Чтение онлайн

Мягкая земля уходит из-под пальцев ног, когда я отхожу от берега, и меня охватывает течение — достаточно медленное, чтобы с ним можно было справиться, но достаточно быстрое, чтобы сбить с намеченной цели. Аромат пресной воды смешивается с запахом масла цитронеллы, все еще держащегося на моем теле. Я продвигаюсь в темноту, не теряя из виду тот серый валун. Я должен думать о том, как, черт возьми, вернуть свою книгу или как выработать стратегию, чтобы избежать этого плана с эксгумацией. Но нет. Я думаю о Харпер. Вспоминаю ту вспышку обиды, которую только что увидел в ее глазах. Я не ощутил злорадства, понимая, что ее обидели мои слова.

Закрываю глаза и погружаю голову под воду, пытаясь вытеснить этот образ. Но он застрял там. Не желает отпускать.

Дрожь пробегает по моему телу, когда я выбираюсь на узкий берег. Наклоняю голову из стороны в сторону, между позвонками что-то похрустывает. Потягиваюсь и сгибаю руку, чтобы унять боль в локте. Колено ноет после того, как я слишком много бегал в тот день. Рубцы и переломы так и не срослись идеально. Когда я оглядываюсь на воду, Харпер наблюдает за мной — налобный фонарь выключен, только мягкий свет фонаря растекается у ее ног. Интересно, о чем она думает, увидев шрамы на моей коже, когда я раздевался. Представляет ли она страдания, которые пришлось пережить, или ту боль, что скрывается глубоко под их неровными краями?

Слишком темно и далеко, мы не ясно видим друг друга. Но никто из нас не двигается, и это мгновение тянется так же долго, как извивающаяся между нами река.

Первой отступает Харпер. Она наклоняется, чтобы поднять другой конец веревки, все еще привязанной к моей лодыжке.

— Ты готов? — кричит она мне. А я все еще стою неподвижно.

Наконец я опускаюсь на одно колено, чтобы развязать веревку, а затем подношу ее к камню, где в его поверхности вырезана выемка. Харпер натягивает веревку и совмещает ее с другой рулеткой. Когда она находит точку, где совпадают оба измерения, то вонзает лопату в ил. Мы не произносим ни слова. Она начинает копать. А я плыть.

К тому времени, как я возвращаюсь на берег, она уже успела хорошо продвинуться в мягком грунте. Я наблюдаю за ее плавными, размеренными движениями, пока одеваюсь, все еще мокрый. Она вонзает лопату в землю и перекидывает ее рядом с вырытой ямой. Она сильная. Изящная. Не сбивается с ритма, даже когда я беру лопату и присоединяюсь к ней. Мы не разговариваем. Думаю, она даже не смотрит на меня — по крайней мере, не так, как я, украдкой бросая взгляды, словно вор. Только когда она натыкается на необычную текстуру острием лопаты, ее глаза встречаются с моими.

— Похоже, твой план сработал, — шепчет она.

Я киваю:

— Один есть.

— Осталось пятнадцать.

С единственным мрачным взглядом, которым мы обмениваемся, мы извлекаем тело — от него остались лишь кости в разлагающемся полипропиленовом мешке с выцветшей черной печатью, на которой крупными буквами написано «РОЖЬ». Когда яма засыпана, а инструменты убраны, мы на мгновение замираем, осматривая пойму и весь объем работы, который еще предстоит выполнить. И, вероятно, она думает о том же, о чем и я, когда мы поворачиваемся и начинаем идти обратно к дороге.

Я знаю, что не должен этого ждать с нетерпением, но какой-то предательский голосок в моем мозгу твердит обратное. Это всего лишь предвкушение охоты — вот и все. Я собираю доказательства и изучаю повадки своей добычи. Сегодняшняя ночь была лишь подготовкой к тому, чтобы узнать о Харпер побольше и использовать это против нее. Это было всего лишь потаканием моему любопытству.

— Спасибо, — говорит Харпер, нарушая тишину, которую я даже не замечал в водовороте собственных мыслей.

— Конечно.

— Что не так?

Я моргаю, глядя на нее:

— В смысле «что не так»?

Хотя она пожимает плечом, я замечаю, как ее брови хмурятся, пока она изучает мое лицо, словно ищет подсказки.

— Ты выглядел несчастным весь вечер, но сейчас ты… особенно несчастен. Я не думала, что такое возможно, но посмотри на себя.

— Может быть, я просто думаю о том, насколько все это ненормально.

— Не думала, что ты из тех, кого может смутить небольшое перемещение тел, учитывая твое увлечение скрапбукингом. Но да, — говорит она, останавливаясь, чтобы провести пальцами по подбородку и осмотреть дорогу впереди. Я хочу напомнить ей, что она только что работала с мешком с трупом и что жидкость разложения определенно прошла через полипропилен. Но не делаю этого. — Думаю, это немного странно.

— Немного. И теперь я помогаю женщине, которую хочу убить, скрывать убийства, совершенные другим серийным убийцей. Это самая извращенная вечеринка с убийствами, о которой я когда-либо слышал.

— Ты даже не представляешь, — бормочет Харпер, перебрасывая мешок с костями через плечо и уходя прочь.

— Подожди… что? Что ты имеешь в виду? — я делаю пару шагов вслед за ней, прежде чем она бросает на меня недоуменный взгляд. Неожиданно кровь в моих венах становится на сто градусов горячее. — У вас с Артуром что-то… типа отношений?

— Что за бред? Нет. О боже. Ты вообще хоть в чем-то разбираешься? Артур запал на Ирэн, — она фыркает, и хотя отворачивается прежде, чем я успеваю это увидеть, клянусь, я слышу, как у нее закатываются глаза. — Забудь об этом, Фрикаделька.

Харпер выходит на неглубокую гравийную площадку, где припаркована моя машина. Я следую за ней, но когда она доходит до моего арендованного автомобиля, то просто продолжает идти, направляясь к тропинке, уходящей в лес на другой стороне дороги.

— Куда ты идешь? Я же тебя подвозил, — говорю я, выходя на середину неосвещенной дороги.

— Я справлюсь. До завтра.

Не говоря больше ни слова, она исчезает. И, как в нашу первую встречу, оставляет меня одного.

В темноте.

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ

~

ХАРПЕР