Чтение онлайн

86]. Заметим, что Харанис вскоре изменил свое мнение, согласившись с тем, что данная

Никифором цифра заслуживает доверия [432, с. 12, прим. 8]. Тем не менее некоторые

ученые считают оценку Никифора преувеличенной - как и многие другие большие цифры, встречающиеся в трудах средневековых авторов [617, с. 50; 23, т. 2, с. 244, прим. 98].

43 Идею Малингудиса развил впоследствии Х.Диттен, показавший, что речь идет об

имени Мирко, уменьшительном от Мирослав [448, с. 102]. В.Бешевлиев полагал, что

Мюрицикий - имя не славянское, а протоболгарское, но не приводил ни доказательств, ни

аналогий [415, с. 229].

44 Альтернативное мнение относительно происхождения Фомы дает другой византийский

историк первой половины X в. Иосиф Генесий, согласно которому Фома был армянином

из семьи, жившей у озера

Газуру [185, т. 109, с. 998]. Но Генесий противоречит сам себе, ибо затем пишет, что Фома

был скифом [185, т. 109, с. 1027], то есть, очевидно, славянином. В современной

историографии это противоречие решается следующим образом: Фома был выходцем из

славянской семьи, жившей у озера Газуру в византийской Армении (см. ниже).

45 Относительно происхождения Фомы см., прежде всего, работу П.Лемерля <Фома

Славянин> [519]. Изучая данные различных источников, Лемерль приходит к выводу, что

наиболее правильна версия <Продолжателя Феофана>.

46 По незнанию древнегреческого языка не могу произвести текстуальный анализ этого

фрагмента, однако у П.Лемерля он выглядит так:

Столь малая активность франков по отношению к славянам объясняется тем, что

Каролинги в это время были заняты другими делами. В числе их главных противников

были Баварское герцогство, Ланго-бардское королевство, Аварский каганат и саксы. Но к

началу IX в. первые три из этих противников уже перестали существовать, а с

сопротивлением саксов было навсегда покончено в 804 г., когда они были переселены за

Рейн. Франки вышли на границы славянских земель, германский и славянский миры

оказались лицом к лицу. Военные столкновения не заставили долго ждать себя: уже в 805

г. Карл, сын Карла Великого, нападает на чехов и ведет против них опустошительную

войну; при этом погибает князь чехов Лех [45, с. 120]. В следующем году тот же Карл

выступает в поход на другое славянское племя, сорбов, и разбивает их [45, с. 121]. Чехи и

сорбы фигурируют в изданной в 807 г. хартии <Статьи о различных делах> как

основные противники франков [162, т. 1, с. 136, № 49], однако захватнические

устремления Каролингов направлены и против других народов: в 808 г. Карл отправляется

с войском против смолян, глин ян и лютичей [45, с. 125]. Впоследствии в боевые действия

втягиваются все новые славянские народы. В 817 г. против франков восстают их бывшие

союзники ободриты, и тогда же в Паннонии начинается выступление Людевита.

Отдельные походы VIII в., таким образом, сменяются в следующем столетии

крупномасштабной экспансией. Одновременно мы видим еще два явления, которые нельзя

не отметить. С одной стороны, в первой, восходящей к 846747 г. редакции своего трактата

Ибн Хордадбех упоминает о невольниках-с<ж(хтоба, доставлявшихся в Машрик по

Средиземному морю [134, с. 92; 228, т. 1, с. 63-64,68-69], по всей вероятности,

рахданитами (о них см. ниже), о торговых путях которых подробно говорится в другом

фрагменте той же ранней редакции [134, с. 153]. Эти длинные торговые пути, разумеется, должны были к тому времени успеть сложиться, на что потребовались бы десятилетия, и

потому начало торговли невольннками-сдкалибя следует отнести как минимум к началу IX

в. С другой стороны, именно к концу IX - началу X в. относится первое известное нам

упоминание о cnyrax-сакалиба в мусульманской Испании (см.: часть III, гл. 2). К середине

IX в. спута-сакалиба уже регулярно появляются в источниках по Андалусии, а немного

погодя мы столь же регулярно видим их и в Северной Африке. Попытки восстановления

начальных этапов истории поставки невольников-са-калиба в исламский мир с

неизбежностью приводят, таким образом, к хронологическому рубежу начала IX в.

Объяснение этому факту заключается, видимо, в следующем: в начале IX в. войны начали

давать первых пленников, и невопъкшов-сакалиба стали отправлять на продажу в

Андалусию. Ниже мы попытаемся рассмотреть, каким образом протекала эта

работорговля.

Германское наступление на восток сопровождалось массовым порабощением славянского

населения. Хороший пример дает нам в этом отношении Видукинд Корвейский (писал в

967 г.). По его словам, в 928-929 гг. Генрих I Птицелов (919-936) предпринял поход против

славянских племен гаволян и гломачей. Овладев городом гаволян Бранибором

(Бранденбург), он направился к городу гломачей Гане и после двадцатидневной осады взял

его. Добыча, захваченная в городе, рассказывает далее Видукинд, была роздана воинам, а с

пленниками поступили так: взрослых перебили, а юношей, девушек и подростков угнали в

плен [225, с. 49]. Факт истребления взрослого населения не должен, однако, вводить в

заблуждение: мы имеем и примеры иного рода. В 1003 г. Генрих II (1002-1024) осадил

войска восставших против него баварских феодалов в крепости Амардела (или Мертала).

Несмотря на то что мятежникам помогал Болеслав I Храбрый (992-1025), крепость вскоре

сдалась. Баварских пленных Генрих отпустил на свободу, польских же велел обратить в

рабство и раздать своим воинам3.

9'

Взятые в плен славяне продавались обычно работорговцам, следовавшим за войсками.