Чтение онлайн

Мощи другого святого того времени, Корнилия Сотника, обращенного в христианство, согласно Деяниям, святым апостолом Петром, погребены в городе Скепсии (провинция Мизия в Малой Азии) – там, где он проповедовал. От них произошло множество исцелений; уже в конце I века возник благочестивый обычай ежедневно ходить на могилу Корнилия, кадить над ней ладаном и молиться.

В 251 году в Италии был усечен мечом мученик Никон, а его тело бросили на съедение зверям и птицам на берегу реки Асинос. Случайно мимо проходил пастух, страдавший от беснования. Приблизившись к телу святого, он упал на землю с криком: «Горе мне, куда мне бежать от лица Никонова?!» – и в тот же миг исцелился.

Известен такой исторический факт: на гробе мученицы Агнии, пострадавшей около 304 года, исцелилась Констанция, дочь императора Константина Великого.

Предавая казни христиан, римляне думали положить конец распространению христианства в какой-либо области. Однако часто чудеса от мощей мучеников были настолько удивительны, что, видя их, крестились все местные жители. В конце III века в городе Кизике малоазийской области Мизии были казнены девять исповедников Христа – за отказ принести жертву идолам. «От сих святых мощей совершались многоразличные чудеса и исцеления: бесы изгонялись, расслабленные становились здоровыми, страдавшие лихорадкой совершенно исцелялись от своих болезней. Так, например, один известный в городе муж, страдавший водянкой, исцелился от своей болезни, прикоснувшись с верою к раке со святыми мощами. Равным образом всякий, какой бы ни был одержим болезнью, с верою прикасавшийся ко гробу святых мучеников, тотчас получал исцеление. Видя это, многие из неверных обращались ко Христу, так что вскоре весь город тот уверовал во Христа; идолы и языческие храмы сокрушались, и вместо них воздвигались храмы христианские; благочестие процветало в городе Кизике по молитвам святых девяти мучеников, там почивавших»[9].

Нетленность останков

Писатель Симеон Метафраст приводит слова очевидца, присутствовавшего при обретении мощей мученика Автонома спустя два века после его смерти (святой был убит во время службы в своей церкви в 313 году):

«Приникая очами в гроб святого мученика Автонома, я узрел, что его святые мощи остаются непобежденными силою смерти. Смерть, похваляющаяся в три дня разрушить весь состав живого существа, не могла в продолжение столь многих лет уничтожить ни одного волоса у сего славного мужа. Глава его и волосы были невредимы, лицо цело, кожа крепка, не истлел ни один волос на ресницах его: лишь очи его сомкнулись. И когда я глядел на него, мне казалось, что смерть заставила его лишь хранить молчание, а все его тело и все его составы сохраняет целыми: ни с головы его ничего не отпало, ни от прочих частей тела ничего не отделилось»[10].

Такое же свидетельство оставил пресвитер Павлин о мощах святого Назария, пострадавшего в первое гонение на христиан при императоре Нероне (54–68). Эти останки были обретены три с лишним века спустя.

«Мы видели во гробе, в котором лежали мощи мученика, кровь, как бы сейчас истекшую, – писал он. – Голова с волосами и бородой так сохранилась, что как бы только теперь была положена во гроб, а лицо было так светло, что, казалось, только что омыто. И какое же в этом чудо – если Сам Господь обещал в Евангелии, что и влас главы вашей не погибнет? Мы в это время почувствовали благоухание, превосходившее все ароматы»[11].

Итак, тела христианских мучеников отличались от тел других усопших, так что, даже будучи сложенными вместе, их нельзя было перепутать. Оказавшись рядом с этими мертвыми телами, люди становились свидетелями необыкновенных явлений: останки могли оставаться невредимыми, пребывая в земле, в огне и в воде, не истлевали за сотни лет, благоухали, источали миро, светились в темноте. Прикоснувшись к ним, люди исцелялись от болезней. Именно чудесные явления от останков (мощей) привели к возникновению почитания отдельных усопших христиан как святых.

