Чтение онлайн

[3] Сейчас в некоторых родах войск примерно то же самое. Например, в авиации «техник самолёта» — лейтенант. Старший техник — старший лейтенант, но их один на эскадрилью, на полк до четырёх. Ещё есть одна капитанская должность и одна майорская или подполковничья, смотря какой полк. И — всё. Так что подавляющее большинство авиатехников ходит в лейтенантах от выпуска из училища до ухода на пенсию.

Утром встал не сказать, чтобы совсем спокойным, нервничать я не перестал, но хотя бы не до дрожи. И хаотичных действий, вроде как постоянно перекладывать что-то с места на место или ходить туда-сюда из угла в угол почти не стало. Дружки приехали ко мне заранее, за час до выезда. На сей раз я, вняв упрёкам сокурсников и страданиям будущих родственников о статусе, я пригласил Германа Вязовского, как будущего барона, и к нему в пару нашего Надосиновика, как представителя студенческого братства и для внушительности. Такие представители жениха понравились будущей тёще куда больше, чем вечно слегка охламонистые «дяди», которых она видела на нашей с Машей свадьбе, где её дочка была подругой невесты.

После обретения Василием своей истинной любви, она же «Вафелька», общаться мы стали намного чаще и, не побоюсь этого слова, сблизились. Начали с обсуждения достоинств и недостатков разных видов холодного оружия, потом перешли на металлургию, но Вася был в ней не особо силён, по крайней мере в части теории, так что перешли на оружие огнестрельное, а уж после стали общаться вообще обо всём. Приятель даже набрался смелости попросить у меня разрешения научиться водить мой фургон. Я честно предупредил, что после этого ни на каких других авто он ездить или не захочет, или вовсе не сможет, но всё втуне. Пришлось учить, чтобы не портить только начавшие налаживаться отношения с сокурсником прямым и категорическим отказом. Пусть потом страдает, переучиваясь на другой транспорт.

Научился, кстати, и довольно быстро, в процессе даже сделал пару интересных предложений по эргономике кабины, как минимум — стоящих обдумывания. Просто он смотрел с точки зрения крупного человека, которому некоторые решения, нормальные для шофёра среднего роста, были достаточно неудобны. Ну, а ещё он задолжал мне услугу, которую и отрабатывает, совмещая должности дружки и шофёра. Конечно, можно было усадить за руль одного из номинальных дружинников из Викентьевки, но «хорошая мысля приходит опосля», как говорит дед.

У кого-то из старших Неясытевых явно был какой-то подспудный страх, что их могут посчитать деревенщиной, дед назвал его «комплексом лимитчика», что бы это ни значило. Именно поэтому они избавили предстоящую свадьбу от всех обрядовых атрибутов или обычаев, которые на их взгляд можно было счесть «деревенскими» или простонародными. Поэтому я и мог себе позволить нанять таких дружек, тогда как при традиционном выкупе против кого-то уровня Ириски с Васей они не продержались бы и десяти минут. Здесь же такого боя точно не будет, так что можно выбирать помощников не по боевым характеристикам, а по экстерьеру и родословной. Так, что-то меня унесло куда-то вообще в область не то собачьих боёв, не то охоты.

Нет, какая-то минимальная обрядовость всё же осталась, чтобы, как едко, но метко выразилась моя Мурка «выход замуж чем-то отличался от похода в лавку». В частности, символический «выкуп» за невесту её подругам пришлось вносить, хоть это и было исполнено как-то без огонька. Зато огонёк явно проскочил между Васей Подосиновиковым и одной из подружек невесты, девицей гренадёрских статей, которую я раньше не видел рядом с Ульяной. Да я вообще как-то не в курсе был, кто там возле этого семейства в целом и моей внезапной невесты имеется, кроме её и Машиных сокурсников или знакомых по академии. Здесь же прямо Свету Зубрицкую вспомнил, честное слово. Маша шепнула, что это какая-то родственница невесты, не то племянница двоюродной сестры будущей тёщи, не то наоборот — двоюродная сестра племянницы. По имени Варя и фамилии Кобыляко, что, в комплекте с размерами, а девочкой она была крупной с самого детства, породило немало шуточек в её адрес, не всегда безобидных, а подчас и вовсе оскорбительных. Но рядом с Васей она выглядела пусть не хрупкой тростинкой, но по крайней мере не охранницей, а девушкой, поскольку была меньше и изящнее него. То есть, смотрелась совсем иначе, чем на фоне даже Ульяны, тоже не сказать, чтобы сильно мелкой.

Потом была та же самая ритуальная поездка на каретах, которая «прощание со старой жизнью», и даже «контрольные точки» совпадали с Машиными как бы не процентов на восемьдесят. Главным отличием было то, что теперь у меня имелся своего рода экскурсовод в лице супруги, которая поясняла, что здесь находится и по какой причине сюда приехали. Было намного интереснее, надо сказать. Один раз только Маша поморщилась:

— А вот сюда кто и зачем придумал ехать — я даже не знаю.

— И что здесь такое?

