Чтение онлайн

Для Ивана Даниловича опять наступило время тяжелых раздумий. Тверь была уже заметно слабее Москвы, так и не оправившись в полной мере после погрома зимой 1327/28 года. Александр, казалось, довольствовался возможностью жить в любимой Твери. Но ему было всего 36 лет, он находился в расцвете сил. Летописи сохранили для нас его высказывание: «Друг за друга и брат за брата стоять, а татарам не выдавать и всем вместе противиться им, оборонять Русскую землю». Его родной город прославился открытым восстанием против унизительной власти татар. Его отец носил ореол мученика, пострадавшего за святую Русскую землю. Александр был широко известен на Руси, к нему потянулись обиженные жестокими поборами Калиты князья. Тверской князь был популярен в Пскове. Его хорошо знали в Литве. Новгородский архиепископ Василий специально приехал в Псков, чтобы крестить там новорожденного сына тверского князя. А теперь и сам татарский хан стал благоволить к Александру Михайловичу. Воля хана переменчива. А если он решит, что Иван Калита стал ему опасен? Московский князь добился от хана права самому собирать дань со всех княжеств и отвозить ее в Орду. А если теперь хан узнает, что часть собранной дани остается в Москве? А если Господь призовет к себе Ивана Даниловича, что станет с его детьми? Что станет тогда с Москвой, если Узбек снова отдаст ярлык на великое княжение в Тверь?

На все эти вопросы был один ответ. Жестокий и неумолимый. Скорее всего Ивану Даниловичу сразу стало ясно, что он должен делать. Тем не менее прошло два года, прежде чем он начал открыто действовать. Первые шаги были малозаметны и не предвещали трагедии. Но в результате часть тверских бояр отъехала из Твери в Москву. Естественно, это не было спонтанным решением. Были проведены встречи, переговоры, согласовывались условия, детали... Этот политический шаг требовал серьезной подготовки с обеих сторон. Ивану Калите надо было выбрать, кому из тверских бояр сделать предложение о переезде, что пообещать, что потребовать взамен. Тем тоже надо было все взвесить. Ведь сменить князя - дело нешуточное.

Для Александра Михайловича отъезд нескольких боярских семей был неприятен, но он скорее всего не увидел в этом ничего зловещего. Может быть, даже вздохнул с облегчением. Потенциальные предатели уехали, остались самые верные и надежные.

Он не знал, что Иван Данилович только готовится к решающему ходу, полностью владея инициативой в этой политической игре. Ведь призом в ней было благополучие родного города и собственной семьи. Либо поднимется Москва, либо возвысится неожиданно воскресающая Тверь. Либо кто-то из сыновей Ивана станет великим князем владимирским, либо Александр или же кто-то из его сыновей, а может и братьев.

И еще одно обстоятельство. Иван Данилович помнил, что от руки тверского князя, старшего брата нынешнего правителя Твери, погиб его брат Юрий. К политическим мотивам примешивались и личные.

Конечно, Иван Данилович сразу отверг возможность расправы с тверским князем военной силой. Во-первых, военной силы могло и не хватить для быстрой победы. Во-вторых, московский князь не владел искусством победоносных сражений и воевать не любил. В-третьих, это не понравилось бы хану Золотой Орды. Оставалось одно оружие - оговор. С его помощью старший брат Ивана, князь Юрий, уничтожил Михаила Ярославича руками хана. Теперь Иван искал способ расправиться с сыном Михаила, тверским князем Александром.

Идея возникла скорее всего сразу. Литовское княжество, сильное и недоступное для Золотой Орды, включившее в свой состав ранее покоренные монголами Киев, Чернигов, Курск и другие города, не могло не вызывать опасений у хана. Если бы удалось доказать, что Александр, проживший в изгнании в Литве полтора года, вступил в союз с литовским князем Гедимином против татарского хана, то Иван Данилович мог рассчитывать на успех своего безжалостного замысла. Он хотел устранить с политической сцены своего потенциального соперника, хотя тот пока никак не проявил своих амбиций на возвращение великого княжения. Устранить - означало физически уничтожить.

