Чтение онлайн

– Ну а ты?
– спохватывается он. Я показываю ему свое удостоверение.

– А, черт!
– крякает он.
– Легавый!
– И тут же исправляется: Извините меня, комиссар.

– Да брось ты, не надо экивоков из-за того, что я полицейский. Есть два парижанина, случайно встретившихся...

Я хлопаю его по плечу.

– Ладно, иди поближе, - лыбится он, опять отбросив официальность, давай лучше вспрыснем встречу бутылочкой нашего вина. Мне его привозят прямо из погребов. Сейчас увидишь, это тебе не чай...

И мы идем мимо запаркованных машин в квартиру моего земляка, которого, между прочим, зовут Александр Тюпен.

Он заводит нас в столовую, обставленную, кстати сказать, пусть не шикарно, но далеко не бедно, и идет за вином.

Открывая бутылку, он говорит радостно:

– Представь себе, я, наверное, целую жизнь не видел парижанина! Как же, черт возьми, приятно услышать родной язык. Слушай, ну что Париж, все на том же месте?

– Да, - киваю я, - по крайней мере до следующего ядерного испытания.

Мы болтаем обо всем сразу и ни о чем, потом, принеся очередную бутылку, он вдруг спохватывается:

– Кстати, что тебя привело в мою обитель? Тебе нужна тачка? Я трясу головой.

– Нет, только информация.

– По технической части? Клевое воображение у моего земляка. Он, видимо, даже спит на каталогах запасных частей.

– Скажи, Александр, не было ли среди твоих клиентов в последнее время человека по фамилии Хиггинс?

– Дай сообразить... Нет, думаю, нет... Разочарование отдается в моем желудке.

– Понимаешь, - продолжает он, - я не очень обращаю внимание на их имена, тяжело запоминаются... Ты говоришь - Хиггинс?

– Да...

– А! Все может быть... Как он выглядит, этот твой...

– Сам хотел бы узнать...

Тюпен становится серьезным.

– Понятно! Дело важное?

– Думаю, да.

– А что у него за тележка?

– Красный "хиллман", кабриолет... Он подпрыгивает на стуле, будто его ошпарили.

– Знаю! Да, красный "хиллман"... Хиггинс, точно. Мощный парень в возрасте с седыми волосами.

– Верно срисовал.

– Ну и?
– спрашивает он.

– Расскажи мне о нем.

– Да я лучше тебе расскажу о Тино Росси. Хиггинс этот... Клиент, как все другие: залить-поменять-помыть, ну и все...

– Ты его видел с кем-нибудь?

– Нет, не помню...

– Может быть, тебе запомнилось что-нибудь, какая-то мелочь, чтобы я мог его найти?

– А чего тут запоминать? Его адрес у меня в журнале. Кажется, площадь Кастом-Маркет... Рядом с остановкой автобуса, как я заметил...

– Это я и сам знаю. Только он смотался, и мне хотелось бы знать куда, чтобы отловить...

Мой земляк разводит руками.

– Ты уж от меня слишком много хочешь!

Я понимаю, что дальнейшие вопросы бессмысленны, и помогаю ему прикончить бутылку.

Когда я встаю, быстро поднимается и Грейс, которая следит за моими движениями и, кажется, готова стать моей тенью.

Вдруг моего приятеля осеняет.

– У меня есть идея!
– хлопает он себя по лбу.

– Идея?

– По поводу твоего этого... Я смотрю на него с нескрываемой надеждой.

– Что, правда?

– Послушай. Однажды у него накрылась бобина. И он приехал с бобиной, которую ему дал кто-то из его приятелей, как он сказал. Он попросил заменить ее, а ту, одолженную, отправить по адресу хозяина. Короче, я помню адрес и имя. Его фамилия Тоун, и он живет в Бате. Я точно запомнил название - Бат. Кажется, где-то под Бристолем...

Я повторяю:

– Тоун, в Бате?

– Точно-точно...

В конце концов, чем черт не шутит, может быть, мне это поможет отыскать Хиггинса.

Я записываю сведения в блокнот, и мы прощаемся...

– Что вы обо всем этом думаете, Грейс?

Она пытается идти со мной в ногу... Мне просто не по себе от ее послушности. Такое впечатление, что ею можно управлять мановением руки или взглядом.

Девчушек, готовых на все по мановению руки, полно в девичьих интернатах. Но те, что слушаются взгляда, - такие встречаются реже!

– Я ничего не думаю, - говорит она, - я просто иду, и все. Мне кажется, что я живу в каком-то романе. Будь я сейчас дома, может быть, куда-нибудь пошла... Куда? Не знаю... Бродила бы по улицам или пошла в кино...

– Вы не хотите есть? Я умираю с голодухи... Спать тоже хочется. Я уже двое суток не смыкал глаз...

– У меня есть холодная курица...

– Это приглашение?

– Что вы на это скажете?
– спрашивает она, имея в виду, похоже, только жратву.

– Я принимаю ваше предложение без ложной скромности! Купим сейчас чем залить вашу курицу и еще пирожные. Я никогда не жрал пудинг... Говорят, это вполне съедобно?

Сделав необходимые покупки, мы приходим к ней. Она живет в маленькой квартирке: комната, кухня, ванная. Все очень чисто, мило обставлено, но без души. Ясно, что она не цепляется за общепринятые ценности.

– Вы не боитесь, что я вас скомпрометирую?

– Мне наплевать, что обо мне подумают и будут ли судачить. Так ведь говорят у вас?

– Да...

Я открываю бутылку, пока она стелет скатерть и кладет приборы...

По радио кто-то играет на волынке. Мелодия писклявая и заунывная для ушей, но смешная для тех, кто с чувством юмора.

Напротив свет в доме матушки Фидж...

Там пустая квартира Марты Обюртен, ее чемодан...

А где-то посреди города в тумане стоит дом, который через несколько часов назовут местом преступления.

– У вас грустный вид, - замечает она.

– Это из-за климата, я думаю...

* * *

Хорошая еда и питье - что еще нужно, чтобы поднять настроение настоящего мужчины? Когда я приканчиваю второе крылышко курицы и допиваю третий стакан "Шатонеф", мой оптимизм растет, как цены во время инфляции.

– Что

– Послушайте, Грейс, будьте откровенны со мной. Мы симпатичны друг другу. Скажите мне, откройтесь...

– Что вы хотите узнать?

– Что вас мучит... Я вижу, что вас что-то гложет изнутри.