Чтение онлайн

– Разве пригородное сообщение не отменили из-за войны? – спросил Мишель, в очередной раз проигнорировав её попытку поссориться.

– Отменили всё, кроме шестичасового экспресса, – кивнула Александра. – На нём Викентий Иннокентьевич постоянно ездил, поэтому я знаю. Ходит строго по расписанию, всего полтора часа пути, и мы на месте. А вот на обратную дорогу придётся брать экипаж, в сторону Москвы железной дорогой мы не уедем точно, те поезда не ходят ещё с сентября месяца.

– В имении возьмём, – сказал Мишель. Александра посмотрела на него с улыбкой и спросила весело:

– Ваше величество, ну что бы вы без меня делали, скажите на милость?

– Ума не приложу! – он тоже улыбнулся в ответ, и от его улыбки Сашино сердечко снова заколотилось чаще.

– Вполне сойдёт за "спасибо", – сказала она и, памятуя о дне их знакомства, сделала красивый реверанс, поклонившись так изысканно, что позавидовала бы сама Ксения. – В таком случае, до завтра, ваше величество! Ах да, чуть было не забыла: кто такой Кройтор? Человек, нашедший тело… кто он?

– Управляющий, правая рука моей матери, – ответил Мишель. – А что?

– Я бы на вашем месте всерьёз занялась его поисками. Той ночью ваш отец говорил не только с Воробьёвым – он приказал своему Георгию любой ценой найти Кройтора и принести его голову.

– На его счёт не волнуйся, его уже нашёл я, и теперь он в безопасности. Но всё равно хорошо, что предупредила. Кстати, у меня к тебе встречный вопрос: насколько я разбираюсь в полицейских отчётах, в деле кое-чего не хватает. Показания свидетеля, фотографии с места преступления – это всё хорошо, но главный документ, заключение эксперта, где он?

– У меня, – спокойно ответила Александра, глядя прямо в его глаза. Мишель склонил голову на плечо, внимательно наблюдая за ней.

– Зачем он тебе?

– Затем, что без него, как вы совершенно правильно сказали, дело не будет полноценным! А второго такого вам уже точно никто не напишет. Простите, ваше величество, но мне, увы, недостаточно вашего честного слова, которого вы, посмею напомнить, так мне и не дали. Мне нужны гарантии. Какие-никакие, но гарантии того, что вы попросту не выставите меня за дверь после того, как я отдам вам все бумаги.

– По-твоему, я на такое способен? – теперь уже Мишель обиделся. Чертовски неприятно было то, что она считала его таким негодяем.

– А вот этого я не знаю! Но, как я уже и говорила, яблоко от яблони, ваше величество… Вы-то без лишних колебаний принялись судить обо мне по моей матери, так что же мешает мне судить о вас по вашему отцу?

Такой ответ заставил Мишеля улыбнуться.

– Что ж, это разумно, – он улыбнулся и протянул руку. – Поэтому, раз уж мы с тобой стали невольными союзниками, предлагаю временное перемирие.

Временное, с усмешкой подумала Александра, глядя на его протянутую ладонь. Разумеется, временное! А чего она ожидала? Что он неожиданно осознает, что она вовсе не такая же продажная, как её мать, что у неё есть совесть, честь и чувство собственного достоинства? И что он с восхищением скажет ей: "Прости, Саша, я в тебе ошибся!", а потом падёт на колени и будет вымаливать прощения? Такое и представить-то нельзя!

– Не сердитесь на меня за это, – попросила Александра, решившись-таки, и потянувшись к его руке, чтобы заключить их новообразовавшийся союз пламенным рукопожатием. – Это всего лишь необходимые меры предосторожности.

– Я тебя прекрасно понимаю, – сказал Мишель. Вроде бы он собирался сказать ещё что-то, но как-то странно вдруг замолчал, глядя в её глаза, когда её аккуратная ладошка легла в его ладонь, когда их руки соприкоснулись.

– Верните мне хотя бы часть моей прошлой жизни, и я верну вам медицинское заключение, – тихо произнесла Александра. Отчего-то ей показалось, что её голос дрогнет, и чтобы этого не произошло, пришлось говорить почти шёпотом. Уж не потому ли это, что её снова охватили самые противоречивые эмоции, когда она дотронулась до его руки?

– Договорились, – произнёс Волконский и, взяв пиджак со спинки стула, накинул его на плечи.

– К-куда вы…? – запнувшись на полуслове, спросила Александра, наблюдая за ним.

– Проводить тебя до кареты, разумеется, – как нечто само собой разумеющееся сказал Мишель. – Ночь наступила, пока мы с тобой беседовали.

– Это, конечно, очень мило с вашей стороны, но у меня нет кареты! – сказала ему Сашенька, и Мишель искренне рассмеялся над её словами.

– Я знаю. Я имел в виду мою карету.

– Вы… что?! Ох! – спохватившись, она подобрала юбки и уверенным шагом направилась к выходу, следом за ним. – Уверяю вас, в этом нет необходимости, я прекрасно доберусь сама!

– Будешь ловить извозчика в ночном переулке? Ах да, как я мог забыть о твоей исключительной храбрости!

– Ничего страшного не случится! – заверила его Александра. – Так что, прошу вас, возвращайтесь к своим делам, чем вы там занимались, пока я вас не отвлекла? А обо мне не волнуйтесь, мне не привыкать добираться до дома затемно!

Но Мишель был на удивление упрям и категоричен. Один раз он уже ей уступил, и во второй раз уступать был не намерен.

– Так я тебя и отпустил, – хмыкнул он. – Одну. Ночью. Какая прелесть! Ты хотя бы немного ориентируешься в городе? Представляешь, сколько тебе придётся добираться отсюда до Остоженки?

– Мне не на Остоженку вовсе! – обиженно произнесла Александра, которая и впрямь плохо представляла себе, далеко или близко отсюда находится квартира Гордеева. В прошлый раз они ехали на извозчике с Алёной, и время в пути пролетело незаметно. Но велика была вероятность того, что ночью, да ещё и в полнейшем одиночестве, обратный путь покажется куда более длинным и страшным.

Однако соглашаться на предложение Волконского Саша не хотела принципиально, особенно когда он с усмешкой сказал:

– До Калужской ехать ещё дольше!

На что это он намекал? Уж не на то ли, что на Калужской проживал Сергей Авдеев? Александра вскинула голову, прищурилась и с негодованием посмотрела в его дивные глаза, насмешливо поблёскивающие в сумраке коридора. Оставить эту дерзость без внимания Саша никак не могла и поэтому, демонстративно усмехнувшись, покачала головой и ответила: