Чтение онлайн

Ивану Даниловичу уже было под 30. Возглавляемая им московская делегация безоговорочно поддержала митрополита. Не столь важно, чем руководствовался Иван: то ли считал обвинения надуманными, то ли уловил нежелание патриарха и его посла раздувать скандал, то ли просто воспользовался случаем досадить ненавистному тверскому князю. Когда же в итоге митрополит был оправдан, можно было не сомневаться, что тот надолго, если не навсегда, запомнил, кто ему помогал сохранить доброе имя. Также можно было не сомневаться, что митрополит не забудет, что угроза его благополучию исходила из Тверского княжества.

Не замедлил появиться и повод, чтобы митрополиту проявить свои пристрастия. В 1311 году умер городецкий князь Михаил Андреевич. Детей у него не было. На наследование княжества, включавшего в себя также Нижний Новгород, претендовали как московские, так и тверские князья. Михаил Ярославич направил в Нижний Новгород войско из Твери. Под Владимиром полки остановил митрополит и под угрозой отлучения от церкви запретил тверичам дальнейшее движение. В итоге правителем Городецкого и Нижегородского княжества стал Борис, старший брат Ивана Даниловича.

Это было важное достижение. Во-первых, удалось блокировать попытки Твери расширить подконтрольную ей территорию. Во-вторых, увеличилась зона влияния московских князей. В-третьих, для Ивана после отъезда Бориса в Городец открывался путь к московскому престолу. И он действительно в будущем занял московский престол и даже получил ярлык на великое владимирское княжение, хотя это произошло и не так скоро. Но Иван Данилович не торопился.

Пока же он опять находился в тени своего старшего брата Юрия, вплоть до 1322 года. Тогда для того наступили очень тревожные дни. Он удержал у себя предназначенные для выплаты в Орду деньги, а об этом узнал хан Узбек. Совершенное государственное преступление, а именно так расценивается во все эпохи утаивание и невыплата налогов, не могло не остаться без последствий. Хан отобрал у Юрия Даниловича ярлык на великое владимирское княжение, которым тот владел три с половиной года. Новым великим князем на Руси стал тверской князь Дмитрий Михайлович Грозные Очи. Хан также потребовал, чтобы нарушивший финансовую дисциплину Юрий явился к нему для объяснений. Провинившийся московский князь понимал, что объяснения могут закончиться скорым судом и приговором. Поэтому он решил какое-то время переждать в Новгороде. А править Московским княжеством остался опять Иван.

Сразу же после отъезда брата на север Ивану Даниловичу выпала неприятная миссия сопровождать на Русь татарского посла Ахмыла. Тот, по всей видимости, не очень старался изловить Юрия, пограбил русские земли и вернулся в Орду с добычей и пленными. Историки сообщают, в частности, что от татар пострадал Ярославль, и ничего не пишут о погромах в Московском княжестве. Если действительно Ахмыл не стал разорять московские земли, то здесь наверняка принял нужные меры Иван Данилович. Скорее всего он дал Ахмылу взятку, одарил его богатыми подарками, поэтому тот и проявил сдержанность в отношении Московского княжества. В этом случае московский князь использовал свои дипломатические способности на благо родной земли и ее жителей.

Через три года, в 1325 году, Юрий Данилович смог приехать на суд хана. В Орде он на свою беду встретил своего преемника на великом владимирском престоле, тверского князя Дмитрия. Два непримиримых врага встретились 21 ноября 1325 года. Семь лет назад по ложному обвинению Юрия татарами был казнен отец Дмитрия, Михаил Ярославич. В приступе гнева, будучи не в состоянии сдержать ярость, тверской князь выхватил саблю и зарубил своего врага. За такое самоуправство хан Узбек приказал взять Дмитрия под стражу, а спустя почти 10 месяцев распорядился казнить его.

Смерть старшего брата была ударом для московского князя. Но он должен был заботиться о своих детях и о своем родном княжестве. В этом трагическом для Ивана году он сделал очень значительный шаг, который имел далеко идущие последствия для Москвы, которую Иван очень любил.

Резиденция митрополита Киевского и всея Руси с 1299 года находилась не в Киеве, а во Владимире. Причиной переноса было запустение Киева в результате татаро-монгольского нашествия. Иван Данилович очень заботился о поддержании с митрополитом добрых и уважительных отношений, справедливо полагая их необходимыми для достижения политических целей. Он решил, что самым подходящим городом для митрополичьей кафедры будет Москва, и предложил митрополиту переехать. Житие канонизированного впоследствии Петра содержит такие строки: «Этот князь относился к святому Петру с великой любовью и почтением, и святитель Божий возлюбил князя за его преданность православной вере, добродетельную жизнь, милосердие к бедным, за любовь к чтению и слушанию Божественного Писания».

Как видно, митрополит Петр дорожил расположением московского князя, но, прежде чем дать согласие, предложил тому воздвигнуть в Москве храм Успения Пресвятой Богородицы. Иван Данилович спорить не стал. В Москве к тому времени еще не было каменных храмов, тогда как в Твери, с которой она пыталась соперничать, каменный Спасо-Преображенский собор был заложен еще в 1285 году. Уже 40 лет Тверь гордилась своим храмом, первым каменным храмом, построенным на Руси после татаро-монгольского нашествия. К тому же московский князь понимал, что если во Владимире есть Успенский собор, то для обеспечения преемственности необходим такой храм и в Москве. Если в прежние времена единство Руси символизировали соборы Святой Софии в Киеве, Новгороде и Полоцке, то сейчас пришло время создавать новые традиции.