Два года после возвращения Александра Михайловича в Тверь московский князь потратил на подготовку задуманного плана. Автор подчеркнуто комплиментарного описания жизни Ивана Калиты, Н.С. Борисов, не сомневается, что тот искал «свидетельства (или лжесвидетельства) измены Александра Тверского Орде... на западе, в Литве. Вся сеть московской разведки была поставлена на ноги... Вероятно, московский князь сумел добыть (или сфабриковать) какие-то документы на сей счет». Привлечены были также показания русских князей, находившихся под влиянием Ивана Даниловича.

Возможно, как-то могла помочь Ивану его племянница Софья, бывшая замужем за младшим братом тверского князя, Константином. У нее могли быть свои мотивы, а не только желание помочь своему дяде. 10 лет она была тверской княгиней, а теперь ей пришлось отправиться в захолустный Клин. Старший сын Ивана, 22-летний Симеон (прозванный впоследствии Гордым), был уже 6 лет женат на дочери литовского князя Гедимина. Какие-то полезные для себя сведения московский князь мог получить и отсюда, с этой стороны.

Тщательная подготовка не могла длиться бесконечно. Дело не только в том, что Иван Калита хотел опередить Александра Михайловича, пока тот не предпринял каких-либо активных действий. Иван Калита стремился опередить собственную смерть. Он уже был тяжело болен. Как выяснилось позже, жить ему оставалось всего 5 месяцев, когда он вместе с сыновьями Симеоном, Иваном и Андреем отправился в Орду.

В Орде он представил хану своих наследников и попросил того утвердить его завещание. Помимо чисто прагматической цели заручиться поддержкой хана в своих распоряжениях о распределении наследства между сыновьями, обсуждение завещания нужно было и для другого. Оно показывало, что для себя Иван Калита уже ничего не хочет, что он подводит итоги жизни. В таком положении человек думает о спасении души и не будет осквернять себя ложными обвинениями. Так Иван Данилович подготовил главную цель своего визита - побудить хана к сомнениям в искренности тверского князя. Были представлены свидетели, предъявлены документы. Хан вызвал к себе на суд Александра Михайловича.

Вопреки своему обыкновению, на этот раз правитель Золотой Орды не стал тянуть время. Всего через месяц по его приказу 29 октября 1339 года был казнен не только сам Александр, но и его сын Федор. Свирепые палачи не только убили несчастных, но и «розоимаша по составам», то есть разрубили по суставам. Возможно, летописец имел в виду четвертование.

Иван уехал домой, не дожидаясь исполнения казни. За ней наблюдали его сыновья. Для них это было еще одним уроком власти, еще одной ступенью к престолу. В Москву они вернулись, как записал летописец, «с великою радостию и веселием».

Для московского князя важно было не только физически добить тверских князей, но нанести удар в самое сердце непокорной Твери. И он нашел способ сделать это. Зимой 1339/40 года колокол с главного храма Тверской земли, Спасо-Преображенского собора, был по приказу Ивана Даниловича снят и перевезен в Москву. В храмах Москвы тогда еще колоколов не было, они были редкостью на Руси в то время. Обычно обходились тем, что созывали верующих в церковь ударами в металлическую пластину, своеобразный «гонг».

Из летописей встают образы тверских князей - доблестных и благородных, прямодушных и отважных, бесхитростных и смелых. Они потерпели поражение в борьбе с московскими князьями. Были уничтожены три поколения одной семьи. Первым погиб Михаил Ярославич, потом Дмитрий Михайлович, затем Александр Михайлович вместе со своим сыном Федором.

В итоге победил Иван Данилович - мастер политической интриги. Это был новый, до сих пор неизвестный тип князя. Если раньше успеха добивались князья-полководцы, то цепкий и последовательный Калита, умеющий приспосабливаться к обстоятельствам и обращать их в свою пользу, был князем-политиком. Можем ли мы осуждать его за это?