся, — подтвердил Ратон, отступая от склонившейся к ним облизывающейся головы Горыныча.

— Зряяя, — «разочарованно» протянул крылатый юморист, — мы б… подружились, — и плотоядно облизнулся еще раз.

Мы с Ягой обменялись довольными взглядами. Головы подмигнули нам.

— А где Амаран? — наконец, вспохватилась я, вспомнив о придворном маге.

— Да вон он сидит, — отозвалась Яга, указав мне.

На краю поляны, чуть в стороне от бывшей пентаграммы, сгорбившись, сидел седой старик безучастным взглядом глядевший себе под ноги. В этой немощной фигуре с трудом можно было узнать придворного мага Амарана.

Когда я открыла глаза, Горыныч кружил над поляной Бабы Яги, снижаясь, шел на посадку. У Избушки толпились люди. Я узнала Князя Яромира, сидевшего на ступеньках.

— Ну, ни дня без гостей! — проворчала Яга, когда Горыныч приземлился. — Эй, молодцы, а ну-ка, помогите воеводу снять! — позвала она.

По разрешающему кивку Князя, ратники сняли спящего воеводу и помогли нам с Ягой спуститься. Я благодарно погладила Горыныча по крылу

— Спасибо, Горынушка! Выручил в очередной раз!

Горыныч ласково лизнул меня тремя раздвоенными языками.

Пока стражники под руководством Яги устраивали воеводу в Избушке, мы с Яромиром сидели, привалившись к ножкам Избушки. Молчали, только переглядывались и вздыхали.

— Что-то еще случилось? — спросила я, понимая, что отдохнуть мне не удастся.

Яромир вздохнул, зашуршал чем-то и, наконец, протянул мне бумагу.

— А если своими словами? — поинтересовалась я, поглядывая на длинный свиток.

— Аааа, — только и махнул рукой Князь.

Да, коротко — не получилось: проблем было предостаточно. Из-за того, что Яромир оказался чародеем, в Княжестве пошли волнения, ибо не порядок, Князь чародей, Наречённая — ведьма, налицо, нарушение традиций и прав не владеющих чарами.

— Но это нам только на руку, — порадовалась я, — теперь мы разрываем помолвку и ты вправе выбрать себе в жены не ведьму!

— Не всё так просто! Тебе присягали на верность…

— И что? Ведь можно… освободить от присяги?

Княжеские советники опасались, что я буду бороться за власть, уповая на то, что мне приносили присягу. «Освобождение от присяги» создавало бы прецедент того, что от слов верности можно «освободить», отказаться — это подрывало моральные устои. Но, так или иначе, в одном советники были едины, невестой Князя, а тем более женой, я быть не могу, как и любая иная ведьма. Теперь они были готовы способствовать всеми силами в возвращении меня в мой мир. Но и с этим было не всё так просто из-за вызова на поединок. Если проиграю, то здесь всё ясно по принципу «нет человека — нет проблемы», выиграю — стану Верховной ведьмой, то есть еще большей угрозой власти.

— Твоим советникам в голову не приходило, что моя цель — не борьба за власть, а возвращение в мой мир? — поинтересовалась я.

Яромир тяжело вздохнул, подняв глаза к небу.

— И что они надумали, советники твои? — лениво спросила я, наблюдая за облаками, плывущими по небу.

Долгие раздумья советников вылились в этот самый свиток, составленный якобы от моего имени, где я объясняла причины невозможности быть невестой Князя и отрекалась от титула Нареченной невесты, а Яромир объявлял меня названной сестрой. Далее мне следовало принести присягу верности Князю. Причем подписать это следовало именно сейчас — до поединка, ибо Верховная ведьма не может присягать на верность правителю, тем более, ибо сам он — чародей.

— Да уж, просто клубок противоречий какой-то!

С выбором невесты и теперь всё было не просто. Самые влиятельные роды норовили сосватать Князю своих дочерей. Ему же, кроме Мирры, никто не был нужен, советников же кандидатура дочери простого охотника не устраивала. Но и Мирру он не мог представить народу в качестве своей избранницы, ибо обвинение с неё не было снято и решение этого вопроса было отложено до моего поединка.

— Мне ничего не остается, как только победить! — усмехнулась я.

— Очень на это надеюсь! — серьезно сказал Князь.

Я подписала свиток и мы сидели, прислонившись друг к другу, и молча наблюдали за движением облаков, пока чьи-то шаги и неясное шуршание не отвлекло нас. Мы одновременно обернулись. В нескольких шагах от нас стоял Жутиков и очищал веточку липы от коры с самым невинным видом.

— Выздоровел, значит, — прокомментировала я, кивнув на Жутикова. — Полагаю, что Яга и Василий, вряд ли здесь ему обрадуются.

— Ооочень хорошо их понимаю, — усмехнулся Яромир. — Но куда ж его еще?

— То же верно… К делу б его какому-нибудь пристроить, а то его творческая натура тянет на сомнительные подвиги.

Яга встретила Жутикова тяжелым взглядом, кот многозначительно рассматривал свою лапу с выпущенными когтями.

— Не изба, а лазарет какой-то, — проворчала Яга, — одни больные да убогие! Может, в зверуху какую полезную тебя обратить, чтоб под ногами не путался?! — сурово вопросила она.

Жутиков всем своим видом показывал, что он будет ниже воды тише травы. Зная его натуру, верилось в это с трудом. Баба Яга хмыкнула.