Чтение онлайн

— И на том спасибо, бабушка, — хмыкнул воевода.

Расколдованный гонец, бледный, но не сломленный, с достоинством протянул запечатанную грамоту воеводе.

Предчувствие меня не обмануло. Воевода пробежал глазами послание и поднял на меня глаза.

— Дан приказ ему на запад, — процитировала я, усмехнувшись.

— А ну-ка, дай гляну! — потребовала Яга.

Ратмир покачал головой.

— Тьфу на вас! — в сердцах выговорила Баба-Яга. — Эх, служивый, — обратилась она к гонцу, — до коня на своих двоих дойдешь или опять мышкой серой тебя гнать? Я вроде тебя на постой не принимала к себе, нечего здесь рассиживаться! Расшастались, как к себе домой! Ходят и ходят, ходят и ходят!… А ты, воевода…

Неожиданно дверь распахнулась, и появился Жутиков. С букетом. Яга, сверкнув глазами, выхватила цветы.

— Стихов теперь желаю! — гаркнула она и вытолкала поклонника за дверь.

Гонец поспешил ретироваться, стараясь это сделать с достоинством. Яга шумно выпустила пар. Её взгляд остановился на серебристых нитях, зажатых в руке воеводы.

— Русалки подарили? Своевременный подарочек!

— Я воин! — отозвался Ратмир.

— Никто и не оспаривает, — отозвалась Яга уже более миролюбиво. — Только вот у Римки-то послезавтра Поединок, а вы с ней заклятьем крови связаны: любая рана, полученная тобой, ослабит её и отразится на ней! Приказ-то, небось, советник Дубомир подписал? Можешь не отвечать, и так знаю! Идею ему не иначе как племяннички подсказали!

— А кто у нас племяннички? — поинтересовалась я, поглядывая на ватрушки.

— Чародеи Въярд и Ратон, — ответила Яга. — Кому, как ни им, знать, чем может обернуться для Римки во время поединка любое твое ранение!

Мы молча переглянулись.

— Ладно, что время терять, садитесь к столу, — добавила Яга. — А я пока подарочек дев речных к рубахе твоей прилажу, будет тебе доспехом.

Мы молча завтракали. От чая поднимался душистый аромат, я автоматически выделила нотки чабреца, зверобоя, земляники. Помнится, Яга говорила, что с моими-то способностями хоть на чае гадать можно? Пора поверить в себя. Я положила руку на запястье воеводы и впилась глазами в чайное озерцо. Что там у нас на западных границах? Чай забурлил, вскипев под моим взглядом — а я в ярости даже удивиться этому не успела! — и через мгновение поверхность блеснула зеркальной гладью. Открылась прямо-таки пасторальная картинка. Опушка леса. Уютные домики, коровки на лугу. Широкая полноводная река, через неё перекинут крепкий мост. На мосту стражники. Рядом бревенчатый дом с окнами-бойницами. Похоже, граница проходит по реке, дугой огибающая Княжество с запада. Вверх и вниз по реке мостов не видно, зато вдали чуть виднеются сторожевые башни. Воевода прав, опасности для границ не наблюдается. Я заглянула через реку. Некоторое время понаблюдала за жизнью соседей. Не заметно, что они готовились к войне или наступлению: озабочены сбором урожая на полях. К своему стыду поняла, что не знаю даже, чьи земли простираются за рекой. Невежа. Проследовала по главной дороге до столицы. Везде будничная суета. Городок, как видно, восстанавливается после большого пожара. Убедившись, что западные соседи воевать не собираются, вернулась к реке. Воевода прав, западным границам ничего не угрожает. Вроде бы всё спокойно, но почему так щемит сердце, предчувствуя беду? Или я становлюсь мнительной? Заглянула в сторожку, вслушалась в разговоры ратников. Ожидают воеводу Ратмира с ревизией. Ни слова об опасности со стороны соседей или еще кого-либо. Я птицей взметнулась ввысь, оглядывая взором окрестности. Что искать? Откуда ждать опасность? Всё спокойно… Всё спокойно? К реке вели две основные дороги. Я спустилась ниже. Покружила над одной, потом над другой. Прислушалась. Медленно двинулась снова от реки вглубь Княжества, исследуя придорожные окрестности. Так… Есть! Я покружила над группой настороженных людей, притаившихся у дороги. Спустилась ниже, присела на ветку, слушая приглушенные разговоры. Холодная ярость затопила сердце: ждут Ратмира. Ясно, что не для того, чтобы встретить хлебом-солью. Все-таки, засада. Я сорвалась с ветки и мгновенно перенеслась к другой дороге, осматривая придорожье. И скоро нашла то, что искала. И здесь засада.

— Сволочи! — прошипела я, вслушиваясь, как главарь раздаёт указания, где и кому как встать и когда ожидать появление отряда.

— Не на войну едут, с ревизией, так что немного их будет, — пояснил он. — Да и нас встретить, никак не ожидают!

— Что б вам пусто было! — прошипела я.

