Чтение онлайн

По дороге в ресторан «Ла Ложжия», находящийся в самом центре площади Микеланджело, Мэри-Бет с интересом слушала комментарии Анжело Росси. Итальянец рассказывал о достопримечательностях, мимо которых они проезжали. И только одно не давало девушке расслабиться: порой Мэри-Бет ловила на себе подозрительные взгляды сестры Винченцо. Это смущало, но она надеялась, что скоро перестанет быть объектом столь пристального внимания.

Их столик оказался у самого окна, и Мэри-Бет, выглянув на улицу, залюбовалась видом на Понте Веккио. Подошел официант, и ей пришлось оторваться от великолепной панорамы, но оно того стоило. Обслуживающий их мужчина был высок, черноволос, молод и красив, а его улыбка казалась воплощением порока. Когда он узнал, что среди гостей присутствует туристка, которая прежде никогда не бывала в Италии, то сочувствующе поцокал языком и заявил:

— Вы еще не знакомы с настоящей итальянской кухней. И это печально. — А потом добродушно добавил: — Но сегодня мы исправлю это упущение.

Официант перечислил блюда, которые, по его мнению, позволят Мэри-Бет проникнуться духом тосканской кухни, и получил полное одобрение со стороны сидящих за столом итальянцев.

Когда смешливый официант удалился, Мэри-Бет сказала:

— Вообще-то, я ела итальянскую еду. Мне готовил Энцо.

Эти слова вызвали вспышку смеха у Франчески и Анджело. Мэри-Бет посмотрела на Винченцо: мужчина хмурился. Неужели, его смутило ее замечание?

Желая отвлечь общее внимание от столь компрометирующей темы, Мэри-Бет спросила у Франчески, чем та занимается.

Пока девушка рассказывала о своем детском увлечении сплетнями, которое постепенно переросло в профессию, сейчас она работала в местной газете, принесли закуску.

— Это брускетта*, — пояснила Франческа, подхватив обжаренный кусочек хлеба, на который горкой была выложена начинка. Она откусила кусочек и, прожевав, пояснила: — Классический вариант: паста из помидоров с базиликом, чесноком и оливковым маслом, если я не ошибаюсь. Не так ли, Энцо? — насмешливо поинтересовалась девушка.

— Не буду спорить, ты мастер своего дела. И могла бы стать непревзойденным ресторанным критиком, если бы захотела.

Съев одну брускетту, Мэри-Бет не могла отказать себе в удовольствии взять вторую. Пока она раздумывала над тем, не забыть ли о привычных ограничениях, огромное блюдо опустело.

Но вскоре подали флорентийский бифштекс, и Мэри-Бет порадовалась, что все еще голодна.

Потом наступила очередь Анджело Росси рассказывать о себе.

— Именно из-за своей работы в своей семье я считаюсь corvo bianco, — посетовал мужчина.

— Белая ворона, — перевел Винченцо, поймав недоумевающий взгляд Мэри-Бет.

— А почему?

— Все мои родственники так или иначе связаны с виноделием. Но душа у меня никогда к этому не лежала, и я уехал из Сиены. Сначала был Рим, но, как оказалось, меня все время тянуло в Тоскану. И когда появилась возможность, я переехал во Флоренцию.

— А чем занимаетесь вы, Лайза? — поинтересовалась Франческа.

Девушка положила приборы на пустую тарелку и, откинувшись на спинку стула, с любопытством смотрела на Мэри-Бет.

— Я работаю волонтером в Детском центре развития и реабилитации.

— И много ли платят волонтерам…

— Чичи! — возмутился Винченцо.

— Я просто пошутила, — улыбнулась Франческа.

Но поймав взгляд сестрицы своего кавалера, Мэри-Бет поняла, что та вовсе не шутила.

— Нет, — сказала Мэри-Бет, — платят совсем немного. Но не переживайте, Франческа, я не охочусь за деньгами вашего брата, поскольку достаточно обеспечена. А в центре я тружусь, как говорится, по велению души. Люблю, знаете ли, приносить радость детям.

— Похвально! Значит, вы сумеете подружиться с моими племянниками.

— У Витторино и Колетт есть дети? — искренне удивилась Мэри-Бет. Она как-то не представляла Колетт Бальдуччи заботливой матерью, да и вообще матерью ее не представляла.

— Нет, у них нет детей, — Франческа сникла, виновато поглядывая на брата.

— Дети у меня.

— Что?! — шокированная девушка во все глаза смотрела на Винченцо.

— У меня пятилетние близнецы: Леле и Коло.

— Понятно.

Голова Мэри-Бет кружилась, в ушах звенело. Девушка потянулась за бокалом с вином и вмиг осушила его. Она все еще не могла поверить, что у Винченцо есть дети, а он ни разу ей не упомянул о них.

Дети. Магическое слово для Мэри-Бет. Сможет ли она найти с ними общий язык? Вообще Леле и Коло — это кто? Мальчики или девочки? Или те и другие? Она обязательно спросить об этом Винченцо, когда они останутся наедине.

Мэри-Бет заставила себя улыбнуться сидящим за столом людям. Парочка старательно делала вид, что занята друг другом, и вовсе не обращает внимания на странное поведение своей американской знакомой. Винченцо спрятался за бокалом, но Мэри-Бет чувствовала исходящие от него флюиды сожаления. Она помнила, как поведала ему свою грустную историю и выпалила, что у нее никогда не будет детей. Возможно, поэтому он и не сказал о своих детях.

Было еще одно объяснение подобной скрытности, но Мэри-Бет была слишком хорошего мнения о Винченцо, чтобы даже предположить, что дети для него ничего не значили.

Все удовольствие от ужина и веселой компании смыло волной горечи. Но просто так встать и уйти девушка, к сожалению, не могла. Будь проклято это воспитание, ставшее неотъемлемой частью сознания!

К счастью, Винченцо понял ее состояние и, прервав мучительную тишину, воцарившуюся за столиком, заявил:

— Перелет меня утомил. Давайте, обойдемся без десерта.

Анджело и Франческа понимающе закивали, а Мэри-Бет промолчала. У нее было такое чувство, словно она выпрыгнула из самолета, а парашют все никак не желает раскрываться: земля приближается с неумолимой скоростью, а мысли разбегаются.

Пока оформляли счет, Анджело попытался развлечь присутствующих шутливыми историями про иностранных туристов, останавливавшихся в отеле. Мэри-Бет слышала каждое его слово, понимала, в чем заключается шутка, вот только смех, рождавшийся где-то глубоко внутри, там же и затухал.

Уже на выходе, Мэри-Бет вдруг услышала, как Франческа, наклонившись к брату, прошептала:

— Прости меня, пожалуйста, Энцо. Я и представить себе не могла…

— Все нормально, — прервал ее извинения мужчина.