Чтение онлайн

других подобных случаях. В начале X в. иудейские работорговцы упоминаются в

таможенном установлении Раффелыитеттена, содержание которого будет

проанализировано ниже [162, т. 2, ч. 2, с. 252]. В X в. иудейские работорговцы также

фигурируют как в восточных, так и в западных источниках. В начале XI в. мы видим, как

они покупают крестьян у маркграфа Гунцелина, а зимой 1085 г. Юди-та, мать польского

короля Болеслава III Кривоустого (1102-1138), незадолго до своей смерти выкупает

христианских рабов у иудейских работорговцев [171, т. 9, с. 445].

Рахданиты торговали не только невольниками. Ибн Хордадбех сообщает, что они ввозили

в исламский мир также парчу, меха и мечи [134, с. 153]. Большое значение в деятельности

рахданитов имела торговля тканями. В конце X в., как узнаем мы от ал-Мукаддаси, слово

<рахданит> значило то же, что <торговец легкими хлопчатобумажными тканями> или

<торговец бязью> [76, с. 30]. Но и торговля невольниками была для рахданитов важна, так

как приносила значительные доходы. О том, какую прибыль получали работорговцы с

каждого проданного мусульманам невольника, свидетельствует следующий расчет. Абу

Хамид ал-Гарнати купил в Венгрии двух рабынь, одну за десять динаров, другую, девочку

восьми лет, за пять. Десять динаров, по его сообщению, были обыкновенной ценой за

рабыню; если же венгры совершали удачный набег, то рабыню или молодого невольника-

румийца можно было приобрести всего за три динара [85, с. 30]. Рассказ Абу Хамида

относится к середине XII в.; для более раннего времени данных нет, но можно

предполагать, что невольники были тогда, во всяком случае, не дороже. На другом конце

пути цены были совершенно иные. Ал-Истахри, рассказывая о вывозимых из Магриба

товарах, свидетельствует, что за евнуха или наложницу, пусть даже без всяких полезных

умений, давали тысячу динаров и более [219, с. 45]. Можно, конечно, считать это

преувеличением, основанным на рассказе о щедрости какого-нибудь вельможи, не

пожалевшего денег за понравившуюся наложницу. Между тем заслуживает внимания

приводимый у Ибн Бассама (ум. в 1147/48 г.) отрывок из одного письма, написанного

Ахмадом Ибн 'Абд ап-Мадиком Ибн Шухайдом, представителем знатного и весьма

богатого андалусского рода*. Рассказывая о своем отце, Ахмад сообщает, что ал-Мансур, фактически правивший Андалусией в 978-1002 гг., послал его служить на восток страны.

Через девять лет 'Абд ал-Малик вернулся, привезя с собой двести отборных невольни-коъ-

сакалиба, цена на которых, замечает Ахмад, была в то время очень высока [251, ч. 1, с.

198]. Если цены на невольников казались очень высокими даже таким людям, как Ибн

Шухайд, можно с уверенностью предположить, что на каждом привезенном в

мусульманскую Испанию рабе торговцы зарабатывали немалые деньги.

Господствующее положение рахданитов в работорговле явилось следствием их общего

преобладания в торговле исламского мира с Европой в раннее средневековье. Это

преобладание основывалось на двух основных причинах. С одной стороны, в результате

арабских завоеваний из международной торговли ушли многие греческие и сирийские

купцы, бывшие дотоле главными конкурентами рахданитов. С другой - противостояние

исламского мира и Европы привело, по крайней мере в VIII-XI вв., к резкому кризису

торговли между европейскими странами и Востоком. У нас практически нет никаких

сведений о том, что мусульманские купцы посещали Западную Европу, не говоря уже о

том, что они проводили там стабильные торговые операции. Точно так же не многие

европейцы отваживались направляться в исламские страны. Главной причиной тому было, видимо, отсутствие безопасности: во враждебной стране купец должен был постоянно

беспокоиться за свою жизнь. Иудеи и в этом отношении были в лучшем положении: в

мусульманских странах они пользовались статусом <людей договора> (ахл аз-зимма) и, следовательно, некоторой правовой защитой; в Европе, несмотря на спорадические

преследования, они также могли жить и торговать. При этом иудей-купец из исламского

мира, приехавший в Европу, мог рассчитывать на поддержку иудейских общин,

разбросанных по различным европейским городам, и наоборот, иудеев-купцов из Европы

принимали их соплеменники на Востоке. У христиан и мусульман это было развито

меньше. В итоге иудейские купцы действовали в намного более выгодных условиях, чем

все другие. Потому и стало возможным появление рахданитов, добившихся в IX-XI вв.

преобладающих позиций в торговле Европы с исламским миром.

Занимаясь работорговлей на территории Европы, рахданиты, тем не менее, сталкивались с

некоторыми проблемами. Наиболее трудная из них заключалась в позиции церкви,

неизменно выступавшей против работорговли. Однако церковные иерархи выступали

обыкновенно не против работорговли как явления, а против владения или покупки

христианских рабов нехристианами. Раннесредневековые документы наглядно

показывают, с каких позиций подходила церковь к вопросу о работорговле. В 538 г. синод

в Орлеане запретил священникам выдавать христианских рабов, укрывавшихся от своих

хозяев в церквах, их владельцам-иудеям и предписал выкупать их [163, т. I, с. 78]. В 541 г.

другой синод, состоявшийся там же, ссылаясь, видимо, на предыдущее постановление, несколько расширил сферу действия последнего, предписав не выдавать иудеям их беглых

христианских рабов не только если те укрывались в церквах, но и если просто бежали к

христианам [163, т. 1,с. 94]. В 583 г. синод в Маконе постановил, что иудеи более не имеют