Чтение онлайн

Наиболее раннее упоминание звания biarchus относится к 324 или 327 г. [672] Биарх, возможно, отвечал за обеспечение подразделения продовольствием [673] . Это звание было типично для ауксилий (ILS, 2799; CIL, III, 3370; V, 8755, 8760, 8776), вексилляций (CIL, III, 3370) и схол (АЕ, 1946, 42; CIL, V, 8760; VI, 32949). Иоанн Лидиец утверждает, что дуценарии, центенарии, центурионы и биархи назывались promoti и составляли штаб при магистре кавалерии (Iohan. Lyd., De magistral., I, 48). Все эти офицеры были primi ordines [674] .

Цирциторы, как об этом сообщает Вегеций, прежде назывались circumitores и являлись обходчиками сторожевых постов (Veg., III, 8). Однако закон Константина от 326 г. предусматривает ситуацию, когда это звание получал даже новобранец (CTh, VII, 22, 2, 2). Поэтому мы вряд ли должны согласиться с Вегецием относительно обязанностей цирцитора: такая ответственная миссия, как обход караулов, не могла быть доверена человеку, не имевшему достаточного опыта. В данном случае более вероятным представляется утверждение Иоанна Лидийца, согласно которому цирциторами назывались те, кто, не умея еще сражаться, должен был, объезжая бойцов, обеспечивать их оружием (Iohan. Lyd., De magistrat., I, 46). Звание circitor в основном встречается в новых кавалерийских подразделениях, таких как схолы и вексилляции (АЕ, 1912, 192; 1919, 18; ILS, 9209; 9211; CIL, III, 3457; V, 6784; XIII, 3458, 3493).

Существует мнение, что перечень воинских званий, приведенный Иеронимом, является неполным. Различные исследователи, опираясь на эпиграфические данные, по-разному пытаются дополнить его. Ф. Ришардо считает необходимым ввести звание викария (vicarius), который являлся заместителем трибуна и был по значимости вторым лицом в подразделении. О. Шмитт склонен даже полагать, что викарий чаще всего был de facto командующим подразделения [675] . Вегеций, несмотря на то что в своем перечне легионных званий сопоставил викариев с опционами, причисляет викариев тем не менее к командному составу подразделения и ставит их выше остальных принципиев (Veg., III, 4). В случае гибели или болезни командира викарий должен был сам взять на себя командование отрядом. Впрочем, не исключено, что vicarius — это не звание, а всего лишь должность. Ее мог занимать, например, младший трибун (тогда как старший трибун являлся командиром подразделения).

Драконарий (draconarius), которого Ф. Ришардо считает нужным внести в перечень званий, также, по всей видимости, должность. В подтверждение этого О. Шмитт приводит одну из надписей, согласно которой драконарий имел звание биарха [676] . Можно вспомнить и о драконарии Корнутов Мавре, который, по утверждению Аммиана, имел звание гастата (Amm, XX, 4, 18) [677] .

Напряженное положение на границах, сложившееся к концу III в., заставило Диоклетиана разделить полномочия верховной власти. Сохранив за собой восточные провинции, он назначил своим соправителем Максимиана (285–286 г.), дав ему титул августа и предоставив неограниченные военные полномочия для борьбы с багаудами (Aur. Viet., Caes., 39, 17). Режим диархии продержался до 293 г., когда оба августа избрали помощниками Галерия и Констанция Хлора, наделив их званием цезарей. Таким образом, была установлена тетрархия, или правление четырех (Aur. Viet., Caes., 39, 24) [678] .

Данные примеры разделения верховной власти были не первыми в римской истории. Совместным было правление Марка Аврелия и Луция Вера; Септимий Север сделал соправителями своих сыновей и даже своего противника — Клодия Альбина, пожаловав ему титул цезаря; Макрин назначил цезарем своего сына Диадумена (Aur. Viet., Caes. 22, 1); также поступили Максимин, Филипп и Деций. Кар, став императором, сделал цезарями сыновей — Карина и Нумериана (Aur. Viet., Caes., 38, 2). Однако во всех этих случаях главную роль играло стремление утвердить династический принцип передачи власти. Исключением является только совместное правление Септимия Севера и Клодия Альбина. Впрочем, дарование врагу высокого титула было со стороны Севера не более чем желанием выиграть время перед решающей схваткой. Первым случаем, когда назначение соправителя было вызвано не только стремлением передать власть по наследству, но и необходимостью разделить эту власть с полноправным коллегой, отмечен при Валериане, который, отправляясь на войну с персами, сделал Галлиена августом, а его сына Салонина — цезарем ([Aur. Viet.], Epit. 32, 2) [679] . Но оформление института цезарей, столь типичного для Поздней империи, происходит только начиная с установления Диоклетианом режима тетрархии.

Верховная власть в империи принадлежала старшему из августов — Диоклетиану. Считалось, что ему покровительствует сам Юпитер. Поэтому император взял себе прозвище Iovius — Юпитеров. Второй август — Максимиан — был младшим и находился в подчинении у старшего. Максимиана прозвали Геркулием (Herculius), якобы потому, что он весьма почитал Геркулеса ([Aur. Viet.], Epit., 39, 18), однако, по всей видимости, это прозвище должно было указывать на его подчиненное положение, ведь Геркулес — сын Юпитера и только полубог.

