Чтение онлайн

Гвардейцы зашевелились, поднимаясь на ноги. Они находились на самом краю ничейной полосы, постоянно просматриваемой дронами-разведчиками и патрулируемой различными видами смертоносных машин. Для пехоты и техники обеих сторон скапливаться здесь в больших количествах было равносильно самоубийству. Немедленно налетят боевые дроны, наведется артиллерия, на передний край противника выкатятся боевые машины. Максимум, что могли позволить себе противники, это иметь наблюдательные и снайперские секреты в брошенных домах, расположенные в таких местах, откуда просматривалось как можно больше пространства.

Боевые действия на всем этом участке замерли — силы федералов, собранные в мощный кулак с поддержкой суперов, оказались брошены на деблокирование портала в нескольких кварталах отсюда, а начинающееся контрнаступление защитников имело цель им помешать. По плану сражения, федералов предполагалось остановить взятием в клещи фланговыми ударами, что погасило бы их наступательный порыв и вынудило бы отвлекать силы на разжимание клещей. Отряд Кейна должен был пересечь ничейную полосу и нанести наступающим удар с правого фланга.

— Веди! — бросил Хайнц.

Умгал кивнул, и сделал бойцам знак следовать за собой. Разумеется, ничейная полоса просматривалась всеми доступными средствами, но датианцы выросли здесь, и с самого детства знали каждый закоулок. Были места, где атакующие рассчитывали просочиться незамеченными через наблюдателей противника и поближе к их боевым порядкам, затем начать внезапную атаку. Выждав, пока пролетит мимо очередной патрульный дрон, и откроется короткое временное окно до появления следующего, защитники принялись перебегать улицу и скрываться в подворотне на другой ее стороне.

Ни один дрон, ни один наблюдатель не заметил их. Все серьезные силы и все внимание землян были сосредоточены там, где разворачивалась битва за портал. Там гремела канонада, оттуда долетало эхо пулеметных очередей, а гвардейцы стремились вперед. