Чтение онлайн

Вскоре Тёрну пришлось тащить Гончую на плечах, кое-как замотав собственные шипы мягкой тряпкой. С каждым часов ей становилось всё хуже и хуже. Скоре Стайни потеряла сознание. Могучий дхусс нёс её легко, но лицо его сделалось чернее ночи.

Несколько раз он опускал почти невесомое тело наземь, рыскал окрест в поисках каких-то трав, наскоро разводил огонь, впопыхах кипятил воду в жестяной кружке, нашедшейся среди снаряжения Гончей, заваривая остро пахнущий настой, который и вливал в безвольно раскрывшийся рот девушки.

Она глотала, не приходя в себя, и на какое-то время смертельная бледность покидала её щёки; но действие лекарства продолжалось недолго.

К вечеру, однако, неутомимо шагавший дхусс наткнулся на аккуратно сработанную изгородь - стволы молодых деревцев были согнуты и привязаны к другим, более старшим так, что получилась непреодолимая живая завеса.

Тёрн облегченно вздохнул. Без особого труда, с бесчувственной Гончей на плечах, перебрался на другую сторону. Обернулся, окинул взглядом изгородь, усмехнулся, словно наконец встретив нечто знакомое.

За изгородью нашлась узкая неприметная тропочка, петлявшая среди буйных зарослей орешника и хмелевого дерева. Между стволов справа мелькнула гладь пруда, с гудением пронеслась стрекоза величиной в ладонь, крутнулась над головой дхусса, понеслась обратно. Тёрн кивнул, словно желая сказать мол, ладно, ладно, посмотрели? Довольны?

Тропинка расширялась и вскоре вывела странника на край ухоженного поля.

Жёлтые стебли наливника поднялись почти в полный человеческий рост, зеленоватые початки обещали богатый урожай.

– Таэнги, - вслух произнёс Тёрн, останавливаясь и поднимая безоружные руки. Посох он воткнул в землю, Гончая мешком лежала на широком плече силы дхуссу было не занимать.

– Стой, где стоишь!
– приказал в ответ писклявый голос из глубины зарослей.

– Стою, стою, - безропотно согласился дхусс.

– Кого это ты несешь?
– потребовал невидимый страж.

– Девушка. Больная. Нуждается в помощи.

– Хм, нуждается... а заплатить найдётся чем?

– Найдётся, - Тёрн не колебался ни мгновения.

– Покажи!
– не поверил на слово писклявый.

Не выказывая ни малейших признаков гнева или нетерпения Тёрн поднял высоко вверх невесть откуда взявшийся небольшой кожаный мешочек, встряхнул его.

Незримые монеты зазвенели.

– Кидай сюда, - приказал невидимый стражник.
– Мы должны проверить, а вдруг монеты фальшивые, или там и вовсе просто кругляши металлические?

– Похвальная дотошность, - кивнул Тёрн.
– Но прошу тебя, почтенный, поторопись. Находящаяся под моей защитой нуждается в помощи, напоминаю тебе ещё раз.

– Не нуждаюсь в твоих напоминаниях!
– презрительно фыркнул обладатель писклявого голоса.
– И здесь наша земля. Мы тут хозяева! Что хотим, то и сделаем!

– Но держать на пороге раненого - едва ли это согласно канонам гостеприимства, - чуть более холодным, чем прежде, голосом заметил Тёрн.

– Не учи меня, урод безродный!
– возмутился голосок.
– И стой смирно, являй покорность - не то стрелами утыкаем!

– Едва ли это послужит вящей чести и достоинству народа таэнгов, чьи отзывчивость и открытость давно вошли в пословицы по всему Райлегу, спокойно заметил Тёрн.
– Равно как и стремление помочь страждущему.

– Ты за кого нас держишь, урод шипастый?
– взвизгнул невидимый собеседник.

