Чтение онлайн

«Неплохо, очень неплохо! Тут и Террона могла наизнанку вывернуть, не каждая аура способна такому сопротивляться. Не говоря уже о вполне физиологических моментах», — проведя пальцами вдоль потока маны, едва его касаясь, чернокнижник ощутил сильное давление. Помимо потока энергии, грозившего увлечь персты за собой, нутро его похолодело. Желудок схватил спазм. Не в силах сопротивляться рвотному позыву, чаротворец отвернулся в сторону и выблевал все, что съел не так давно. — «Не каждая аура может сопротивляться, а у меня-то ее и нет сейчас. Лучше держать руки при себе. А от площадного действия меня убережет Доспех».

Потоки чужеродной маны, вытекающей из сплетения, причудливо тянулись, образуя фигуры и завихрения. Они гнулись так, словно их направила чья-то рука, вместе образуя гигантский глиф. Обычно так, в природе, сведущие маги и пополняли свои арсеналы, да знания. Находя подобные образования.

От цепкого взгляда демонолога не укрылось множество свежих трупов. Самое интересное заключалось в их принадлежности. Они были демоническими. В основной массе. Меньшую долю занимали нар’глод, всего несколько, остальные — раньше обитавшие на болоте твари. Гроки, гигантские раки, пара гидр и пять квакш. Самих же демонов были десятки. От одной пары рогов, до трех.

Наиболее сильный из детей Наррада Осквернителя лежал прямо под сплетением веток и корней, утопленный в гнилостных водах. Но умер он совсем по другой причине. Ему оторвали голову, вырвав еще и позвоночник. А потом раскурочили грудь, изъяв сердце.

«Возникает закономерный вопрос — как? Я ведь всех убил. Крепость не так далеко, чтобы демоны смогли остаться незамеченными. Попытка призыва кого-то вроде властителя — сорвана. После бури я тут пролетал, осматривался», — мысли Тирисфаля вились, как рой пчел. Он перебирал воспоминания, пытаясь понять, когда допустил ошибку. — «От моего взора укрыться можно, есть даже довольно простые способы. Но все они грубы и будут заметны, вроде того, как доспехи малахитовых волков скрывают от меня их лица и внутренний мир за пеленой маны. Сокрытие, такого уровня — уже большая редкость. Как на пустое место смотрю. Хотя тут явно имел место неслабый ритуал, завязанный на жертвоприношение».

Помедлив несколько секунд, маг создал вокруг себя сложный круг. Призрачное Зрение впилось в реальность, проникая под нее. И там картина выглядела несколько хуже. Мощная иллюзия лежала на участке топи, блокируя возможность увидеть спрятанное под ней.

Вопреки ожиданиям, колдун не увидел под трупами никаких письмен. Возможно потому, что так и не смог до конца прозреть сквозь иллюзию. Однако, заметил другое, более важное. То, что скрыть было сложнее всего.

Сплетение пульсировало от переполнявшей его магии, лучась красным, подобно солнцу. Из него, как из сердца, толчками выплескивалась энергия из другого Плана, проникая сквозь немалых размеров дыру в пространстве. Было ее куда больше того, что оказалось снаружи, заметно. Она поддерживала тот единственный, видимый глиф, питала его. А рядом, постепенно, из тянущихся вверх тоненьких потоков, формировались иные знаки.

«Хорошая добыча», — отметил чернокнижник, огладив жадным взглядом чудовище. — «Теперь хоть понятно, откуда столь редкий дух попал в руки гроков и ко мне, от них», — сферы над плечами всколыхнулись синими языками, начав наращивать на себе пламя. Вокруг них споро образовался светящийся синий ореол, от поглощаемой и преобразуемой на нейтральный манер маны. — «Намудрили маги в свое время. Создали, как я понимаю, проход на План Воды, откуда ее и черпали. Вместо твердого носителя, использовали саму ману, как-то зафиксировав потоки от своего источника. Высочайшее мастерство проявили, и такую же недальновидность. Все, что не в твердом материале, изменяется. Вот и их небольшое чудо превратилось во что-то другое», — готовясь к бою с защитником, чернокнижник все пытался осознать, с чем именно придется иметь дело. — «Гиблые Воды? Так там Тьма, если тексты не врали. Это вообще имеет больше отношения именно к глубинам. К черной воде, куда не проникает свет, и где томятся ужасы. Тут же что-то другое. Гнилостное. А я с таким не сталкивался».