Маша поморщилась:

— Здесь было первое свидание. Мало того, что повод, мягко говоря, неуместный, так ещё и свидание было чрезвычайно неудачным и закончилось мордобоем. Уточню: Ульяна била кавалера.

— Тогда это очень хорошее, знаковое место! Я и сам бы сюда заехал. Так сказать, по местам боевой славы.

Опять ритуально покормили птиц, а также дежуривших здесь поздравляющих, благо, на сей раз заготовленный мешочек с серебром никто не спёр. Считалось, что то, как едят птицы предложенный корм, говорит о будущем брака, если, мол, едят хорошо — то и брак будет хороший. С учётом сезона гнездования и, соответственно, голодных предсказателей шансов на плохой результат гадания явно не было, разве что вместо зёрен камушки кидать, да и то сожрать могли. Ну, и поехали, наконец, в ратушу.

Я заметил, что сбоку от здания уже стоял мой фургончик, пригнанный от дома Неясытевых слугой Вязовских, которого сам Герман именовал «папин шофёр». Этот сидел в кабине с мечтательным видом — кажется, он переживает переосмысление понятия «рабочее место шофёра». Чую, ждёт его разочарование, а меня — домогательства по поводу «хотим такое же». Ладно, прорвёмся.

На этот раз лично мэр нас поздравлять не стал, видимо, или у невесты статус недостаточный, или тот раз был случайностью. Дежурный заместитель, на мой вкус, справился гораздо хуже, потому как выступал почти вдвое дольше. Запись в губернской книге регистрации, столь же велеречивая и трудночитаемая, после которой «девица Ульяна» стала моей женой с точки зрения имперских чиновников. Из отличий — подпись первой жены, которая ставится третьей, наравне с нашими. Да, без её одобрения второй брак не может быть заключён, хотя, справедливости ради, есть много способов заставить дать согласие. Всё, у меня официально две жены, а я всё ещё не уверен, что мне этого хочется, хоть уже практически убедили, что нужно. Зато сама Ульяна одновременно и сияет, и дрожит мелкой дрожью — это я почувствовал, когда взял её под руку после того, как все трое заверили свои подписи.

Затем — клятва перед богами, чуть-чуть другая. И — финальная процедура. Я потянул с пальца свой перстень, который остался на месте, но во второй руке оказалась его копия. И уже она, надетая на палец Ули, слилась с её перстень. Серебро сменилось адамантом с серебряным щитом и изображением Рысюхи, которая явственно мне подмигнула. После изменения перстня, что свидетельствовало согласие богов, я передал Ульяне заранее заготовленный для неё комплект баронских регалий, и — да, я тоже был с цепью на плечах. Тоже забавный момент — если боги не должны вмешиваться в жизнь смертных, то как они могут не одобрить брак? Это же будет то самое вмешательство. С другой стороны — это переход верующего от одного бога к другому, то есть, именно их дело. Так, кажется, я понимаю, в чём смысл той самой книги — если бог мужа откажется принимать его жену, или божество жены, если оно сильнее, не захочет отпускать её, то брак всё равно будет считаться заключённым с точки зрения Империи, просто останется чисто светским. Если немножко подумать головой, то внезапно может оказаться, что некий странный, непонятный и, казалось бы, не нужный ритуал оказывается имеющим вполне конкретное и важное практическое значение.

Чего только не лезет в голову, когда нервничаешь.

Объезд после регистрации сократили до абсолютного минимума: просто сделали крюк по городу, проехав мимо моего дома, после чего отправились запускать венок по реке. Нет, всё же интересно, что зимой делают, вместо этого ритуала? Птиц-то найти можно, причём голодных, а вот с венком что? Потом как-нибудь узнаю, если не забуду.

Меня держала в напряжении не только сама свадьба, но и ожидание возможных неприятностей. Да, странные события вокруг детей Неясытева сошли на нет после того, как вопрос с назначением на должность был решён официально и окончательно, но мало ли, какие возможны пароксизмы или, может быть, месть обиженных. Например, та поездка на место первого свидания — это чья-то глупость или попытка спровоцировать скандал? Ведь реакция жениха могла быть очень разной, в зависимости от того, как это ему подать. Но при злом умысле рядом со мной должен был быть кто-то, кто «откроет глаза». Или это запланировано на потом, чтобы при свидетелях? Очень, знаете ли, такие мысли отвлекают от торжества и мешают проникнуться.

Именно в ожидании возможных неприятностей я заранее «выписал» и заслал в ресторан нескольких своих дружинников — присмотреть, чтобы на столы попало только то, что они привезли с собой, контролировать отсутствие на столах «случайно» затесавшейся бутылки с какой-нибудь дрянью. К сожалению, контролировать кухню и, соответственно, отсутствие слабительного в салате, условно говоря, они не могли. И, нет, привлечь кого-то из них в качестве шофёра тоже было нельзя: все трое имели свою задачу, и снять кого-то означало ослабить меры безопасности ради повышения удобства, и я даже без деда понимал, насколько это будет неправильно.