Чтение онлайн

— Вот именно поэтому тебе и нужен кто-то рядом, если собираешься тренироваться.

— Мам, мне никто не нужен. Я уже предупредила братьев, что им нельзя приближаться к центру до девяти утра. Поэтому и начинаю пораньше.

— Не важно, милая. Я не хочу рисковать. У тебя клиенты, которые на тебя рассчитывают. Да вы и так меня постоянно доводите своими выходками. Не хочу, чтобы ты отправилась в больницу и дала мне настоящий инфаркт.

— Я согласен, — вмешивается папа с другого конца стола. Он всё время читал газету, и я даже не думала, что он нас слушает.

Мои плечи опускаются, и я изо всех сил сдерживаюсь, чтобы не топнуть ногой, как обиженный ребёнок. Я что, ещё не доказала, что могу справляться?

Развожу руками.

— А кого я, по-вашему, должна просить в последний момент? Все парни на ранчо заняты до обеда. Я не могу просто сидеть и ждать, пока кто-то придёт нянчиться со мной. У меня график, и...

— Я сделаю это, — вдруг говорит Фишер.

Я резко поворачиваю голову к нему.

— Что?

— Я приеду на час раньше, чтобы ты не переживала. Так тебе не придётся ждать кого-то другого, — он пожимает плечами и опускает взгляд на альбом, будто не только что сломал весь мой план.

Как я, чёрт возьми, должна сосредоточиться на тренировке, если Фишер будет смотреть на каждый мой шаг?

— Отличная идея! — широко улыбается бабушка. — У Фишера есть опыт с быками. Думаю, он отлично справится с Пончиком.

Я прищуриваюсь и сжимаю губы. Теперь я точно уверена, что бабушка замышляет что-то.

— Мне тоже нравится эта идея, — добавляет папа. — Пончик уже его знает.

— Теперь мне куда спокойнее — зная, что Фишер будет рядом, — мечтательно вздыхает мама.

Я резко выдыхаю.

— Ладно. Приходи к семи тридцати.

— Буду, — подтверждает он.

Фишер

Я останавливаюсь у Лоджа, чтобы взять два кофе с собой, и приезжаю в тренировочный центр за пять минут до начала. Судя по тому, что я видел, Ноа пьёт его нечасто, но после того, как мы вчера засиделись с альбомом, я решил, что с утра он ей точно пригодится.

Хотя она говорила, что не может остаться надолго, мы закончили восемь страниц её альбома для сбора средств. Её родители и бабушка уже давно легли спать к тому моменту, как я уехал. И пусть мне тяжело быть для неё просто другом, было здорово просто посидеть рядом и поговорить. Она показала мне специальный альбом, который начали вести её мама и бабушка после её рождения. Он был полон фотографий — от младенчества до первых школьных лет и снимков с занятий верховой ездой. Разные соревнования, в которых она участвовала в средней и старшей школе, занимали не меньше дюжины страниц. Потом она достала всего лишь одну из множества коробок с ленточками и трофеями. Неудивительно, что лошади чувствуют с ней себя спокойно и в безопасности. Она не только в основном училась самостоятельно, но и на своём уровне — настоящий вундеркинд.

Было приятно закончить вечер на хорошей ноте, особенно после того, как прошёл ужин. Я сразу понял, что она удивилась, увидев меня с Джейсом, но ему нужно было извиниться перед ней и наладить отношения с её братьями. У нас с Джейсом ещё полно нерешённого, но у них слишком много общего прошлого, чтобы всё это так и осталось в прошлом.

— Доброе утро, — говорю я, входя в тренировочный центр и протягивая ей один из стаканчиков. — Подумал, тебе пригодится заряд бодрости.

Она выглядит очаровательно в своих ботинках и шлеме для верховой езды. Волосы заплетены в длинную косу, а у лица выбились пару прядей и мне так и хочется заправить их за ухо.

Она делает глоток, а потом улыбается.

— Спасибо. Спала мало, но это того стоило. Я рада, что ты остался вчера.

— Я тоже. Давно так не веселился.

— Не могу дождаться, когда снова продолжим. Может, в следующее воскресенье? — спрашивает она, и я замечаю искру надежды в её глазах. Это плохая идея, чем больше времени я с ней провожу, тем труднее держать себя в руках.

Но я не могу ей отказать.

— Да, я бы с удовольствием.

Проводить время с тем, с кем быть нельзя — особая форма пытки, с которой я раньше не сталкивался. Это больно, но я не могу держаться подальше. Похоже, и она тоже не хочет.

— Ну что, готов посмотреть, на что способен Пончик? — Она делает ещё один глоток, а потом ставит кофе в сторону, чтобы не мешался.

— Готов. Скажи, что нужно делать.

— Просто будь позади меня. Если я вдруг свалюсь, чтобы ты успел поймать меня до того, как я вывихну лодыжку. Пончик умеет стоять спокойно, но он легко пугается. Сколько бы я с ним ни работала, громкие звуки до сих пор его нервируют. Наверное, спасибо моему придурковатому брату, который раньше гонял тут на своём мотоцикле.

— А тебе не кажется, что для такого дела стоит выбрать лошадь, которая не пугливая?

Она ласково гладит его по шее.

— Мы с ним очень близки, и он мне доверяет. Пока не будет никаких резких громких звуков, всё пройдёт отлично.

Я прикусываю язык. Меня волнует, что она может пострадать, если, не дай бог, где-то рядом выстрелит глушитель, но я всё равно поддерживаю её.

— Ладно, я готов, когда ты готова, — ставлю кофе рядом с её стаканом, чтобы освободить руки.

— Сначала немного разомнусь, сделаю простые движения, чтобы вспомнить технику.

Я не слишком разбираюсь в терминологии трик-райдинга (*трюковая езда), но часто видел подобные выступления на родео. Обычно на арене появляется несколько всадников, которые развлекают публику. Они надевают блестящие костюмы, украшают лошадей блёстками и лентами в тон. Некоторые даже делают «римскую езду», стоя сразу на двух лошадях с одной ногой на каждой, и прыгают через огненные барьеры. Лошади несутся почти на полной скорости, а всадники висят на боку или стоят на спинах — это очень опасно. По сути, это гимнастика на лошадях.

— Никогда не сидел в таком седле, — говорю я, когда она закидывает левую ногу по-другому, чем обычно. У седла длинный прямой помел и специальные ручки сзади для трюков. На шее у Пончика надет ошейник, а само седло закреплено дополнительными ремнями, чтобы не соскальзывало при всех этих движениях.

— Нашла его в прошлом году, когда решила попробовать себя в этом, но далеко не продвинулась. Делайла уже довольно опытная, а я просто учусь чувствовать, как должно ощущаться движение, а не только как оно выглядит.

Она ложится поперёк седла, прижав руки к бокам и вытянув ноги, и я отхожу на пару шагов, чтобы не мешать, но остаюсь рядом на случай чего.

— Что это за движение? — спрашиваю я.

Она поворачивает голову и улыбается.

— Это просто планка. Главное — распределить вес, чтобы он чувствовал равновесие.

— Если Делайла и так всё умеет, зачем ей тренер?

Она выпрямляется и ведёт Пончика шагом, выпрямляя спину и блокируя колени. Потом перекидывает правую ногу, чтобы обе оказались с одной стороны. Я чувствую себя папарацци, наблюдающим за каждым её шагом и выжидающим момент, чтобы сделать лучший кадр.