Конечно, московский Успенский собор был скромнее владимирского, построенного в 1158–1160 гг. при Андрее Боголюбском. Если тот был выше киевской Софии, да к тому же имел пять глав, то ресурсов московского князя хватило только на одноглавый храм. Но все же это был каменный собор, подчеркивающий возросшую мощь Москвы. Заложил его строительство сам митрополит 4 августа 1326 года. Всего Иван Данилович возвел в Москве пять каменных храмов, в том числе и знаменитый Архангельский собор.

Глава русской церкви, митрополит Петр, и раньше подолгу гостил в Москве. Московский князь желал, чтобы тот жил у него еще дольше, а лучше бы перебрался совсем. Его желание осуществилось уже на стадии строительства Успенского храма. Наблюдая за возведением собора, митрополит, по сути, уже переселился в Москву и даже сам работал вместе с мастерами. Житие причисленного к лику святых иерея сообщает: «Получив откровение о близости своей кончины, святитель собственными руками устраивал для себя каменную гробницу близ жертвенника в сооружавшемся храме». Предчувствие не обмануло митрополита. Он скончался в ночь с 20 на 21 декабря 1326 года. При перенесении тела покойного в присутствии духовенства и самого князя свершилось чудо, описание которого приводит житие. Все увидели, «что святой Петр сидит на одре, на котором его несли, и на обе стороны благословляет народ». Похороненный в Успенском соборе Петр, действительно, навсегда остался в Москве. Строительство церкви было завершено уже после кончины инициатора ее возведения. Первый каменный храм в Москве был освящен 4 августа 1327 года. Уже в 1427 году его перестроили, так как он сильно обветшал, возникла угроза падения. Да и вместимость его уже не удовлетворяла появившихся потребностей.

Иван Данилович также находил полное взаимопонимание с преемником Петра, митрополитом Феогностом, получившим посвящение в 1328 году. При нем не только место жительства митрополита было в Москве, но и сама митрополичья кафедра была переведена из Владимира в Москву. Московский князь увидел воочию результаты своей неспешной работы, цель которой он избрал на удивление точно. Москва еще не стала административной и политической столицей, но уже превратилась в духовно-религиозный центр всей русской земли. Во всех русских княжествах православное население видело, что Господь благоволит к московскому князю, если даже митрополия разместилась неподалеку от его терема. Говоря современным языком, Иван Калита позаботился о сочетании административно-политического ресурса и идеологической поддержки. Как показало развитие событий в скором будущем, религиозное воздействие порой превосходило политическое и даже военное.

Вскоре после освящения церкви Успения Пресвятой Богородицы на Руси произошло то, чего, казалось, не ждал никто. С неимоверной быстротой покатились ошеломляющие события. 15 августа 1327 года в Твери перебили свиту татарского вельможи Чолхана. Сам он забаррикадировался в княжеском тереме вместе с теми татарами, кто остался в живых после резни. За дубовыми воротами он пытался выдержать напор разъяренных тверичей. Те в конце концов сожгли живьем Чолхана и его спутников вместе с княжеской резиденцией. Уцелевшие во время погрома татары помчались с вестью об уничтожении отряда Чолхана сначала в Москву, а уж потом в Орду.

Приложил ли Иван Данилович руку к организации этих событий или они развернулись стихийно - неизвестно. Он уже разменял пятый десяток и в состоянии был продумать и организовать самые изощренные политические комбинации. Разыгравшаяся трагедия в Твери дала ему беспрецедентные возможности для упрочения положения Москвы. Их он реализовал в полной мере.

Историки не имеют единого мнения, сам ли московский князь поехал в Орду предлагать свои услуги по наказанию Твери за восстание против татар и убийство ханского посла или хан Узбек вызвал его к себе с этой целью. В советское время преобладала точка зрения, что Иван Калита воспользовался восстанием в Твери, привел в Тверское княжество войско из Орды и расправился со своим политическим конкурентом. В «Славянской энциклопедии» говорится, что он «отправился в Орду и привел на Русь огромное войско». Автор биографии Ивана Калиты, доктор исторических наук Н.С. Борисов, считает, что московский князь ожидал решения хана, опасаясь попасть тому под горячую руку. Вместе с тем историк приводит отрывок из Московской летописи, из которой недвусмысленно видна инициатива Ивана Даниловича: «Toe же осени [осенью 1327 года] князь Иван Данилович Московский в Орду пошел. Toe же зимы и на Русь пришел из Орды; и бысть тогда великая рать татарская, Федорчюк, Туралык, Сюга, 5 темников воевод, а с ними князь Иван Данилович Московский, по повелению цареву, и шед ратью, плениша Тверь и Кашин и прочия города и волости, и села, и все княжение тверское взяша и пусто сътвориша, и бысть тогда земли великая тягость и много томлениа, множества ради грех наших, кровь хрестианская проливаема бываше от поганых татар, овых в полон поведоша, а другиа мечи изсекоша, а иныа стрелами истреляше и всяким оружием погубиша и смерти предаша, а князь Александр побежал с Твери в Псков...» ( «Toй же осенью[ 1327 года] князь Иван Данилович Московский пошел в Орду. Toй же зимой он на Русь пришел из Орды; и собрали тогда большое татарское войско во главе с 5 темниками[ в подчинении темника - 10 тысяч воинов] , среди них Федорчук, Туралык, Сюга. С ними по приказу хана шел с войском князь Иван Данилович Московский. Захватили Тверь, Кашин и другие города, волости и села. Все Тверское княжество захватили и опустошили. Было тогда очень тяжело и тревожно, из-за грехов наших множество крови христианской было пролито татарами-язычниками. Кого в плен увели, а других мечами посекли, а иных стрелами перестреляли и всяким оружием погубили, предали смерти. А князь Александр[ тверской князь] побежал из Твери в Псков...») .