Чтение онлайн

Вырезая промежность жертвы, он, наверное, вспоминал тот страшный, кошмарный сон, в котором разросшееся до гипертрофированных размеров влагалище душило и медленно убивало его. Возможно, он глумился над трупом, но, скорее всего, испытывал глубокое психологическое наслаждение. И не только потому, что ощущал себя мужчиной-мстителем, кладущим конец тирании деспотической матери, потому, что возня с трупом вызывала у маньяка-некрофила такое сладострастие, какого он никогда не испытывал ни с одной реальной или фантазийной женщиной.

Решение перенести труп к опоре высоковольтной линии оказалось на редкость разумным: его обнаружили лишь 7 марта.

Кое-какие детали своих действий с телом Муханкин все же выдал по ходу следствия.

Факт убийства в городе Шахты 20–21 февраля 1995 года Л. И. я признаю — это убийство действительно совершил я. Находился в состоянии опьянения и принял смесь из различных таблеток. Мне опять что-то мерещилось, и в этом случае я наносил удары металлическим самодельным штыком, бил в различные части тела. Помню, что я падал, попал под автомашину, потом упал в лужу на дорожке в сторону шахты «Южная», и кто-то надо мною склонился. Я испугался и стал сразу бить штыком этого человека, который мне показался каким-то другим существом. Тут же этот чеповек упал, я разорвал на человеке всю одежду, раскидал обрывки во все стороны. Я тело куда-то потянул, оказался у опоры электропередач, и мне показалось, что внутри тела есть какое-то существо (как мне мерещилось), и также не отдавал себе отчета. Чтобы как-то убить это существо, я забил в промежность штык. А потом штык выдернул и пытался рукой что-то там вырвать. Этого я не отрицаю. Это похоже на меня — все как бы происходило в нереальном мире. Там же я и заснул и, когда проснулся, увидел труп, прикрыл его обрывками одежды и убежал. Таким образом вину свою в убийстве Л. И. признаю, но тогда умысла на убийство не было, как не было и умысла на причинение страдания и глумление. Поясню еще, что тело потерпевшей я перенес к высоковольтной опоре потому, что мне показалось, что именно там оно должно быть.

(Из протокола допроса от 14 февраля 1996 г.)

Этот маленький, тщедушный, но дорвавшийся до столь долго ускользавшей цели человек был, как свидетельствуют известные нам его тексты, не лишен амбиций. Быть может, именно тогда, в темную промозглую февральскую ночь, стоя рядом с трупом второй своей жертвы, он подумал про себя, что сумеет сравняться с Андреем Чикатило и даже превзойти его.

Конечно, это не означает, что цепная реакция событий происходила автоматически, без внутренней борьбы. Даже самая черная душа не бывает одномерно черной, и в самом аномальном сознании не исключены обычные человеческие импульсы. Рассуждая об этом в написанном во время следствия (хотя и датированном задним числом, 1992 годом) стихотворении «Два багажа», Муханкин утверждает:

Автор этого стихотворения отказывается видеть, насколько неравновесны охарактеризованные им «два багажа». Один из них уже безнадежно придавил его своим мертвящим грузом.

Трудно сказать, как бы развивалась дальше история Муханкина, если бы судьба не свела его с Еленой Левченко. Произошло это вскоре после того, как погибла Л.И. и чудом избежала смерти Т.Ш. Он пребывал в состоянии предельной психической несбалансированности. Чем чаще пробовал он реализовывать свои потаенные многолетние фантазии, тем более заманчивым и неудержимым был импульс, подталкивавший его к дальнейшим опытам. Маньяку хотелось какой-то радикальной ломки всей устоявшейся жизни, возможно, отринуть от себя отвратительную, убогую избу тети Шуры и дяди Саши.

То ли в тете Шуре что-то его по той или иной причине не полностью устраивало, то ли сыграло свою роль её непредвиденное внезапное переселение от одного собутыльника и любовника к другому (второе кажется более вероятным), так или иначе, что-то подвигло Муханкина (который был не в том расположении духа, чтобы спокойно сидеть на одном месте) к поиску. И этот поиск оказался не столь уж длительным, потому что в малых шахтерских и промышленных городках Ростовской области нет недостатка в деклассированных пьяницах и люмпенах, завязать знакомство с которыми, как говорится, проще пареной репы.

О том, где и при каких обстоятельствах Муханкин встретил Сергея У., нам известно только со слов самого Муханкина. В его изложении история знакомства представлена так:

Примерно с неделю я прожил у дяди Саши с тетей Шурой, но меня не устраивала такая жизнь у этих людей, мне нужно было каждый день покупать водки одну-две бутылки и поесть что-нибудь, а ели они много, без меры. Я искал другое место жительства, и в один из последних дней февраля утром на улице Халтурина ко мне подошёл парень и попросил закурить. Я тогда не курил и, соответственно, ответил, что у меня курить нет, я не курю. И задал ему, этому парню, тоже вопрос, не подскажет ли он, где найти флигель, дом или кухню, где мне можно пожить как квартиранту. Этот парень ответил, что не знает, и показал на женщину, которая стояла на другой стороне улицы около дома. Это, говорит, моя бывшая жена стоит, к которой я иногда прихожу по старой памяти сексом позаниматься; у неё хата пустая осталась после смерти бабушки, так что спроси у нее, может, пустит или что подскажет. Я подошёл к этой женщине и заговорил с нею на тему о том, что мне нужна квартира. Женщину эту звали Лена, а того парня, что подходил ко мне, звали Сергеем. Эта Лена охотно предложила мне жить у неё с того же дня. О цене за жилье не говорили, так как я ей сразу сказал, что с продуктами проблем не будет. Судя по её внешности, она была грязновата, да и Сергей на порядочного не походил. Особенно поэтому я этой Лене ничего не обещал.

