Чтение онлайн

арда Хоби в присутствии Роберта Сесиля, сына министра

королевы лорда Берли. На первом представлении Ричарда играл

Бербедж, на втором — Уильям.

Успех был ошеломляющим даже в пределах домашнего зала

и ограниченного числа гостей. Триумф последовал затем и в городе, и на протяжении всех гастролей. Теперь «Ричард», подкрепленный

еще и изданной пьесой, которую предполагали продавать по ходу

представления, давал надежду на хороший заработок. О том, кто

будет с сумкой через плечо лавировать по рядам и между стоячими

зрителями, ни у кого не вызывало сомнений. У Себастиана тоже.

В Бристоль они въехали на рассвете. Лучшее время, когда уста-

лость от предыдущего дня забыта, в лицо веет утренний ветер, и все вокруг торопятся развести свои товары и разложить их по

лавкам, занять место в порту или расселиться в гостиницах.

Бристоль лежал на правом берегу их родного Эйвона, что раз-

ливался здесь, вольно впадая в залив, чтобы соединиться с мо-

гучими течениями океана.

Они остановились в гостинице «У Слона», достаточно удален-

ной от порта, на площади недалеко от театра. Здесь селились

купцы, негоцианты, курьеры, секретари акционерных компаний

и представители гильдий.

— Обещаю, я постараюсь не отвлекаться, — сказала Виола, вы-

кладывая из дорожного сундука стопки с пьесой.

— На что? — не понял Уилл.

— На сцену. Я всегда смотрю «Ричарда». Даже забываю, зачем я там.

Уилл посмотрел на нее с сочувствием.

— Смотри. Бог с ним, со всем. В конце концов, ведь каждый раз

мы играем как единственный.

— Да! — горячо отозвалась она. — Вы каждый раз разные. Другие.

Это невозможно забыть.

Она подошла к нему ближе.

— Только прошу тебя, будь осторожней, — она провела паль-

цами по его виску, на котором еще не опал отек от удара, какой

288

ЧАСТЬ II. ГЛАВА X

он получил при очередном падении в финальной сцене убий-

ства Ричарда.

Ее сердце сжималось всякий раз, когда она вновь и вновь видела

меру его самоотдачи. Он жил на сцене. Виола уважала эту предан-

ность. Она понимала, чтоэто и как,и ей становилось страшно. Он

раздирал себя на части душевно и телесно, и его беспокойное

сердце горело, болело и рвалось. Иногда он говорил ей — «у меня

все болит».

— Побереги себя, Уилл.

Себастиан в Виоле вновь встал на стражу ее деятельной натуры.

Женщинам, помимо тех, кто вел образ жизни Дороти Сойер, в театр вход был закрыт. Оказываясь здесь, любая женщина рас-

писывалась в своей доступности. Сопутствующими товарами —

яблоками, орехами, напитками и продукцией книгопечатников

торговали во время представления, которое шло без перерыва.

Перекинув через плечо ремень сумки для книг с эмблемой Ком-

пании печатников и издателей, Виола вступала в зрительскую

толпу. В руке она держала экземпляр издания. Она шла между

людьми осмотрительно и смело, как делает свой шаг канатоходец

или укротитель, знающий все приемы своего ремесла и не забы-

вающий о риске, который оно таит. Она не боялась взглядов.

Чулки, кожаные штаны — прихваченные подвязками на середине

бедра итальянские бриджи, жилет с поясом, рубашка с широкими

рукавами, берет с коротким пером. Уилл играл Генри Болинброка

на сцене. Виола — Себастиана среди зрителей.

— Покупайте пьесу «Трагедия короля Ричарда II», что сейчас

идет на сцене, — негромко говорила она, перемещаясь от стоячих

мест к рядам амфитеатра и стараясь не стучать каблуками по де-

ревянным ступеням. — Покупайте «Трагедию короля Ричарда II»

в авторской правке.

— Звезды сегодня улыбаются мне. Какое невероятное везение!

— Также, чуть понизив голос, произнес сидящий у самого прохода

человек.

— Позвольте спросить, в чем ваше везение, сэр?

— «Ричард», оказывается, уже издан. Прошу, — он протянул ей

монету, с которой Виоле пришлось долго отсчитывать сдачу. — Я

и не надеялся.

— Вам так необходима эта пьеса?

289

СЕРЕБРЯНЫЙ МЕРИДИАН

— Как воздух!

Секунду она боролась с удивлением и любопытством. Он внима-

тельно смотрел на нее.

— Простите, сэр, не найдется ли у вас монеты поменьше?

— К счастью, нет.

— К счастью? — она старалась не ошибиться со сдачей, — впро-

чем, это говорит о вашем благополучии, сэр.

— Пожалуй, в определенной мере.

— Прошу, ваша сдача, сэр.

На сцене в это время разыгрывался второй акт, и Гасси Филипс

в роли умирающего Ганта спрашивал о делах короля Тома Поупа

в роли герцога Йоркского. Как не трагична была сцена, некото-

рые реплики в ней неизменно вызывали смех. Традиции верны

были и на сей раз:

Ведь нынче мы Италии кичливой

Во всем, как обезьяны, подражаем

И тащимся у ней на поводу*.

— Что ж! Италии досталось!

Виола обернулась. Это произнес тот, кто минуту назад купил

у нее экземпляр пьесы. Отчего-то на эти слова его реакция была

сильнее, чем у остальных. Смех заставил его склонить голову

и глубокими морщинами от самых глаз до уголков губ избороздил

его загорелое, но еще вполне молодое лицо. Виола окинула его

взглядом и тут же сообразила, что рассмешило его. Он был одет

в короткий плащ венецианского фасона поверх костюма густо-гра-