Чтение онлайн

— Виола! Ви!

Она очнулась, поднялась и сцепилась с ним в таких крепких объ-

ятьях, что, казалось, ее пальцы продавят его кожу.

— Уилл! Ты приехал! Ты вернулся! Вернулся!

— Что с тобой стряслось? Что случилось?

Она смотрела на него глазами подранка.

— Уилл. Меня больше нет. Осталась грязь. Мерзость.

Она страшно похудела. Он усадил ее на кровать и сам сел

рядом.

— Ты заболела?

— Да.

— У тебя был лекарь?

Она закрыла лицо руками и склонилась к нему на колени.

— Нет. Никакой лекарь мне не поможет. Мне больше нет места

на свете. Мне нет на свете мест.

Он поднял ее за плечи и обнял, положив ее голову себе на

плечо. Покачиваясь и прижавшись губами к ее уху, полушепо-

том он стал напевать колыбельную, которую когда-то Мэри

пела им обоим. Он почувствовал, как потекли ее слезы. Потом

он чуть отстранил ее голову, посмотрел в глаза и прижался лбом

179

СЕРЕБРЯНЫЙ МЕРИДИАН

к ее лбу, как в детстве. Это больше, чем объятия утешало их

обоих. Он улыбнулся ее глазам.

— Расскажи мне, что случилось.

— После твоего отъезда мистрис Мэри стала запираться в своей

комнате и разговаривать сама с собой. Джон скандалил. Чем

дальше, тем хуже. Просто невыносимо.

— Это для меня не новость. Лучше скажи, что все же произошло?

— В сентябре я вышла замуж.

— Как это? За кого? Почему ты мне не написала?

— Было нельзя.

— Но почему?

— Я сбежала с ним.

— Боже мой!

— Я не хотела, чтобы ты узнал раньше, чем я уеду. Я только хо-

тела, чтобы все изменилось.

Он снова крепко обнял ее и молчал, зажмурившись. Виола про-

должала говорить. Она рассказала ему, как начала болеть после

его отъезда, как в дом позвали лекаря, и ей почудилось, что он

может исцелить не только ее хворь, но и освободить ото всех

печалей, мучивших ее. В доме, полном людей, она осталась одна.

Ненужная, лишняя, ни к чему не пригодная.

Виола ничего не сказала о том, что первой в череде молча пере-

живаемых бед стало прощание с Ричардом, боль от которого уде-

сятерила затем разлука с Уиллом. Ее существование превратилось

в удел изгоя. Орудия этих пыток невидимы, но боль от них мед-

ленно лишает жизни. Уилл узнавал и не узнавал ее теперь. А она

была всегда такой веселой, живой, дерзкой, сильной — красивой.

Она и сейчас была красивой. Но словно свет в ней погас. Чтобы

вернуть ее к жизни, он отдал бы ей свою.

Виола умолчала и о том, что скрасило ее одиночество. После

отъезда Ричарда с нею остались ее слова, обращенные к нему. Из

них складывались строки и строфы, подобные тем, что наполняли

стихи дивных древних поэтов. Это были письма к Ричарду, кото-

рые она никогда бы не осмелилась ему отправить.

Уборы созданы, чтоб их носить,

И красота, чтоб чувствам быть в угоду;

Трава, чтоб пахнуть; факел, чтоб светить;

180

ЧАСТЬ II. ГЛАВА V

Жить для себя — обманывать природу.

Зерно дает зерно, цветок — цветы;

Твой долг рождать, как был рожден и ты*.

И в следующем:

Пусть красота живет не только ныне,

Но повторит себя в любимом сыне**.

Разрозненные и соединенные, эти строки говорили о том, что

происходило с ней. Она собирала их под переплетом, который

сшила из куска замши и надписала растекшимися по волокнам чер-

нилами —«Усилия любви».

Она поверила в примету, которую придумала себе сама, —каждая

строка, обращенная к Ричарду, приближает их встречу.

Погружаясь в свой внутренний монолог и свои мечты, как

в укрытие, Виола теряла интерес ко всему и забывала о еде. Словно

прислушиваясь к незнакомым звукам, она говорила сама с собой, подбирая рифмы и перебирая строки своих стихов. Поначалу все

в доме принимали приглушенные звуки за закрытой дверью за мо-

литвы и решили, что она постится. Но когда она из-за невозмож-

ной худобы почти превратилась в свою тень, это вызвало уже не

беспокойство, а настоящую тревогу. Уповая на Бога, все же ре-

шили позвать лекаря.

Его звали Филипп Вудбридж. Он довольно быстро расположил

ее к себе спокойным и любезным отношением. Доброжелательно

и ненавязчиво он выяснил, что же с нею не так, понял, что она

скучала по Уиллу, чувствовала разлад в семье и мечтала уехать. Со-

беседником он был интересным, много нового для себя узнала она

в долгих разговорах. Этот человек, казалось, знал и понимал все, чего не в силах были понять окружавшие ее. Его сочувствие и вни-

мание, а также умение слушать и слышать, откликаясь на все, чем

терзалась Виола, привели к тому, что она вскоре привязалась

к нему. И он с удовольствием и часто стал бывать у них в доме.

А в конце лета сказал, что уезжает из города.

* Шекспир У. Венера и Адонис (пер. А. Курошевой).

** Шекспир У. Сонет 10 (пер. С. Маршака).

181

СЕРЕБРЯНЫЙ МЕРИДИАН

— Я пришел попрощаться. Вам стало заметно лучше, значит, я сделал свое дело.

— И вы? Отчего все, с кем хочется разговаривать, уезжают от-

сюда?

Он сделал паузу, глядя на нее исподлобья.

— Мы можем не расставаться, Виола, если вы решитесь уехать