Чтение онлайн

Как раз, собирал небывалый рейд в Пустоши и очень удивился суммам в отчете интенданта. Пшеница, мука, хлеб, сухари подорожали безбожно. Прочие злаки: ячмень, просо, полба, рожь подорожали сильно. Овощи подорожали заметно. Мясо же осталось на уровне прошлого года.

Все потому, что коровы, овцы и козы едят траву. Неурожая травы как-то не наблюдалось. Овощные очистки, помои и съедобный мусор неплохо кормили городских свиней, а сельские на вольном выпасе сами находили, чем перекусить. Дубы не завяли, и желудей хватало.

— Видели, кто в деревне живет? — спросил Корбо.

— Мужики в основном.

— Почти без баб и детишек и вообще без стариков и старух. А еще без землевладельцев, и пахать можно хоть до горизонта. Мужицкая община в Пустошах может вырастить сильно больше еды, чем съест.

— Было бы эту еду куда продать. Через горы проводниками она золотая станет. Морем не знаю. До того же Любеча какой крюк из залива, да через мыс, да мимо островов.

— Вот, господин, понимаете. И Сантели в прошлом году понял. Раньше расклады другие были. Без Пустошей в мире еды хватало.

Корбо снял со сковородки поджарившийся бекон и на вытопившемся жире поставил разогреваться вчерашние деревенские пироги.

— Сантели покупает здесь пшено и квашеную капусту и везет на острова. В Архипелаг.

Архипелаг находился к северо-востоку от материка и славился аномально холодным климатом. Даже море вокруг замерзало на зиму. Вырастить там репу или пшеницу никто и не пытался. Местные ловили рыбу и били тюленя. Там же базировались серьезные рыбаки, которые ходили на дальние промыслы за треской, и прочие китобои.

— Ага, — прикинул по воображаемой карте Адемар, — Отсюда до Архипелага примерно как от Любеча, может чуть больше. Но на море больше решают ветра и течения, чем расстояние по прямой. И в Любече своего зерна нет. Его завозят из долины Сузы, а это расходы на перевалку, склад и посредников.

Подобная эрудиция в темах, которые тебя не касаются, считалась признаком хорошего домашнего обучения, характерного только для высшей аристократии. Прочие сословия не заморачивались видеть картину мира в той части, где она их непосредственно не касается.

— Вот-вот, — подтвердил Корбо, — Из Архипелага Сантели везет меха, шкуры и кость морского зверя в Любеч. В Любече он берет на борт живую скотину и железные инструменты. Там как раз куют из болотного железа и ковали бы больше, было бы кому продать. Южная-то сталь лучше.

— Я бы еще попил, — сказал Адемар и потянулся к фляжке с вином.

— Давайте, я вам его подогрею, добавлю воды, меда и трав, — предложил Корбо, — Если чистым вином еду запивать, все запасы в два счета выпьете.

В дверь с поклоном зашел новый староста.

— Господин, не побрезгуйте. Не лошадиное, коровье.

Он поставил на стол долбленое деревянное ведерко с молоком и корзинку с четырьмя яйцами. Адемар принял как должное и благодарственно кивнул, а Корбо искренне восхитился.

— Ух ты! Откуда?

— Сантели корову привез. Зимой будем бревнами рассчитываться.

— Бревнами? Что-то новенькое.

— Они с Шарлеем лесопилку ставят.

— Молодцы! — всплеснул руками Корбо.

— Не понял, — сказал Адемар.

— В Архипелаге нет строевого леса, — объяснил Корбо.

Староста тоже прислушался. Откуда ему знать, чего нет в далеком Архипелаге.

— А сувойка? — спросил Адемар, — У меня рукоять молота из сувойки, отличное дерево, не хуже дуба.

— Сами и ответили, господин. Во-первых, сколько там той сувойки. Во-вторых, стоит она такие деньги, что на сараи или сваи ее пускать дураков нет. А фактории строить надо. Бревно, брус, доску завозят с большой земли.

— А, понял, — вступил староста.

Господина он бы не перебил, а господского повара перебить не грех.

— В Любече лес господский. Он кормит и лесорубов, и землевладельца, и всех посредников, особенно того, что держит склад в порту. У нас лес бесплатный, руби — не хочу. Чем брать лес в Любече, на те же деньги можно там взять топоров и пил, а на эти топоры здесь выменять в десять раз больше леса. Только кругляк с корой возить глупо. Надо возить брус и доску.

— Мужику легче рубить или пахать? — спросил Адемар, признавая старосту участником беседы.

— Мужику зимой от скуки хоть вешайся, — ответил староста, — Мы как раз за зиму для Сантели леса нарубим и по снегу на санях до фактории довезем.

Корбо достал мешочек муки и сахарную голову.

— Хлеб печь долго, — сказал он, — Блины будете?

— Буду, — без сомнений ответил Адемар.

Молоко пьют только маленькие дети. Господам молоко пить даже как-то смешно. Из молока положено что-нибудь вкусное готовить. Сметану там, соусы на сливках, сыры, выпечку.

Корбо разбил в большую миску яйца, добавил молока, муки, настрогал сахара с сахарной головы, хорошенько перемешал. Староста внимательно смотрел на манипуляции, проводимые с сахаром. Мужик явно не знал, что это, и недоумевал, зачем важные люди крошат несъедобную каменную на вид хрень в добрую еду. Однако сомнения оставил при себе.

— Какие отношения у Тудука с Сантели? — спросил Адемар.

— Краями расходятся, — ответил староста, — Тудук в князья метит. Ему подданные нужны, и чтобы с тех было чего взять. Пока кроме Сантели сюда никто по заливу не ходит. Он о своих доходах на каждом углу не кричит. Но ходить будут. Шила в мешке не утаишь. Встанут другие фактории, или тот же Сантели разрешит другим мореходам на своем причале грузиться. К тому же на «смоляного» как прыгнешь, так и отскочишь. По первости люди думали, размяк Сантели, потерял верных людей и сам, наверное, уже слабый стал. Пробовали ощипать. Но у него в близких помощниках рубака ходит, страшный и боевитый, как черт [1]. Он всех борзых кровью поумывал, и желающие перевелись.

— Понятно. Тудук потом будет брать долю с каждой поставки между причалами и деревнями, — сказал Адемар, — Корбо?

Корбо плюхнул на тарелку господину первый блин.

— Пробуйте.

— Хорошо. Сахара только добавь. И продолжи мысль.

— Всем бы стало лучше, если бы вместо Тудука берег держали вы, — сказал Корбо.

— Да, — кивнул староста, — Точно.

— Да? — посмотрел на него Адемар, — Ты же от королей, солдат и чиновников бежал.

— Нет, господин. Я бежал от голода, разорения и долговой ямы. Когда б не голод, с чего бы я побежал. Мне бы и предложили, я бы отказался. Я так понимаю, что сейчас ваша армия для короля расходная статья бюджета.