Чтение онлайн

Сколько не пытал Ольгу, она так и не созналась, почему пошла на поводу у моего отца и поддержала эту легенду. Теперь понятно. Те же самые деньги.

Везде деньги.

— Ребенок твоей супруги, какую бы фамилию не носил, снимает все ограничения и становится наследником без всяких условий, — усмехается отец. — Андрюша пусть и умный, но дурак. Он не верил, что у вас с его дочкой будет малыш. Вы ж несовместимы. Ха-ха... но он не подумал, что все в нашем мире продается и покупается. Даже результаты ДНК.

— Подожди, — упираюсь локтями в колени и растираю ладонями лицо. Бессонная ночь и нервное перенапряжение сказываются. — Ты хочешь сделать наследником Дашиного состояния моего сына? Но как же Даша?

— Она в пролёте, — смеется отец. — Ребенок родился в браке. Экспертиза ДНК подтвердит родство. А твоя супруга не успеет ничего исправить, доказать или оспорить.

— В смысле, не успеет?

— Я не позволю.

Что?

— Ты? — переспрашиваю, начиная тупить. — О чем ты говоришь?

— О том, что сегодня после обеда ты позвонишь ей и скажешь, что готов на развод.

Договоришься о встрече. Остальное я решу сам.

– Нет, — мотаю головой. — Нет Ни за что! Я не позволю тебе причинить ей вред.

— Тогда выбирай, Ярик, — отец кладет перед собой телефон. — Либо она. Баба, которая от тебя ушла и открыто живёт в доме другого мужика. Либо... ТВОЙ сын, —активирует экран и толкает сотовый ко мне. — Кстати, поздравляю, папаша!

Гляжу и глазам не верю.

Мне не дали на него взглянуть. Он в кувезе под датчиками. Но нет никаких сомнений, что на экране отцовского телефона именно мой сын.

Маленький. Сморщенный весь. Краснющий. Но мой. Родной.

И он... заложник?

38.

ИВАН

— Иван, весь пакет документов собран. «Эталон-М» выполнил обязательства по предварительному соглашению и ждет от нас договор и первый транш, — задумчиво произносит Рихтер, играя зажигалкой. — Когда порадуем, что деньги они получат на особых условиях?

— Хотелось бы на заседании совета директоров, — усмехаюсь, отчетливо представляя рожу Льва Шаталова, когда я войду в их «избранное общество» не просто сторонним партнером-инвестором, а еще одним членом совета директоров.

Вот уж мудака скрутит от бессильной злобы и ненависти, когда он узнает одну маленькую, но многое меняющую деталь. А именно то, что в ЕГО, как он считает компании, появился седьмой совладелец с долей в восемь процентов.

НУ не просто ж так я помогал остальным членам совета директоров: Мастеркову, Светлакову, Юсупову и Денисову, прикрыть их грешки и подменял компромат, хранящийся в сейфе и на сервере Шаталова, на бесполезные бумажки.

В ответ на мою помощь каждый «спасенный» тоже постарался. Не только выполнил ряд поставленных ему условий, но и отстегнул от своего куска два процента.

Не на словах. Документально, пусть и с отложенной датой вступления в силу.

Мои юристы не зря едят свой хлеб с маслом, все подготовили так, как следует. И если хоть один из директоров в час икс, когда я решу обнародовать эту информацию, вздумает заартачиться и отыграть назад... сильно пожалеет. Не прощу. Он потеряет если не все состояние, то точно баснословные деньги, а еще увидит в СМИ то, что так тщательно скрывал.

— Хотелось бы? — переспрашивает Карл.
– Думаешь, откажутся сделать внеочередной созыв?

Отрицательно мотаю головой.

Нет; конечно.

Соберутся они шустро. Другого выхода нет.

Слишком масштабный объект на кону, сулящий огромную прибыль. Лакомый кусок, со всех сторон, который терять глупо. Глупо, но можно, если не изыскать свободные средства, которых у концерна кот наплакал.

Нет, фактически у компании деньги есть, но они пока неживые. Поступят на счета не раньше, чем через месяц-полтора, когда будет окончательно сдан текущий объект. Пока же «Эталон-М» может похвастаться лишь красивыми цифрами на бумагах.

А им бабки нужны уже не просто сейчас, а можно сказать — вчера.

Так что, да. Если мы запросим созыв, они не просто на него пойдут, побегут.

— Думаю, что это может быть опасно для Даши, — объясняю причины беспокойства.

— Не хочу ею рисковать.

Каждый раз, представляя рожу ухмыляющегося Шаталова, когда он заставлял мою женщину себя ломать и выполнять его требования, хочется подойти и свернуть ему шею. Голыми руками.

Останавливает одно. Сдохнув, тварь слишком легко отделается. Быстрая смерть —подарок для такого гада, как он. А я жажду, чтобы он страдал так же, как мой отец.

Как Даша. Как многие другие, по кому он проехался катком.

— И что делать будем? — Карл подается вперед, как обычно, готовый впрячься в любой блуд, что я предложу.

Не потому, что слепо доверяет. А потому что знает, своих я никогда не подставлю и в заводь с крокодилами не брошу.

— Пожалуй, мы…

Оживший мобильник прерывает на половине фразы.

То, что звонок раздается в семь утра понедельника — не напрягает. Удивляет имя Звонящего Ярослав Шаталов.

Вот и еще один сукин сын, которому хочется свернуть шею.

Прищурившись, прожигаю вибрирующий гаджет взглядом, хмыкаю и показываю Рихтеру экран.

— Интересно, — озвучивает он схожие с моими мысли.

Не то слово.

— Внимательно, — бросаю в трубку, включая громкую связь и привычно игнорируя приветствие.

Однако, Шаталов-младший в этот раз на мое бескультурье огрызаться и не думает.

— Иван, нам нужно встретиться. Срочно, — произносит серьезно.

Отмечаю приглушенный голос. Шум воды на заднем фоне. Из санузла звонит?

Что за цирк?

Переглядываюсь с Карлом. Тот тоже понятливо хмурится. Пожимает плечами.

— Цель?

— Я хочу защитить Дашу и... спасти своего ребенка.

Чего?

Какого ребенка?

Но Шаталов уже сам раскрывает карты.

— Отец дал Ольге какой-то препарат, спровоцировавший экстренные роды. Сегодня ночью. Она в частном роддоме на Шишкова. Можешь проверить.

Это обязательно.

Вопрос в другом.

— Он совсем там слетел с катушек?

Ответа не жду. Да и спросил чисто риторически. Но мой собеседник отвечает.