– Думаешь, не видим мы, кого ты на плече тащищь? Это ж Гончая, Гончая Некрополиса, а ты, раз ей помогаешь - один из их рабов!

И вновь Тёрн лишь усмехнулся.

– Значит ли твой ответ, что вы отказываете нам в помощи, достопочтенный?

– Гм... нет, - после некоторой паузы (словно посовещавшись с кем-то)

недовольно пробурчал стражник.
– Старшие хотят видеть вас и говорить с вами. Взамен Гончая получит помощь. После чего вы должны будете немедля покинуть земли народа таэнгов.

– Таково же и наше самое горячее желание, - холодно заверил говорившего Тёрн.

– Само собой - особенно стоит тебе увидеть наших воителей, мигом в штаны наложишь!
– нахально заявил стражник.

– О, свирепость танэгских бойцов давно заставляет трепетать и Некрополис и Высокий Аркан, - с убийственной серьёзностью заявил Тёрн.

– О да! Мы велики! Могучи! Грозны! И наши непобедимые армии сдерживает лишь наше миролюбие, столь же великое, сколь и наша доблесть!

– Никаких сомнений, - заверил хвастуна Тёрн.
– Так мы можем пройти? Если старшие собирались поговорить с нами?

– Можешь, - нехотя выдавил из себя писклявый. Стебли наливника зашумели, закачались и сами собой раздвинулись, открыв узкую стёжку. Топай прямо, урод. Придёшь аккурат куда надо.

– Благодарю тебя, доблестный воин, - учтиво поклонился Тёрн.

– Топай-топай, кретин, - раздалось в ответ.

Дхусс только печально улыбнулся.

Вскоре поле кончилось. Одуряющий запах полуспелых наливников остался позади, открылась деревня таэнгов - расположенные широким кругов круглые же хижины из жердей, крытые снопами высущенных стебелей всё того же наливника. Ни частокола, ни даже просто изгороди вокруг деревни не наблюдалось. Оно и понятно - трапперы, звероловы и бортники с таэнгами предпочитали не связываться; а другим, настоящим силам этого мира было пока не до них. Здесь, в Гиалмаре, за надёжной, как казалось, защитой Таэнгского хребта, пока ещё было безопасно. Пока ещё.

– Недолго, - прошептал Тёрн, глядя на мирную деревушку.
– Недолго вам осталось. Скоро придётся стены воздвигать... настоящие. Камень рубить научитесь...

Он поправил сползавшую с плеча Стайни и зашагал быстрее.

Тёрн миновал крайние дома - из-за лёгких плетёнок, заменявших таэнгам двери, один за другим выскакивали их обитатели - низенькие крепыши, плосколицые и круглоглазые, больше всего похожие на каких-то невиданных обезьянок из непроходимых жарких лесов крайнего Запада. Они носили одежду - просторные туники ярких цветов из домотканой материи, но в разрезах рубашек и ниже отворотов коротких штанин виднелся густой мех всех возможных оттенков. На ноги таэнги надевали лёгкие плетёные сандалии.

Все носили оружие - даже малые дети и глубокие старики, согнутые, сгорбленные, с мехом седым, как снег. Небольшие луки, пращи, коротие дротики, лёгкие метательные копьеца. За спины заброшены лёгкие же плетёные щиты - такой защитит разве что от столь же лёгкой стрелки соплеменника.

Кованого оружия, мечей, топоров или хотя бы кинжалов Тёрн не видел.

Его мгновенно окружили. Дети цеплялись за широкие штаны матерей (юбок таэнги не знали), старики воинственно шипели, то и дело хватаясь за старые свои, отполированные за годы службы копьеца. Тёрн не обращал ни на что внимания. Он шёл спокойно, с достоинством (но без презрения) подняв голову. Его путь лежал в самую середину образованного домами круга, там, где поднимался резной тотемный столб племени, украшенный выбеленными временем черепами различных страховидл, в разные годы истреблённых "доблестными воинами таэнгов".