Чтение онлайн

— Вопросы? О чем?

— О ком. Саманта Мансграф.

Он покачал головой.

— О нет, я не хочу иметь с ней ничего общего. Когда мы разговаривали в последний раз, она разрушила мою жизнь. Я не хочу знать, что она сделает, если мы снова поговорим.

— Это была не просьба — Мужчина, казалось, стал на несколько дюймов выше, хотя, скорее всего, это было лишь в воображении Гримсби.

Гримсби почувствовал, что ощетинился, у него вспенились крылья и все такое. Он никогда не ладил с хулиганами.

— Вы уверены? Потому что для меня это прозвучало именно так.

— Ты ошибаешься — Голос этого человека был подобен выветренной нержавеющей стали, холодный, неподвластный времени и непреклонный.

Голос Гримсби по сравнению с этим был похож на скрип качелей на резком ветру, но он не позволил себе отступить.

— Нет, я думаю, что это вы ошибаетесь, если думаете, что можешь приходить сюда и просто требовать от меня чего-то. У департамента была возможность задать мне вопросы, но вместо этого просто прислали письмо. Я покончил с этим, а значит, и с вами.

Лицо мужчины потемнело, хотя выражение его лица не изменилось.

— Теперь я иду на работу. Мне нужно оплатить счета.

— Я думаю, твой счет скоро будет оплачен.

Обычно эти слова заставили бы Гримсби одобрительно хмыкнуть, но мужчина произнес их таким тоном, что смеяться стало невозможно.

Однако он нашел в себе мужество пошутить.

— О, страшно — сказал он, закатывая глаза. Хотя это потребовало определенных усилий. Мужчина был невероятно высоким, худощавым и, как ни странно, внушающим страх. Но он не позволил этому проявиться — Но вы забыли драматично снять солнцезащитные очки, когда говорили это. Это действительно снизило эффект. Он повернулся и прошел через стеклянные двери в игровую комнату.

Мужчина двинулся за ним.

— Я не собираюсь спрашивать снова...

— Ого! — воскликнул Гримсби, протягивая руку — Вы хотя бы прочитали надпись?

Мэйфлауэр нахмурился.

— Надпись?

Гримсби указал на картонную фигурку короля Дональда, прикрепленную к стене. Король, у которого вместо головы почему-то была вафля, держал свой королевский скипетр примерно на уровне груди. Табличка на его груди гласила: "Вы должны быть настолько молоды, чтобы войти". Гримсби сам установил высоту, и она была достаточно низкой, чтобы коснуться его макушки.

Мэйфлауэр сделал паузу.

— Ты шутишь.

— Извините, это не в моих правилах — сказал он, указывая на короля Дональда — Таков закон страны.

— Ты...

— Закон страны! — крикнул он, переступая порог и захлопывая за собой дверь. Уходя, он оглянулся через плечо и увидел силуэт Мэйфлауэра в дверном стекле. Даже сквозь матовое стекло глаза мужчины казались неподвижными, как прицел винтовки.

Гримсби содрогнулся. Чего он мог хотеть? Он не ожидал, что когда-нибудь снова услышит о департаменте, разве что для того, чтобы оштрафовать его за злоупотребление магией. Чего бы Мэйфлауэр ни хотел, он был уверен, что это не принесет ему ничего, кроме неприятностей. Хотя какая-то часть его действительно хотела знать больше. Несмотря на то, что он сказал Мэйфлауэру, больше всего на свете он хотел бы получить еще один шанс поступить на работу в департамент. Но этому никогда не суждено было случиться.

Мансграф позаботилась об этом.

Он отмахнулся от вопросов и сомнений и оглядел игровую комнату. Пора было приниматься за работу.

ККМВД, кстати неудачное название для чего бы то ни было, не говоря уже о ресторане для детских праздников, был перестроен из промышленного здания. То, что Когда-то было широким трехэтажным зданием, доверху заставленным коробками и поддонами, опустело, и внутри него было устроено отвратительное Кулинарное Королевство Могущественного Волшебника Дональда.

Бетон был покрыт прорезиненной плиткой и искусственной травой. Электрические провода были заделаны фанерой, раскрашенной в виде крепостных башен. Потолок, отделанный стеклянными панелями, был покрыт яркими красками разных оттенков основного и вспомогательного цветов. Серый свет холодного осеннего дня окрашивался в тошнотворные оттенки, когда он проливался на искусственный газон, заполнявший игровую площадку внизу.

В центре склада, вероятно, каким-то архитектором или инженером, у которого были либо серьезные проблемы с бизнесом, либо клиническое расстройство, был построен замок "Королевство еды". Именно из-за этого замка родители отправились в почти заброшенный промышленный парк в получасе езды от Бостона и заплатили за еду, которая по вкусу напоминала переработанный картон. И не из-за начинки, а из-за двойного гофрирования.

Окруженные рвом, как площадка для игры в мяч, пряничные зубчатые стены замка короля безумной еды поднимались на пятнадцать футов в воздух. Парапеты из рожков с мороженым поднимались спиралями почти до потолка, их вершины украшал развевающийся флаг с логотипом ККМВД: пицца в короне, украшенной драгоценными камнями. Подъемный мост в форме недоеденного печенья был перекинут через ров и вел в святая святых замка.

Но когда Гримсби вошел в королевство, он увидел, что замок подвергся нападению.

Дети ползали по его зубчатым стенам и штурмовали мост. Они плавали во рву и карабкались по вмурованным в землю лошадям на пружинах, сбивая с ног костюмированных манекенов, которые составляли двор короля еды. Хаос, анархия и измена в неблагородном королевстве Кулинарного короля.

Гримсби не мог этого допустить.

В конце концов, это было прописано в его контракте.

Он был маршалом этого королевства, одетым в спандекс блюстителем правил безопасности, и, самое главное, он был ответственен за любой вред, который причинялся детям в этой комнате.

К счастью, он также был колдуном, и это иногда оказывалось полезным.

Он сделал глубокий вдох, чтобы подготовиться к тому, что последует дальше. Он не мог выказать ни страха, ни колебаний, а главное, ни гордости. Невозможно одновременно гордиться и должным образом обращаться с детьми. Это было своего рода универсальное или, возможно, космическое правило.

Он набрал в легкие побольше воздуха и крикнул:

— Джентльмены и леди!

Дети остановились, и десятки крошечных глазок оторвались от своего восхищения Царством еды и уставились на этого розового новичка и его крылышки тако.

Воцарилось напряженное молчание, пока Гримсби наконец не произнес:

— Кто хочет увидеть немного магии?

Дети заревели, завизжали и заверещали в ответ. какой-то странный ребенок среди них даже залился птичьей трелью. Они спустились по крепостной стене с безумной легкостью, лишенной грации, и бросились к нему по полям из изумрудного пластика.

Он стойко выдержал их натиск. Некоторые затормозили в нескольких дюймах от него. Другие врезались ему прямо в ноги. Ему удавалось подхватить любого, кто спотыкался, и усадить их вокруг себя в растущий полукруг липких рук и любопытных лиц.