Чтение онлайн

– Так точно, мой Мастер.

Ошгрен внимательно взглянул на Стайни, покряхтел.

– Я надеюсь, что руну "сат" тебе вручили не зря. Вернись сюда с сидхой, и ты получишь "торо".

– "Торо"?
– вырвалось у Гончей.

– Удивилась? Слишком значимая руна для такого простого задания? Считай, что... что я верю в тебя, Гончая.

– Благодарю, мой Мастер!

– Погоди. Вот когда вернёшься, тогда и побеседуем...

* * *

– Вот так оно всё и началось, Тёрн.

– А дальше? От Некрополиса до Нэира добрых пять сотен лиг по прямой. И потом... Сидха сказала, что погибла вся её Ветвь. И обвинила в этом тебя.

Стайни часто заморгала. Отвернулась в сторону. И наконец с глухим гортаным стоном упала на колени. Её начало бурно рвать.

Тёрн стоял рядом, скрестив руки на груди, но помочь отнюдь не спешил.

– Это из тебя старая память выходит. И подсаженная сущность. На вот, выпей, - он протянул деревянную фляжку Гончей, когда судороги и приступы рвоты мало-помалу сошли на нет.
– С этим не надо бороться. Напротив - чем скорее все это... тебя покинет, тем лучше. Так ты действительно перебила всех её родных, Стайни?

Гончая с трудом поднялась на ноги, вытирая испачканный подбородок. Глаза её расширились, по вискам стекал пот.

– Это правда, Тёрн, - наконец выдавила она.

Дхусс, не желавший, чтобы его называли дхуссом, молча покивал и осторожно коснулся тонкого плеча могучей ладонью.

– Я не судья тебе, Стайни. Нэисс сказала, что ты её кровница. Я лично считаю месть бессмысленной и глупой - ведь мёртвых не воротишь - тем более, что ты при этом отнюдь не была собой. Конечно, остановить преступника и безумца, убивающего направо и налево, необходимо, вот только к мести это не должно иметь никакого оношения. У нас - другой случай.

Впрочем, полагаю, что должен знать, как и почему это произошло. Для массовых убийств у Некрополиса имеются другие инструменты.

Стайни ответила не сразу. Они пробирались настоящей лесной крепостью, горную чащу всю заплели вьюнки и плети дикого пьянника. Острые шипы то и дело впивались в серую куртку Гончей, несмотря на всю её почти что нечеловеческую ловкость. А вот Тёрн скользил сквозь заросли легко и свободно, словно сызмальства только по таким и ходил. Стайни сердито обламывала преграждавшие ей путь сухие мшистые сучья, Тёрн вместо этого только пригибался.

– Не стоит, оставляешь следы, - заметил он, когда Гончая в очередной раз протянула руку.

– В эдакую крепь никто не полезет, - проворчала Стайни.
– Некрополис лесов не любит.

– И потому ты решила, что здешние места послужат хорошей защитой?

– Почему бы и нет?
– пожала плечами девушка.
– Идти-то всё равно куда-то надо. А мне все едино. Так уж лучше здесь. Тебя держаться стану. Ты, Тёрн, хоть и странный, а... а надёжный, - закончила она, и неожиданно покраснела.

Дхусс улыбнулся, обнажив клыки.

– Спасибо за доверие, Стайни. Нет, всё-таки встречи в диких краях хороши одним - сразу видно, пойдёшь ты с этим спутником дальше или нет. Ну, а ты сама-то - рассказывать будешь?

– Что с тобой сделаешь, шипастый ты наш... Слушай, коли уж так интересно.

* * *

...У Гончих Некрополиса свои пути и тропы. Каждая ревниво хранит секреты своих дорог. Гончие редко помогают друг другу и только по приказам Мастеров. Некрополис предпочитал точные и стремительные уколы рапирой могучему удару боевого молота, способного крушить даже самые прочные шлемы.

До пределов владений Мастеров Стайни добралась обычным дилижансом. От Некрополиса, столицы прямым, широким и тщательно замощёным трактом до Сафара, самого крупного города в западном урезе, крупном центре сталеплавильных и железоделательных мануфактур, потом тоже почтовым экипажем, но уже куда скромнее - к пограничью. Дилижанс, само собой, принадлежал Гильдии, но внешне ничем не отличался от обычных, что перевозили почту и пассажиров по всем концам подвластной Мастерам земли.

Двое угрюмых возниц, сменяя друг другу, неустанно погоняли тягунов. Время от времени приходилось останавливаться на почтовых станциях, ожидая замены - несмотря на всю важность задания (по словам Мастера Ошгрена) никаких особых привилегий Стайни не получила.

На границе кучер высадил Гончую в полулиге от порубежной реки Аэрно, уже после её слияния с Делхаром. На другом берегу начинались владения Державы Навсинай. Или Ордена Порядка, как её именовали в официальных дипломатических грамотах.

Между Некрополисом и Державой, само собой, особой дружбы и доверия не наблюдалось. Оба соперника знали о мощи друг друга и открытой войны, скорее всего, просто побаивались. И у тех и у других нашлось бы чем встретить армии вторжения, перехлестнувшие через приграничные укрепления.

Но уж шпионов, прознатчиков, осведомителей и просто поджигателей ни та, ни другая сторона не жалела. Даже один спаленный стог сена ослабляет противника. Также очень неплохо устроить падёж скота, отравить источники, вызвать мор и так далее и тому подобное. Средства для таких вещей что у Некрополиса, что у Державы были свои собственные, совершенно различные вот только результат неизменно оказывался одинаков. Приграничная полоса пустела. В Державе, где вольностей пока ещё оставалось несколько больше, пахари и мастеровые просто снимались с насиженных мест и подавались куда глаза глядят, в том числе - и в "варварские" королевства, в надежде, что там до них не дотянется длинная рука ни Гильдии Мастеров Некрополиса, ни правившего Державой Навсинай Высокого Аркана, совета высших посвящённых и магов.

Во владениях Некрополиса подобные художества не сошли бы беглецам с рук - за самовольное оставление земли или мастерской полагалось зомбирование через расчленение. Жители пограничья пользовались всяческими льготами и привилегиями; правда, все они, как один, не раздумывая променяли бы эти привилегии на тихую и спокойную жизь где-нибудь в дне пути от столицы серых магов.

Стайни осталась одна. Гончая не тратила время на размышления, что и как ей надо сделать. Нужные мысли возникали словно сами собой.

Глухой ночью, когда две маленькие луны (тоже прозывавшиеся Гончими)

закрыла тяжёлая завеса мглы, Стайни бесшумно нырнула в плавно струящиеся речные воды. Разумеется, и та, и другая сторона бдительно следили за рекой - и не только за берегами.

Безо всяких хитроумных приспособлений Гончие могли остваться под водой больше двухсот ударов сердца. Разумеется, простого человеческого сердца, не шестикамерного, как у дхуссов.

Стайни плыла, не борясь с течением и лишь стараясь удерживать общее направление. Выпитое перед погружением снадобье дало её возможность видеть под водой и в почти что абсолютной темноте. Она была очень осторожна зная, кто может таиться в мрачных придонных ямах, которые навсинайцы во множестве рыли пригнанными сюда из низовий землечерпалками.