Чтение онлайн

Где-то сверху, за стенами нижнего двора, прокатился первый удар колокола.

Все трое на секунду замерли. Второй удар был громче, зазвенел в висках.

— Где дед? — спросила Вейра, глядя на Аэлию.

Дева подняла взгляд вверх, туда, где над арками уже густел тёмный, предгрозовой свет.

— На службе.

Лисандр повернулся к ней.

— А ты почему не с ним?

Пальцы Аэлии разжались, потом снова собрались в слабый кулак.

— Иногда он проводит службы без меня, — сказала она и тут же добавила: — Скоро у нас совместная. Мне ещё… надо будет к ней готовиться.

Последние слова вышли слишком ровно. Вейра услышала легкую дрожь, но ничего не сказала.

Третий колокол ударил слабее.

Аэлия посмотрела на Вейру, потом на Лисандра и мягко улыбнулась.

— Наверное, вас уже заждались в гостевом доме.

Колокола наверху продолжали настойчиво звучать. Аэлия при каждом ударе дышала чуть тише, возвращая себе храмовую собранность.

Они вышли из двора в коридор молча. После открытого воздуха под арками проход показался ещё уже. Сквозняк сверху тянул тонкий след ладана, смешанный с угольной пылью; от этого запаха во рту сразу стало суше.

Аэлия шла первой. Вейра смотрела на её плечи, на ступни. В походке ещё оставалась выученная мягкость, но теперь в ней появился вес — непривычный, будто тело вдруг перестало быть для неё только тем, что надо прятать и беречь.

Лисандр шёл рядом. Вейра всё время кожей чувствовала его холодный эфир сбоку. Он молчал. Внутри от этого всё только сжималось. После ссоры она сама ушла первой и до сих пор злилась: за его привычку давить, следить, решать за неё, будто она опять кому-то что-то должна.

Рука вдруг кольнула, и Вейра сжала пальцы, словно этим можно было оборвать и боль, и память о нём разом.

Они свернули за угол — и почти сразу наткнулись на Миру и Николаса.

— Вот вы где, — протянула Мира.

Улыбка у неё была не такая игривая, как обычно. Взгляд скользнул по всем троим и задержался на руке Аэлии.

Николас расправил плечи, поправил очки дрожащими пальцами. В руке он держал серую папку, и Вейра заметила её не сразу — сперва только напряжённую ладонь на ней. Николас всегда держался собрано. Но сейчас в этой собранности что-то дало трещину.

— По вам видно, что день был дрянной, — сказал он сухо. — Но у нас есть кое-что хуже.

Мира бросила на него быстрый взгляд, а затем на папку в его руках.

— Не здесь, — сказала она и сразу посмотрела на Вейру, потом на Лисандра. — Это касается… вас двоих.

Внутри всё стянулось в сухую настороженность. Рука снова отозвалась рядом с Лисандром тонким злым током. Вейра не повернула головы, но почувствовала, как он рядом едва заметно изменил стойку, перенеся вес на другую ногу.

Сверху глухой колокол. После него запах ладана в коридоре стал гуще, почти вязким.

Аэлия подняла голову, в тёмный изгиб свода. На миг лицо у неё лишилось привычной собранности.

Мира повернулась в сторону гостевого дома.

— Идём. Поговорим внутри.

Глава 20

Общий зал давил низким потолком. Вейра сидела сбоку, ближе к углу. Мышцы тянуло глухой, вязкой болью. Перчатки она не сняла, ткань липла к ладоням. Взгляд упирался в тонкую бороздку на столешнице. Смотреть туда было легче, чем на людей.

Напротив сидел Лисандр, чуть откинувшись, со сцепленными руками. По челюсти было видно, как временами напрягалась мышца.

Мира стояла, опираясь бедром о край, и держала раскрытый лист двумя пальцами. На столе перед ней лежала серая папка, рядом — несколько листов с оторванными углами. Николас, сдвинув очки на переносицу, смотрел в одну из страниц так пристально, словно надеялся, что за одно мгновение она станет понятнее.

— Ну? — первым не выдержал Кайрос. — Вы ради этой херни нас сюда согнали?

— Кайрос… — виновато прошептал Гюнтер.

— Ради того, что в них написано, — сказал Николас, не поднимая глаз.

Маркус перестал щёлкать монетой в руке. Даже Тео в углу выпрямился.

Мира положила лист в центр стола и разгладила его ладонью.

— Мы нашли не ответ. Только одну… отметку. Она совпадает с вашими входными сканами.

У Вейры в животе сжались внутренности. От этого спокойного тона Миры хотелось ударить кулаком по столу.

— С какими ещё сканами? — спросил Виктор.

Николас постучал ногтем по серой папке.

— Теми, что снимали на входе. Я сначала не придал им значения. Но потом сравнил с нижними таблицами…

— И? — бросил Лисандр.

Николас оторвал взгляд от бумаги, на секунду сжал губы.

— Там есть один параметр. Ну, знаете, редкий.

Мира повернула лист к свету. На нём тянулась сетка надписей: столбцы, цифры, узкие поля с пометками. В правом верхнем углу красным был аккуратно обведён знак: ? 1.2.

Красный круг сразу перетянул взгляд.

Несколько секунд никто не говорил.

— Что это за дрянь? — спросил Маркус.

Мира провела пальцем по строке.

— Конкорд. Как же вам объяснить… — она несколько секунд смотрела в потолок, затем добавила: — Это знак сопряжённого отклика.

Руку сразу прожгла вспышка боли. Вейра стиснула зубы.

— Башка от тебя гудит, женщина, — буркнул Кайрос. — Не трынди, говори нормально.

— По-человечески пока не выйдет, — ухмыльнулась Мира. — Слова в документах были поганые.

Она чуть помедлила и продолжила:

— Так помечали тех, у кого эфирный отклик шёл в некой сцепке.

На слове «сцепка» Виктор едва заметно выпрямился.

Тео нахмурился.

— Что ещё за сцепка?

— С другим носителем — сказала Мира. — Знаете, когда один эфирный поток случайно находит другой и прочно с ним соединяется.

В комнате стало тише. Гул труб будто отошёл глубже в стены.

Виктор вздохнул.

— Случайно и навсегда? Или это могло сходиться и расходиться?