Цезари не имели гражданской власти, а только исполняли функции командующих армиями, возложенные на них августами [680] . Цезари полностью контролировались администрацией последних. Даже денежные суммы, которые отпускались на их содержание, находились в ведении префекта претория (Amm, XIV, 7, 1; XVII, 3, 2–3). Характер власти цезарей достаточно точно формулирует Аммиан: «Диоклетиану и его коллеге цезари служили' как помощники, не находясь на одном месте, но разъезжая повсюду» (Amm., XIV, 11, 10) [681] . Наиболее отчетливо зависимое положение цезарей проявляется в случае с унижением Галерия, который, потерпев поражение от персов, «облаченный в пурпур, прошел в Сирии пешком расстояние почти в милю перед повозкой гневающегося на него августа» (Amm, XIV, 11, 10) [682] .

Хотя между четырьмя держателями верховной власти не существовало никакого равенства, каждый из них располагал собственной армией и выполнял определенную задачу, связанную с защитой империи [683] . Галльские земли, находившиеся за Альпами были отданы в управление Констанцию Хлору, Африка и Италия — Максимиану, балканские провинции — Галерию, а управление Востоком и Египтом Диоклетиан оставил за собой (Aur. Viet, Caes, 39, 30). Впрочем, военные кампании, особенно если дело касалось цезарей, могли проводиться и на других театрах военных действий. Так, например, Галерий должен был вести трудную войну с персами, в то время как сам Диоклетиан отправился подавлять мятеж в Александрии (Aur. Viet, Caes, 39, 33).

Разделение верховного военного командования и создание режима тетрархии было, возможно, не самым удачным решением, направленным на выход из тяжелой внешнеполитической ситуации, в которой оказалась империя, однако оно позволило Диоклетиану и его соправителям достаточно быстро и эффективно отражать нападения неприятелей и подавлять внутренние мятежи [684] .

Изменение полномочий префектов претория. Дальнейшие изменения в структуре высшего военного командования связывают с периодом правления Константина. Первое из них касается полномочий префекта претория. Еще во времена Диоклетиана префект претория был наделен военной властью и являлся непосредственным помощником императора [685] . Константин лишил префектов военных полномочий, однако не упразднил саму эту должность [686] . Он назначил трех префектов претория, каждый из которых должен был встать во главе одного из трех обширных регионов, на которые была разделена империя. Таким образом, была создана префектура претория Галлии, куда вошли Галлия, обе Германии, Британия, Испания и Тингитана, префектура претория Италии (Африка, Италия и Иллирик) и префектура Востока. В соответствии со сложившимся в научной традиции мнением, преторианские префекты отвечали теперь лишь за организацию в армию поставок продовольствия и фуража [687] , а также выступали в роли высшей юридической власти [688] . Приблизительно с 324 г. в ведение региональных префектов претория переходит area praetoriana — особая казна, средства которой шли на обеспечение солдат, выплаты чиновникам, содержание императорской почты (cursus publicus) и на проведение общественных работ на подведомственной им территории [689] . Впрочем, превращение преторианских префектов в гражданских чиновников произошло, очевидно, не сразу, а в течение длительного периода времени (с 318 по 335 г.) [690] . По крайней мере еще в 328 г. закон, имеющий военный характер (CTh, VII, 20, 5), был адресован префекту претория, что позволяет предположить, что последний, как и ранее, продолжал выполнять некоторые военные функции [691] . Даже намного позднее префекты претория могли вмешиваться в военные дела. Так, например, в 357 г. префект претория Флоренций, находившийся при Юлиане, принял участие в военном совете и высказался за то, чтобы немедленно вступить в бой с противником (Amm., XVI, 12, 14). В 371 г. префект претория Проб отремонтировал стены Сирмия и снабдил их башнями, готовясь к нападению квадов и сарматов, и приказал когорте лучников оставить свой обычный пост и занять город (Amm., XXIX, 6, 11).

Звание префекта претория было высшим в табели о рангах Поздней империи. По словам Аммиана, все военные и гражданские чины видели в нем вершину своей карьеры (Amm., XXI, 16, 2) [692] .

Лишение префектов претория функций командующих гвардией привело к тому, что во главе новой гвардии, созданной Константином, оказался офицер в ранге первого трибуна претория, ранее находившийся в подчинении у префекта. С 320 г. он назывался трибун и магистр оффиций и заведывал всеми дворцовыми службами, которые находились вне юрисдикции комита финансов (другими словами, всей императорской канцелярией). Кроме того, магистр оффиций отвечал за императорскую почту и государственные оружейные мастерские (fabricae) [693] . Magister officiorum мог принимать участие в сражении (очевидно, как командующей гвардией, сопровождавшей императора в походе) [694] . Известно, например, что во время персидского похода Юлиана в одном из столкновений погиб его магистр оффиций Анатолий (Аmm., XXV, 3, 14) [695] .