Чтение онлайн

Однако, наученная богатым жизненным опытом прошлых лет, когда она постоянно влюблялась в своих клиентов, Джулия Уэйнрайт усиленно внушала себе, что это ей всего только кажется…

Первое слушание по делу Мейсона было назначено на пятницу — таким образом, у Джулии оставалось еще целых три дня для того, чтобы попытаться связаться с Генри Джакоби — а в том, что он наверняка замешан в этой истории, у нее сомнений не вызывало…

На утро следующего дня Джулия решила отправиться к Генри — тем более, что у нее был повод, более чем подходящий: неустойка в сто тысяч долларов, которую она якобы должна была платить этому типу.

Однако в то утро ей так и не удалось поговорить с Джакоби…

Придя в свой офис, Джулия, согласно давней привычке, сразу же поставила кофеварку — день, по всей видимости, предстоял тяжелый, и она решила взбодрить себя двойной дозой кофе.

В этот момент в ее кабинет влетела секретарша Агата Резерфорд.

— Джулия, — произнесла она, едва отдышавшись. — Там к тебе… Окружной прокурор. Кейт Тиммонс — собственной персоной…

Джулия, удивленно округлив глаза, поинтересовалась у своей секретарши:

— Интересно, для чего это я ему понадобилась?.. Да еще с самого раннего утра…

Агата пожала плечами.

— Не знаю…

Едва девушка произнесла эти снова, дверь раскрылась, и в проеме показался Кейт Тиммонс — как и всегда, в щегольском темно–синем костюме консервативного покроя, который он всегда так любил, в очень модном галстуке и, несмотря на довольно теплую погоду — в тонких лайковых перчатках.

— Привет, Джулия, — произнес он, присаживаясь. — Хорошо, что я тебя застал…

Джулия, не поднимая головы, ответила:

— Доброе утро…

— Можно?.. — спросил окружной прокурор, подвигая себе стул с таким видом, будто бы в ответ мог последовать отказ…

Уэйнрайт небрежно кивнула.

— Можно…

— Надеюсь, угостишь кофе?.. А то я сегодня утром как выехал из дому, так даже и не позавтракал по–человечески, — улыбнулся Тиммонс.

Стараясь не смотреть на посетителя — до того он теперь был ей неприятен, — Джулия произнесла Агате, стоявшей у стола:

— Сделай господину окружному прокурору сэндвичей… Хорошо?..

Приготовление сэндвичей и иногда кофе тоже входило в секретарские обязанности Резерфорд.

Когда сэндвичи и кофе были готовы, Джулия, усевшись за стол и заложив ногу за ногу, наконец-то посмотрела на Тиммонса.

— Ну, что у тебя?..

— Сейчас, сейчас, дай выпить кофе, — произнес Кейт, делая мелкие глотки.

Адвокат, нехорошо посмотрев на этого нежелательного посетителя, предположила:

— Вновь упрятал своего недавнего коллегу за решетку?..

Джулия не зря задала этот вопрос она по–прежнему недолюбливала Тиммонса, и, увидев его с самого раннего утра на пороге своего кабинета, приготовилась к самым неутешительным новостям.

Так оно и оказалось…

Кейт, отпив небольшой глоток и закусив сэндвичем, улыбнулся.

— Нет, пока еще твой Мейсон на свободе…

Джулия скривилась, будто бы глотнула не кофе, а уксусной кислоты.

— Почему это — пока еще?..

— Потому, — ответил Кейт, — что в этом деле появились новые улики против него.

Джулия посмотрела на неожиданного утреннего визитера с явным недоверием.

— Улики?.. Тиммонс кивнул.

— Да.

— Ты сказал — какие-то новые улики?.. Так ведь, я не ослышалась?..

— Так, так…

Джулия, молча допив свой кофе, отодвинула чашку на середину стола и, с наслаждением закурив сигарету, поинтересовалась:

— Ну, и что же за улики?..

— Понимаешь ли, — начал Тиммонс таким тоном, будто бы говорил не с профессиональным юристом, адвокатом, снискавшим славу лучшего в своем роде, а с несмышленой маленькой девочкой или, как минимум, со студенткой–первокурсницей провинциального юридического факультета, — понимаешь ли, Джулия, для меня, собственно, как и для всех, это дело совершенно ясное…

Джулия поспешно возразила:

— А для меня — нет.

Окружной прокурор улыбнулся — твое, мол, дело, ты взялась за него, а потому можешь считать Мейсона невиновным… Знаем мы твои адвокатские штучки.

— Ни у кого не вызывает сомнений, что именно Мейсон Кэпвелл, и никто другой пытался отправить на тот свет свою близкую… — Тиммонс на секунду замешкался, пытаясь подобрать нужное выражение, которое бы лучше всего определяло характер взаимоотношений Лили Лайт и Мейсона Кэпвелла. — Ну, скажем, своего близкого человека, свою приятельницу, — Тиммонс, по–видимому, посчитал, что такое определение подойдет более других. — Всем, — окружной прокурор сделал ударение на этом слове, — всем это совершенно понятно…

Джулия, искоса посмотрев на него, только поинтересовалась:

— Кому это — всем?..

Кейт передернул плечами.

— Ну, мне, например…

Уэйнрайт только усмехнулась.

— Ну, Кейт, ты ведь — далеко не все…

— Многим горожанам, — произнес Кейт, который никак не ожидал встретиться с такой глубоко эшелонированной обороной адвоката.

Склонив голову на бок, Джулия иронично поинтересовалась:

— Послушай… Ты что — уполномочен представлять у меня мнение всего города?..

Тиммонс сразу же пошел на попятную.

— Я этого не говорил…

— Но ведь ты говоришь обо всех, — тут же напомнила ему Джулия. — Стало быть, я вправе предположить… Вправе предположить, что дело обстоит именно так…

Тон ее был довольно резок — в то утро мисс Уэйнрайт была зла, потому что всю ночь ей вновь болела голова, и она опять не выспалась…

А тут еще этот совершенно несносный Кейт Тиммонс — и для чего он сюда пришел?..

У Джулии вновь разболелась голова.

Нет, это просто невыносимо!..

Боже, сколько же все это может продолжаться?..

О, как в этот момент он был ненавистен для Джулии Уэйнрайт!..

Весь — и его новый шелковый галстук, и отутюженный дорогой костюм, и тонкая кремовая сорочка, и новые скрипящие туфли, и даже терпкий аромат дорогой туалетной воды, исходивший от него…

Тиммонс, самодовольно улыбнувшись, произнес:

— Ну, следствие теперь располагает несомненными доказательствами того, что Мейсон Кэпвелл загодя готово вил и планировал преднамеренное убийство… Убийство Лилиан Лайт.