Чтение онлайн

Что бы я сделал, если бы захотел найти того, кто убил члена семьи? Я точно знаю, что бы я сделал, потому что сам это делал. Я бы разыскал их призрак и спросил у них. Я попробовал это со своей сестрой, но, как и та женщина в доме Уэст-Адамс, она была просто Эхом.

У каждого есть свои методы выяснения того, чему он доверяет. Возможно, не стоит разговаривать с призраками. Это могут быть карты таро, козьи внутренности, что угодно. Суть в том, что все они доверяют только своим собственным методам.

— Гадание — говорю я — Они все искали ответы по-своему. Что-то встало на их пути.

— Кто-то вмешался в процесс гадания, чтобы направить это дерьмо на тебя? Некоторые из этих людей действительно очень хороши, Эрик — говорит Вивиан.

— Если бы ты действительно верила в это, ты бы не вытащила из меня этот яд. Они купились на это, потому что они такие хорошие. Они все позвонили по телефону, и ответил не тот парень.

— Кто-то действительно на тебя сердится — говорит Вивиан — Ты сузил круг подозреваемых до тысячи или около того человек, которым ты насолил за последние пятнадцать лет?

Мы с Габриэлой переглядываемся.

— Док — говорит Габриэла — не могли бы вы уделить нам минутку?

Вивиан переводит взгляд с одного на другого, недовольная тем, что ее не посвящают в происходящее, но в конце концов уступает. Она собирает свою пластиковую бутылку с водой, полную яда, и кладет ее в сумку.

— Конечно. Некоторым из ваших мальчиков и девочек все равно нужно пройти обследование. Я буду внизу — Она не попрощалась и даже не посмотрела на меня, когда уходила.

— Господи — говорит Габриэла — Что ты такого сделал, что так ее разозлило?

— Встречался с ней — спрашиваю я.

— Ой. Да. Этого было бы достаточно.

— Ты знаешь, кто это — говорю я — Кецалькоатль, единственное, что приходит мне на ум, и он достаточно силен, чтобы перехватывать заклинания прорицания незаметно для заклинателей, а также хочет насадить мою голову на палку. Ты слышала Вив. Эти люди могущественны.

— Ты был такой же занозой в заднице до того, как вернулись в Лос-Анджелес?

— Если спросишь Вивиан, она, вероятно, скажет тебе, что я был такой же занозой в заднице до того, как уехал.

Габриэла пододвигает пластиковый стул и падает на него.

— Господи Иисусе, Картер. Как все это могло ускользнуть от твоего внимания? Я думала, ты следишь за этим дерьмом?

— Я? Что насчет тебя? Мертвые люди не так разговорчивы, как ты могла бы подумать. Или не так умны. А как же вся эта гребаная криминальная империя, которая у тебя тут процветает?

— Когда я была старой, страшной ведьмой, люди приходили ко мне. Я была похожа на дона Корлеоне. Теперь, когда я маленькая выскочка, которая всех одурачила, все наоборот. Никто со мной не разговаривает. Все, от Ла Эме до гребаных армян, испытывают меня, не говоря уже о других магах, которые думают, что могут справиться с маленькой девочкой — Она смеется. Это горький, усталый звук — Дело в том, что они не ошибаются. Я истощаю ресурсы быстрее, чем успеваю их восполнять.

— Все так плохо?

— Да, я уже была здесь раньше. Я снова выиграю эту битву. Хватит обо мне. Помощники Кецалькоатля, как нам их найти?

— Я бы не стал доверять никаким заклинаниям прорицания. Если Кью возится с семьями жертв, то вряд ли он сделает то же самое с тобой или со мной. Я мог бы спросить кого-нибудь из прохожих по соседству с жертвами, не видели ли они чего-нибудь. Но если все будут думать, что это сделал я, то это будет не самым умным поступком быть замеченным там.

Этот маленький засранец сегодня отравил меня и чуть не убил. Он хорош, но есть люди и получше, и поумнее. Кто знает, с чем, черт возьми, я могу столкнуться в следующий раз?

— А как насчет Дариуса? – говорю я. Мне не нравится эта идея, но это единственное, что у меня есть.

У Джинна есть двери по всему городу, которые ведут в его собственную маленькую карманную вселенную. Он не может выйти, но это не значит, что другие не могут войти.

Он спас мою задницу в Миктлане, прислав мне кое-какую своевременную информацию. Он хотел, чтобы Санта-Муэрте и Миктлантекутли исчезли из поля зрения так же сильно, как и я. Он мог бы сказать мне об этом раньше или, по крайней мере, подсказать, как поступить. Но он этого не сделал. Он хотел, чтобы я отправился в Миктлан. То ли в отместку за то, что его заперли в бутылке, то ли по какой-то другой причине, я не знаю. Что бы это ни было, он хотел, чтобы я был там.

— Я уже пыталась — говорит Габриэла — Он даже на порог меня не пускает.

— Это часто случается? — Я думал, они с Дариусом были лучшими друзьями. Мне официально запретили появляться у него дома.

— Несколько раз — говорит она — Но только когда он злится на меня. Это проходит через день или два, но время немного интересное.

— Ты думаешь, он знает, что происходит, и залег на дно?

— По крайней мере, я думаю, он знает больше, чем показывает — говорит она — Если начнется такое дерьмо, что ему придется пережидать бурю, всем остальным придется туго.

Мог ли Кецалькоатль причинить ему вред? Кто знает. Восьмитысячелетний джинн против сломленного бога? Но зачем ему пытаться? Они сражались на одной стороне против ацтеков, хотя это ничего не доказывает. У Дариуса, вероятно, не было выбора.

— Вот дерьмо — говорю я.

— У меня есть идея — говорит Габриэла — Но тебе это точно не понравится.

— Нет — отвечаю я, гадая, когда же мы дойдем до этого — Ни в коем случае, черт возьми, нет. Я уже обдумывал это и не собираюсь идти по этому пути.

— Она единственная, кто на самом деле знает его, кроме Дариуса. Возможно, знает его лучше, чем Дариус.

Черт возьми. Я знаю, что она права. Я знал это несколько месяцев. Но я старался не думать об этом. Думал о ней. И это не из-за того, что она не пыталась связаться со мной.

Я достаю из кармана пару карточек, размером чуть больше обычных игральных, и протягиваю их Габриэле. Картинки используются в игре, похожей на бинго, под названием "Лотерия". На каждой карточке есть название, картинка и небольшой бессмысленный стишок, связанный с ней. Если у вас есть склонность к гаданию, вы можете использовать их как карты таро.

Первая — El Corazon, на ней изображено анатомически правильное сердце со стрелой, пронзающей его насквозь, расположенное в центре очень знакомого кольца с вырезанными на его поверхности крошечными калаверами. По сравнению с тем, что на моем безымянном пальце, детали не так хороши, но достаточно близки.

Другая — "La Muerte", изображающая женщину наполовину из скелета, наполовину из плоти. Хотя изображение стилизовано, я точно знаю, кто это должен быть.

— Впервые они появились примерно через неделю после моего возвращения из Миктлана. Какое-то время я получал по две-три открытки в день. Потом это прекратилось. В прошлом месяце они снова начали поступать. Это пятая пара, которую я получаю за последние две недели.