Чтение онлайн

— Заставляю тебя отвалить10! Ты меня сегодня уже заебал.

— Жжет!

— Я рада, — рычу я, брызгая еще три струи ему на руку. — Свали с моего участка. Забери эту долбаную голову. Мне не интересно разгребать твой бардак.

Швыряю голову Джейка в Нолана, и она с глухим стуком ударяется о его грудь. Пока он вытирает средство с глаз рукавом худи, я открываю вентиль на садовом шланге, лежащем рядом с брезентом, и кидаю в его сторону.

— Возвращайся завтра днем, разберемся со всем этим дерьмом, — говорю я, поднимая нож и пистолет, пока он неуклюже хватается за шланг, и из его губ вырывается поток проклятий. Он направляет конец шланга на свое лицо и моргает под струйкой холодной воды. — И если придешь раньше, я пропущу тебя через свою дробилку, еще до того, как наша сделка начнется.

Бросив последний взгляд, я поворачиваюсь спиной к человеку, который пришел сюда, чтобы убить меня, и ухожу.

КЛАД

~

ХАРПЕР

— Ты уверена? «Карманная Ракета» — это, по сути, самоубийство на колесах, — говорит Лукас, пока я резко сдергиваю брезент со старого гоночного миникара.

— А разве не все они такие? — облако пыли окутывает нас, подсвеченное утренним солнцем сквозь запыленное окно сарая. Я размахиваю рукой перед лицом, приближаясь к самодельной машине, корпус которой собран из двух распиленных бочек с добавлением стальных панелей. Изобретательность Артура будто отпечатана прямо рядом с клеймом «Винокурня Ланкастер» на состаренном дубе. — Не могу поверить, что Артур позволил тебе назвать ее «Карманная Ракета».

Лукас усмехается, проводя ладонью по выцветшему названию, нарисованному над декоративным спойлером.

— Он тогда не шарил про шутки о пенисах, понимаешь? Когда Берт чуть от смеха не обмочился, объявляя мой заезд, и начал вбрасывать довольно очевидные намеки, Артур быстро сообразил. Меня тогда на две недели дома заперли, — улыбка Лукаса становится грустной, а взгляд устремляется вдаль, словно он смотрит в прошлое. — Но даже так, оно того стоило. Это был лучший день.

Мое сердце сжимается, когда я вижу, как Лукас проводит рукой по своим коротким черным волосам и замирает, положив ладонь на затылок, — жест, который он всегда делает, когда груз его жизни кажется неподъемным. Хотя наши взгляды встречаются всего на мгновение, этого достаточно, чтобы разглядеть незаживающую, кровоточащую рану. Рану по имени Максин — девушке, которую он любил всю свою жизнь. Та самая, что в ночь после выпускного тихо исчезла из Карнажа, не оставив ни объяснений, ни слов, словно не могла провести здесь ни секунды дольше.

Это сломало его. И, несмотря на его высокий рост, спортивное телосложение, большое состояние, сколоченное до тридцати, и болезненно-притягательную внешность в стиле «раненая душа», я на девяносто девять процентов уверена, что Лукас — девственник. Хотя, это не мое, блять, дело.

— Ты точно не против, что я буду использовать «Ракету»? — спрашиваю я, отгоняя мысли о внутреннем споре «Девственник ли Лукас?», который вела с собой много раз, хотя меня и коробит от этого, ведь он мне почти как брат.

Лукас качает головой, отмахиваясь от моих сомнений.

— Нет, конечно. Все в порядке, Харп. С радостью посмотрю, как она вернет былую славу, — он с любовью шлепает по бочке, и что-то с глухим стуком отваливается в ходовой части и падает на пол, укатываясь в тень. — Да… Полагаю, десять лет простоя не пошли на пользу этим запчастям из вторсырья. Придется разобрать ее и убедиться, что теперь она хотя бы немного надежнее, чем когда мы ее собрали.

До гонки всего две недели, так что капитальный ремонт нереален. Но я просто улыбаюсь и киваю.

— Ага, сделаю так, чтобы она была готова к полету. Но, пожалуй, дам ей новое имя. Не хочу снова позорить тебя перед твоим дедом.

— Я до сих пор злюсь, что ты подставила меня с этими водостоками. Это просто ужас. У меня уйдет весь вечер на это, и я не успею принять душ перед репетицией в театре. Росс злится, что я получил роль Чудовища в постановке. Он точно устроит мне разборки из-за моего запаха на глазах у всей труппы.

— Тогда ты должен благодарить меня за то, что я не заставила тебя прочистить септик, — улыбаюсь я, пока Лукас закатывает глаза и швыряет в мою сторону пыльную тряпку. — Не волнуйся, я уже вызвала мастера. Тебе ничего не придется делать. Пока что.

Выражение лица Лукаса смягчается. Он проводит рукой по поверхности табуретки и опускается на потрескавшуюся кожзаменительную обивку.

— Спасибо, что всегда присматриваешь за моим дедом. Без тебя это место развалилось бы.

— Не стоит благодарности.

— Это Артур Ланкастер. С ним всегда проблемы.

Лукас прав. С Артуром всегда проблемы, но в каком-то смысле я им восхищаюсь. И его самые проблемные поступки — отражение той тайной жизни, о которой даже Лукас не подозревает. Я одна из всего двух людей, кто знает, на что он способен. Я — его величайший союзник. «Ла Плюм» — его грозный враг. И, пожалуй, теперь появился третий.

Нолан Роудс.

Мой взгляд падает на сумку, которую я сунула под гоночную тележку вчера, до того как Нолан появился в моем коттедже.

— Вообще-то, — говорю я, поднимая рюкзак, — мне нужно попросить об услуге.

Лукас поднимает брови в безмолвном вопросе, и я отвечаю ему серьезной улыбкой, протягивая рюкзак Нолана.

— Мне нужно, чтобы ты спрятал это. Положи туда, где я не смогу найти. И никому не говори, где он. Только если со мной что-то случится.

Его брови хмурятся. Он смотрит на рюкзак так, будто тот может взорваться, если его коснуться. Наконец, сглотнув, он берет его и кладет себе на колени.

— Что ты имеешь в виду под «если что-то случится»?

— Например, если я пропаду. Или если я серьезно пострадаю — так серьезно, что никогда не приду в себя и не смогу рассказать, что произошло. Или если меня найдут мертвой.

— Что за хрень? У тебя проблемы?

— Все нормально.

— Звучит совсем не нормально, черт возьми. Что происходит?

Я качаю головой и кладу руку на его запястье, когда он начинает открывать молнию. Лукас — светлый человек, несмотря на то, что тьма часто окутывает его жизнь, порой даже без его ведома. Я не собираюсь рушить дело всей жизни Артура из-за себя.