Сферы единым импульсом выдали весь свой заряд маны в ауру. Подхватив его в первое же мгновение, демонолог сплел сразу две разные формулы. Первой трансформировал поток магической силы в плотный, устойчивый луч, направив вверх через правую длань. Второй создал черную искорку. Упав на ману, она воспламенила ту, как горючее, расползшись в оба конца луча.

Беззвучно Черное Пламя устремилось вверх, пожирая луч, чтобы гореть. Достигнув нужной точки, оно уже перекинулось на масштабную иллюзию, резвясь в самой уязвимой, узловой точке. Иллюзия вышла великолепная. Да только хрупкая. Зная, куда целиться, ее можно было уничтожить одним хорошим воздействием, разбив добрую треть схемы разом. И это случилось.

Нажравшись маны, Черное Пламя накопило критическую массу и образовало такой же беззвучный взрыв. Вспыхнув облаком, оно заставило проявиться купол и разлетелось в сторону языками. Там, где концентрации маны хватало, оно еще пыталось гореть, выжигая ее. Однако, слишком высокая требовалась степень, да и спектр определенный — нейтральный. На всем остальном Черное Пламя горело плохо, почти сразу затухая, не причиняя особого вреда.

Стряхнув с руки остатки пламени парой небрежных движений, досталось и ему, так как горение распространилось в обе стороны, Тирисфаль оценивающе смотрел на тварь. А выглядела она более чем необыкновенно. Почти шест метров в холке. Шкура слезает зелеными, тягучими соплями и тут же регенерирует, от чего она вся покрыта слоем дряни. На уродливой, обезображенной морде, ядовитым светом горят глаза, заплывшие гноем. Под ними открытая плоть, без кожи. Мелко кровоточит и истекает сукровицей. Из пасти наружу торчат клыки наперебой, мешая, ломая друг друга, и вонзаясь в десны. Пасть окровавлена по той же причине. Но и кожи на ней почти нет. Как и на всей морде. Вместо носа — провалы, забившиеся слизью и гноем. Последний, при дыхании, вылетает из дыр комьями, плюхаясь в почти черную воду.

Однако, тело у чудовища выглядело чересчур мощным. Стояло оно, наклонившись вперед, на задних лапах, не способное полностью выпрямиться. Передними, похожими на руки, пятипалыми, держало тело демона и жевало его, почти как разумное существо. Откусывая куски осторожно, ничего вокруг не разбрасывая. Словно дорожа едой. Из морды, где должен располагаться нос, торчал вперед кривой рог, как слишком переросший ноготь. Желтый, покрытый кольцами, как деревяшка. Такие же росли на голове, над глазами. И по всей правой половине головы. Разных размеров, неправильные.

Разрушение иллюзии никак не помешало чудовищу заниматься своим делом. Оно продолжало все так же жрать труп. Только стало поглядывать в сторону вторженца грозно, недовольно порыкивая утробно. Даже отвернулось в сторону, встав так, чтобы видеть одним глазом чужака. А еду спрятало.

— Так ты умен или тупой? — в слух рассуждал маг, поглядывая на тварь.

Она не явилась с другого Плана. Это был демон, пытавшийся таким образом возвыситься. Убил или заставил других принести свои жизни в жертву ритуалу. Попытался переродиться во что-то более могущественное или почерпнуть силы, пополам со знанием, из источника. Отрывать в себе насильно новые возможности. Итог оказался закономерен.

Сам бы колдун никогда не рискнул поступить с собой таким образом. Кое-что понимал в устройстве души, и это останавливало от отчаянных экспериментов. Прежде всего требовалось разжиться подходящей Сущности. Конечно, существовал вариант заполучить ее уже во время преображения, при доле везения. Однако, подобные преображения просто не могли не сказываться на разуме. Все требовалось делать постепенно. С умом. Не полагаясь на случай.

— Понимаешь меня? — обратившись к чудовищу, чернокнижник не рассчитывал на ответ. Растягивал время, за одно проверяя, насколько противник опасен на самом деле. Сферы постепенно восстанавливали запас маны.

В ответ тварь начала ждать еще быстрее, зло заурчав.

«Как жаль, что преобразить это обратно в источник воды не получится. Не обладаю надлежащими навыками и знаниями. А со временем эта мерзость отравит все вокруг, окончательно загубив одичавшие посадки. Максимум, могу попробовать закрыть проход и лишить тут все жизни. Тогда и распространяться будет особо нечему. Все это станет просто мертвым, природа с таким сможет совладать самостоятельно. А лучше выжечь, но так еще больше сил и времени потрачу».