«Церковная власть лишь свидетельствовала о святости. Святыми праведники становились не постановлением земной власти, а милостью и благодатью Божией. Церковной властью лишь одобрялось восхваление в Церкви и молитвенное призывание нового святого», – пишет святитель Иоанн Шанхайский.

Церковь никого не старалась «произвести» в святые. Если где-либо почиталась могила человека, принявшего смерть за исповедание Христа, если от его останков происходили исцеления и чудеса, о таком угоднике сообщалось в другие церкви, чтобы и там могли возносить ему молитвы. Этот обычай закрепился и на последующие века: одной благочестивой жизни было мало для прославления в лике святых. Чтобы понять, угодил ли на самом деле человек Богу, вскрывались его мощи. И если от них были исцеления, сомнения снимались. В случае же, когда тело обреталось нетленным, но чудес исцеления от него не было, канонизации не происходило.

При этом суд человеческий отклонялся: если, например, жизнь человека могла вызывать большие сомнения, но после смерти тело его становилось источником чудес – его начинали почитать как святого.

Примером может служить жизнь святого Вонифатия. Он был рабом богатой римлянки Аглаиды, дочери одного из городских начальников. Мужа у Аглаиды не было, молодой и красивый раб Вонифатий стал ее любовником. Аглаида даже поручила ему управление своим домом и обширными имениями. В этой должности Вонифатий мог безбоязненно предаваться страсти винопития: «в нечистоте валяшася и пьяница бяше».

Несмотря на порочную жизнь, Аглаида была христианкой. В это время, при императоре Диоклетиане, начались очередные гонения на христиан. У Аглаиды появилась мысль купить у палачей мощи святого мученика, чтобы положить их в своей домашней церкви. Это поручение она возложила на Вонифатия. В житие говорится, что, отправляясь в путь, он, смеясь, сказал Аглаиде: «А что будет, госпожа, если я не найду мученика и мое тело, замученное за Христа, принесут к тебе?» Аглаида же в ответ назвала его пьяницей и грешником, прибавив: «Сейчас время не для глумления, а для благоговения».

Вонифатий отправился в путь и прибыл в Малую Азию, в киликийский город Тарс. Оставив спутников в гостинице, он отправился смотреть на страдания мучеников, о которых раньше только слышал. Придя на место казни, он увидел множество народа. Мучеников было около двадцати; в ход были пущены ножи, пилы и железные крючья. Некоторые уже умирали, лежа в лужах собственной крови. Вонифатий не мог безучастно смотреть на их страдания, он вышел из толпы и стал обнимать ноги мучеников и целовать их. Внимание всех обратилось к нему; Вонифатий исповедал себя христианином. После допроса и пыток, на следующий день, 19 января 290 года, он был усечен мечом.

Житие рассказывает, что спутники все это время ждали его в гостинице. Видя, что Вонифатий не возвращается, они решили, что он, по своему обыкновению, напился пьяным и проводит время с блудницами. «Вот, – говорили они, смеясь, – как наш Вонифатий пришел отыскивать святые мощи!» Даже когда им рассказали о казненном, который по всем приметам походил на Вонифатия, они не поверили: «Разве будет пьяница и распутник страдать за Христа?»

Когда же они наконец увидели тело мученика, то устыдились и, выкупив тело Вонифатия, привезли его к Аглаиде. От останков молодого раба, как сообщает житие, «истекали многоразличные исцеления больным и изгонялись из людей бесы». В своем имении в 50 стадиях от Рима Аглаида построила храм во имя мученика Вонифатия, положив в нем мощи святого.

Мученики (греч. свидетели) умирали, исповедуя Христа Спасителя, воскресшего во плоти. После их смерти люди становились свидетелями того, что и собственная плоть святых не подчинялась обычным законам тления. Более того, останки святых мертвецов животворили! Благодаря чудесам христиане лишний раз получали подтверждение того, что Господь «хранит кости их», что учение о Воскресении – истина, что во Христе обретается Жизнь Вечная…

Почитание святых, возникшее в I веке нашей эры, было «не от человеков». Таким оно перешло и на Русскую землю.