Чтение онлайн

Мир размылся…

Я не бежал. Я не прыгал. Я просто телепортировался, стирая расстояние между собой и целью. Ветер взревел вокруг меня, образуя вихрь, который разметал камни и листву. Земля под моими ногами треснула от силы моего шага.

Один шаг — и я материализовался прямо между мальчиком и яо-гуем.

За моей спиной летела тень. Не обычная, не человеческая. Призрачный силуэт огромного белого тигра, сотканный из серебристого света и звёздной энергии. Он не был полностью реален, но любой, кто видел его, мог различить горящие глаза, клыки длиной с кинжал, когти, которые могли разорвать сталь.

Мои следы остывали медленно. Там, где я ступал, на земле проступали узоры инея. Кристаллы льда росли из моих отпечатков, покрывая камни серебристым налётом. Металл и холод, звёздная сталь и ветер, моя истинная сущность, которую я больше не скрывал.

Яо-гуй врезался в меня на полной скорости.

Его когти были нацелены в горло Эргэ. Но я встал на пути. Принял удар на себя.

Искривлённые серпы вонзились мне в левое плечо, пробив кожу, мышцы, царапнув кость. Я почувствовал, как яд впрыскивается в рану — горячий, жгучий и отвратительный. Скверна разливалась по венам, пытаясь добраться до сердца, отравить меня изнутри.

Боль была чудовищной. Но я даже не вскрикнул.

Я просто посмотрел яо-гую в глаза. И он увидел там смерть.

Моя правая рука превратилась смертоносное в оружие.

Металлическая ци хлынула в неё потоком, сгущаясь, кристаллизуясь и принимая форму. Кожа затвердела, став похожей на сталь. Кости уплотнились до прочности звёздного металла. Когти выросли: длинные, изогнутые, острее любого меча. Вся рука от плеча до кончиков пальцев стала единым клинком. Идеальным оружием. Воплощением элемента металла.

Серебристый свет струился по моей руке, как ртуть. Каждый коготь светился холодным огнём.

Я видел, как расширились глаза яо-гуя. Видел, как он попытался отпрыгнуть, но его когти застряли в моём плече. Слишком поздно. Слишком близко.

Я вложил в удар всю ярость тигра. Всю силу звездного металла. Всю энергию, что дал мне тигр, сотканный из инея и вихря.

Моя рука пронзила грудь яо-гуя.

Я не просто ударил. Я пробил сквозь. Когти разорвали его грудную клетку, как бумагу. Металл разрезал плоть без сопротивления. Моя рука вошла в его тело, раздробив самое сердце — тёмное, пульсирующее ядро скверны.

И в тот момент я сконцентрировал всю металлическую ци в одной точке.

Моя энергия хлынула в тело яо-гуя. Металлическая ци, чистая и разрушительная, вступила в контакт с его сущностью, силой земли и дерева, скверны и тьмы. Элементы вошли в конфликт.

Металл подавляет дерево. Это был фундаментальный закон мироздания. И когда чистый, не замутнённый металл встретился с оскверненной сущностью яо-гуя, исход был предрешён.

Сначала через трещины в израненной коже показались серебристые искры. Потом из ран начали прорастать металлические шипы — тонкие, острые, растущие с ужасающей скоростью. Они пронзали плоть, пробивали кости, выходили наружу сотнями игловидных отростков.

Яо-гуй даже не успел закричать.

Его тело выгнулось дугой, распятое на тысячах металлических шипов, растущих из его же плоти. Рот открылся беззвучно, глаза расширились до предела. Из них ушла вся злоба, вся ярость, вся ненависть…

И осталось только…

…

…Облегчение…

Я видел, как в последний миг перед смертью жёлтые глаза яо-гуя изменились. Ненависть угасла. Безумие отступило. На мгновение — всего на краткий миг перед тем, как жизнь покинула его, я увидел в этих глазах не чудовище.

Я увидел живое существо.

Измученное. Заблудшее. Поглощённое скверной и ненавистью. Но в глубине — всё ещё живого. Того, кем он был когда-то давно, десятилетия назад. Кем-то, кто не хотел стать монстром.

Скверна была уничтожена. Остался только он сам, каким он был…

И теперь, в момент смерти, он наконец-то стал свободен…

Тело яо-гуя обмякло. Металлические шипы растворились, превращаясь в серебристую пыль. Он рухнул на землю к моим ногам, мёртвый.

Я стоял над ним, тяжело дыша, моя рука всё ещё была пропитана его чёрной кровью. Вокруг нас начали происходить изменения.

Бамбуковые стебли, которые выросли с помощью магии потемнели, потом начали увядать, превращаясь в сухие, безжизненные стволы. Лианы, опутывающие деревья, почернели и осыпались пеплом. Земля перестала трястись, тени стали обычными тенями, без примеси магии и скверны…

Чары, наложенные на ущелье, рассеивались вместе со смертью их создателя.

Я обернулся к Эргэ. Мальчик всё ещё лежал на земле, но теперь его глаза были живыми. Он смотрел на меня: на мои белые волосы, на серебристую тень тигра за моей спиной, на когти, и тихо плакал.

— Мама, — прошептал он срывающимся голосом. — Я хочу к маме.

— Скоро, — ответил я, чувствуя, как голос срывается. — Скоро ты увидишь её…

Остальные дети начали подниматься. Дагэ с трудом встал на ноги, придерживаясь за ушибленные рёбра. Обе девочки выползли из зарослей, перепуганные, но живые. Все четверо были живы.

Я выполнил обещание.

Но цена…

Яд скверны, впрыснутый когтями яо-гуя, разливался по моему телу. Я чувствовал, как он течёт по венам, как отравляет кровь, как добирается до внутренних органов. Левая рука, та, в которую вонзились когти, онемела и повисла плетью. Боль в плече была невыносимой.

Я попытался использовать металлическую ци, чтобы выжечь яд. Но энергии почти не осталось. Даньтянь снова потемнел, звёзды погасли. Сила, которую дал мне амулет, была полностью истрачена. Металлическое ядро в груди было пусто…

А яд всё распространялся.

Колени подогнулись. Я попытался устоять, но ноги не слушались. Земля накренилась, небо закружилось. Я упал на колени, потом на бок.

Лицо Эргэ склонилось надо мной, искажённое слезами и страхом.

— Господин! — закричал он. — Не умирайте! Пожалуйста!

Остальные дети прибежали, окружили меня. Они плакали, звали, тянули за одежду. Но их голоса становились всё тише и дальше. Мир размывался, терял чёткость.

Я посмотрел в небо. Сквозь кроны бамбука пробивались лучи солнца. Красивое небо. Чистое.

Тигр внутри меня был спокоен. Впервые за долгое время — по-настоящему спокоен. Охота закончилась. Добыча повержена. Детёныши спасены. Он мог отдохнуть.

Я тоже мог отдохнуть.

…Тьма накатила волной, поглощая всё. Последнее, что я услышал, были плач детей и далёкий шелест листвы.