Чтение онлайн

В первой половине 1964 г. началась подготовка народнохозяйственного плана на новую семилетку, в которую предполагалось хотя бы на немного превзойти в 1972 г. задания на 1970 г. Сейчас трудно сказать, что бы из всего этого вышло. События конца 1964 г. серьезно изменили отношение к хрущевскому "субъективизму". Тем не менее задания восьмого пятилетнего плана отражали стремление руководства к резкому ускорению эко

комического развития. Так, в соответствии с директивами XXIII съезда КПСС в области промышленности намечалось сделать важные шаги по пути интенсификации, повышения эффективности производства, технического уровня, чтобы обеспечить все отрасли народного хозяйства современной техникой и технологией, а население -- товарами и услугами.

При опережающем росте производства средств произ-водства ставилась задача достижения экономической сбалансированности. Производительность труда в промышленности предполагалось увеличить на 33--35 %, прибыль -- более чем удвоить. При этом намечалось, что 80 % прироста продукции будет обеспечено за счет увеличения производительности труда (против 62 % в 1961 --1965 гг., 72 % -- в 1956--1960 гг. по официальной статистике). Декларировался новый подход к формированию территориально-промышленных комплексов (ТПК). XXIII съездом КПСС было подчеркнуто: "Положить в основу планирования и размещения производства научно обоснованные схемы развития и размещения отраслей народного хозяйства и схемы развития экономических районов". Звучали призывы уделить первостепенное внимание практическому использованию природных ресурсов Сибири, южного Таджикистана, Курской магнитной аномалии. Как при этом должны были решаться экологические и социальные проблемы, речи не шло.

Наибольшее увеличение темпов роста в восьмой пятилетке предусматривалось по сельскому хозяйству, реальным доходам населения и группе "Б" промышленности. В целом главные общие пропорции, определявшие принципиальные черты этой пятилетки, содержали ориентацию на приоритетное решение проблемы потребления населением материальных благ за счет повышения эффективности и роста конечных результатов при уменьшении доли промежуточного продукта. Кроме того, в рамках структурной политики восьмой пятилетки был предусмотрен еще один принципиальный сдвиг в производственных пропорциях. Речь шла о приоритетности при распределении ресурсов, и в частности капитальных вложений, в отрасли, продукция которых представляет собой элементы текущего производственного и непроизводственного потребления: сельского хозяйства, промышленности группы "Б", нефтяной и газовой отраслей и некоторых других.

Определив стратегические установки пятилетки, партийно-государственное руководство сосредоточило виима

ние на конкретизации принятых решений, выработке форм и методов достижения поставленных целей, механизмов их реализации. В этот период в практику партийного руководства народным хозяйством входят ежегодные обсуждения на Пленумах ЦК КПСС проектов Государственных планов и бюджетов на очередной хозяйственный год. После одобрения, чаще всего автоматического, эти проекты выносились затем на сессии Верховного Совета СССР.

Первые годы восьмой пятилетки дали обнадеживающие результаты, динамика экономического развития несколько возросла, была достигнута известная сбалансированность народного хозяйства.

В 1967 г. на новый порядок планирования и экономического стимулирования стали переводиться целые отрасли промышленности и к концу этого года в новых условиях работало уже 15 % предприятий, на их долю приходилось 37 % промышленной продукции. Перевод на новые условия сопровождался пересмотром оптовых цен 1955 г., которые уже не отражали общественно-необходимые затраты, особенно в горнодобывающих отраслях. Пересмотр цен улучшил экономическую ситуацию, с 1968 г. все отрасли промышленности стали рентабельными.

В 1967 г. было реализовано такое экономическое мероприятие, как введение государственной аттестации продукции с присвоением Знака качества. Тогда же, в ходе развертывания социалистического соревнования в честь 50-летия Октября, сфера действия экономической реформы была резко расширена. Однако надежды, возлагавшиеся на быстрое улучшение положения дел в экономике, не сбывались. Хозяйственная реформа не получила своего дальнейшего логического развития, не реализовы-вались ее основные замыслы.

Прежде всего не удалось установить отношений взаимной ответственности между органами, принимающими и выполняющими решения. Директивность планирования не была подкреплена четкими формами экономической ответственности плановых органов за качество планов, за ресур-сообеспеченность. Дело заключалось в том, что экономические методы управления пытались распространить в условиях организационно-структурной системы управления, воссоздававшей, по сути, те формы хозяйствования, которые сложились в период 30--50-х гг.

В отличие от экономических, адресно-директивные методы разверстки плановых заданий были хорошо отработа

ны, ими не надо было овладевать, их просто можно было воспроизвести по привычной схеме. Министерства быстро набирали силу, поднимая экономические рычаги и стимулы, а рост массы прибыли обеспечивался монопольным положением многих производителей и использованием механизма повышения цен.

В рамках действовавшей хозяйственной системы были предприняты меры, направленные на повышение производительности труда и усиление заинтересованности коллективов предприятий в результатах своей работы. Возник знаменитый щекинский эксперимент. Он был апробирован в августе 1967 г. Сущность эксперимента заключалась в том, что предприятию был определен стабильный фонд заработной платы на 1967--1970 гг., а вся экономия этого фонда, полученная в результате повышения производительности труда за счет высвобождения значительной части работавших, поступала в распоряжение коллектива комбината. За двухлетний период работы в новых условиях численность работающих на Щекинском химкомбинате сократилась на 870 человек. Причем были высвобождены не только второстепенные работники, а нередко и ведущих специальностей -- машинисты, аппаратчики, лаборанты-контролеры, дежурные слесари, электромонтеры.

В октябре 1969 г. ЦК КПСС одобрил опыт Щекин-ского комбината. Тем не менее, несмотря на очевидное преимущество работы в новых условиях, обеспечивающих соединение общественного и личного интересов трудящихся, масштабы распространения этого опыта были явно недостаточными. С 1967 г. по сентябрь 1969 г. число предприятий, перешедших на работу по методу щекинцев, увеличилось всего с 30 до 200. Спустя несколько лет движение это и вовсе заглохло. Все прекрасно понимали, что суть проблемы не столько в ведомственном консерватизме и непонимании выгодности новшества. Дело было в системе, залимитированной по всем направлениям. Жесткий принцип административно-командного планирования "от достигнутого" охлаждал головы даже самых горячих энтузиастов нововведений.

И все же в первые годы восьмой пятилетки были налицо некоторые успехи. Темпы роста производительности труда и средней заработной платы работающих в промышленности сблизились, однако полной сбалансированности их достичь не удалось. Не были выполнены задания по производительности труда. В 1968 г. средняя

заработная плата по всей индустрии выросла заметно больше, чем производительность труда.

Становилось ясно: для того, чтобы двинуться вперед, необходимо демонтировать отжившую свой век малоэффективную хозяйственно-политическую систему и заменить ее современной: предпринимавшиеся косметические меры уже не помогали.

На практике же произошло другое. В высшем эшелоне власти взяли верх силы, которые рассматривали формы политической и хозяйственной организации 30-х гг. как едва ли не системообразующие признаки социализма. Для оправдания все увеличивающегося разрыва между "общественными идеалами" и практикой была сконструирована концепция развитого социализма, которая была призвана хоть как-то -- в теоретическом отношении -- свести концы с концами.

Руководство партии и страны во главе с Брежневым оказалось просто неспособным принять вызов времени, перестроить экономику и политику применительно к новому этапу НТР.