(Протокол допроса от 20 июля 1995 г.)

Таким образом, выходит, что Муханкин познакомился с Левченко до прихода в её дом и явился туда с её ведома. Но не исключено, что все могло происходить и иначе, что со случайно подвернувшимся ему пьяницей Сергеем Муханкин быстро поладил, и именно тот привёл Муханкина к себе домой, где проживал вместе с Еленой Левченко.

27-летняя Левченко родилась на Украине, где в одном из сел Луганской области прошло её детство. Там она вышла замуж, родила в 17 лет, в 1984 году, дочь и вскоре, через год после вступления в брак, развелась. Сами по себе известные нам факты не столь уж значительны, хотя можно предположить, что в девичестве образ жизни Левченко не был образцовым и умеренным. Дальнейшие события в её изложении выглядят так:

С Сергеем У. я познакомилась на Украине в 1988 году. Он приезжал работать в колхоз, в котором я жила. Мы стали с Сергеем У. сожительствовать, и в 1989 году у нас родился сын. Затем у меня умерла мать, и мы решили поехать в Шахты к матери Сергея У., так как было уже двое детей и нужна была помощь. В Шахтах Сергей У. сначала снимал квартиру на Красина (адрес я не помню), потом жили примерно год на Пролетарке, затем меняли еще много адресов в связи с тем, что Сергей У. много пил, не уживался с хозяевами…

С ноября 1994 года мы стали жить по Халтурина, 51. Мы смотрели за бабушкой, которая умерла в декабре 1994 года. Когда мы приехали в Шахты, то Сергей У. поменял очень много мест работы только из-за пьянки. Очень часто он попадал пьяным в милицию. И я, и его мать неоднократно писали заявления на него в милицию, про его систематические пьянки и про то, что он меня избивал.

(Протокол допроса от 3 мая 1995 г.)

Хорошая, видно, была семейка, если и любовница, и мать решали свои взаимоотношения с Сергеем У. при посредничестве милиции, хотя в промежутках, похоже, были не прочь опрокинуть рюмку все вместе. В начале 1995 года Елена была безработной, хотя раньше, до декабря 1994 года, некоторое время работала кондуктором в троллейбусном депо.

Встреча с Муханкиным и её непосредственные последствия в ходе первого после ареста допроса 3 мая 1995 года выглядели так:

С 20 по 23 февраля Сергей У. пил запоем, а 24 февраля он привёл домой какого-то мужчину, сказал, что это его знакомый, зовут его Володя и что этот человек поживет у нас пару недель. Володя принес свои вещи. Сергея дома не было, он пришёл примерно между 11 и 13 часами, а Володя пришёл минут за 30 до этого. Придя домой и увидя этого Володю в доме, Сергей стал на него выступать и его прогонять. Он был сильно пьян, выступал и на меня, говоря, что это я завела себе хахаля. Володя стал его успокаивать, говоря, что ведь он сам разрешил ему пожить у нас. Говорил, чтобы Сергей пошёл проспался, а потом они поговорят на трезвую голову. Сергей схватил со стола нож и бросился на Володю. Володя мне сказал, чтобы я ушла, что он, мол, разберется с ним сам. Мой сын гулял на улице, я вышла, нашла сына, стояла и смотрела, как играет детвора. Отсутствовала я примерно от 40 минут до часа. Когда я зашла домой, то увидела только Володю, и спросила у него, где Сергей, а он мне ответил, что убил его. Сказал, что он сам виноват, что если бы он с ножом не кинулся на него, то ничего бы не было. Затем Володя вытащил за ноги тело Сергея. Когда он его тащил, то оставались следы крови на полу. Мне он сказал, что бил его в затылок, проколов ему шею сзади. Со слов Володи я поняла, что он нанес Сергею не один удар. Затем он показал мне предмет, каким убил Сергея. Это выглядит следующим образом: труба длиной примерно сантиметров 50, внутри неё находится лезвие, которое выкручивается, переворачивается и вкручивается вновь уже лезвием наружу. Тело Сергея он вытащил в сарай. Мне сказал, что ночью его уберет сам. Убил Володя Сергея примерно часа в два дня, вытащил его не в сарай, а в другую комнату. Потом он оделся и ушёл по своим делам. Вернулся часов примерно в 21 или 22. Насколько я знаю, Володя не пьет вообще. Легли спать, спали в одной комнате, но на разных постелях, я спала с сыном. Сын труп не видел, так как труп лежал в нежилой комнате. Часа в 2–3 ночи Володя меня разбудил и попросил выйти на улицу и посмотреть, чтобы никого не было, а он пока вытащит труп в сарай. Я вышла на улицу и стояла там не менее 30 минут. Затем он подошёл ко мне, дал мне мешок, в котором находилась какая-то часть тела Сергея, а сам нес завернутую в тряпку другую часть тела. Сказал, чтобы я ему помогла, и мы все понесли на Грушевский мост. Там он показал место, которое он выбрал, мешок я положила возле камышей. Затем мы вернулись с ним домой, он взял лопату и оставшуюся часть тела Сергея, ноги, которые также были завернуты в тряпку. Мне он сказал, чтобы я оставалась дома. Домой он вернулся часа через два, сказал, что тело закопал. На улице была грязь. Я стала у него спрашивать, что же будет дальше. Он сказал, что уедет и что его больше ничего не интересует, чтобы я выкручивалась сама, как знаю. Я стала говорить ему, что интересно получается: он убил человека, а я должна выкручиваться, на что он ответил мне, что если я кому-нибудь расскажу, то он уберет моего пацана… Поэтому я и молчала. Реально его боялась и боялась за жизнь своего ребенка.