— Сгинь, дурная птица! — замахнулся на меня главарь и наотмашь ударил саблей по ветке.

Я едва успела увернуться, лишь остриё коснулось крыла.

— Чтоб руки у тебя отсохли, — прошипела я, превозмогая боль в крыле.

— Ах ты…! — он вскинул лук.

Я резко вынырнула из оцепенения и отшатнулась от летящей стрелы. Чашка звякнула и раскололась, будто от удара в донышко. Душистый чай пролился на стол, а тонкая струйка побежала по столешнице и жарко коснулась моей руки.

— Ай! — невольно одернула я руку и увидела, что правое предплечье оцарапано и кровоточит, а к ранке прилипло несколько серых перышек.

Похоже, что кое-кто из чародеев к поединку уже приступил: решили, так сказать, хорошенько подготовиться по принципу «для достижения цели все средства хороши». Да, Яга права, похоже на руку Ратона, уж ему то известно, что даже рана, нанесенная Ратмиру, значительно навредит мне, не говоря уже о…

— Нет! Ничего у вас не выйдет! — вскипела я, вскочив с лавки.

Я стремительно развернула воеводу к себе лицом.

— Будет тебе защита! Ни меч, ни нож, ни стрела, ни копье, ни слово злое, ни чары — не коснуться тебя, вернуться к их пославшему! Да будет по слову моему! — словно вихрь сорвался с моих ладоней и на мгновение окутал воеводу облаком серебристо-зеркальных искр.

— Всё, — с облегчением сказала я и улыбнулась: эту защиту, не просто сломать, пока я жива. Пока я жива…

— Сильна! — весомо сказала Яга, с удовольствием оглядывая воеводу.

Она протянула ему рубаху-оберег, и занялась моей рукой. Заговорила ранку, а перышки сожгла.

— Ну, а теперь рассказывай, что видела, — строго потребовала она, присаживаясь рядом.

Яга и Ратмир слушали не перебивая, по мере того как я рассказывала, их лица мрачнели всё больше и больше.

— Предупрежден, значит, вооружен, — усмехнулся воевода.

И с каждым сказанным словом я чувствовала, как тугая спираль холодной ярости во мне раскручивает свои витки. Кто сказал, что я белая и пушистая, и безответно буду подставлять себя и тех, кто мне дорог под удар? В конце концов, от поединка слишком много зависит: не только моя жизнь, но и судьба Мирры, а значит, и Яромира и всего Княжества, и судьба Ратмира, раз уж мы с ним связаны заклятьем крови, и вредины Жутикова, да и всех ведьм, если уж на то пошло! Раз назвалась груздем, отступать некуда!

«Яромир!» — мысленно позвала я, ведь как-никак, но он мой ученик, и как наставнице, мне с ним связаться совсем не сложно. И самое главное, что у такого общения нет свидетелей.

— Яромир!

— Римма?

— Да. Ты один?

— Нет.

— Я хочу тебе показать кое-что, без свидетелей.

— Хорошо. Пара минут.

— Позови, как будешь один. И еще… нам понадобиться зеркало. Лучше большое.

Ожидая зова Яромира, я сидела с закрытыми глазами. В Избушке было тихо. Слышно было, как у печки мышка грызет сухарик. Мирра. Никаких иных грызунов ни Яга, ни Василий в своем доме не потерпели бы.

— Римма! Римма!

— Слышу, — отозвалась я.

— Ура! Получилось! Я один. У зеркала.

— Смотри!

Я действовала по наитию, ведомая интуицией. Как можно точнее, я стала вспоминать и воспроизводить на зеркальной глади всё, увиденное мной у границ Княжества: засады на обоих дорогах.

— Тебя ранили?

— Ерунда. Уже всё зажило.

— Засада на воеводу… Измена?…

— Полагаю, что диверсия. Похоже, кое-кто из чародеев уже начал поединок…

— Но почему на воеводу?

Я вспомнила, что подробностей о том, как удалось изгнать дух Эмора, Князю не рассказывала, вероятно, другие участники событий тоже этого не сделали. Зеркало снова сослужило хорошую службу. Яромир долго молчал.

— Я думал, что поединок — это так благородно, по-честному… и чародеи мне раньше казались такими… возвышенными, чистыми в помыслах, — надтреснутым голосом произнес Яромир. — А оказалось, они такие же… люди, со своими пороками, слабостями… Но ведь кто больше имеет, с того и спрос больше! — окреп голос Князя.

Яромир решил значительно усилить дружину воеводы, отправляющегося к границам. Дорогу, по которой Ратмир отправится, воевода определит перед развилкой, одновременно по второй дороге отправится вторая часть дружины.

— Всё будет хорошо!

Всё будет! Ишь, расслабилась! Всё, что нас не убьёт, сделает сильнее! Я выпрямилась, чувствуя небывалый прилив сил, и открыла глаза.

Воевода ускакал вслед за гонцом, готовится к походу. А я отправилась в лес, к Лешему. Совет его никогда не повредит. А потом и к Водяному загляну, пообщаться.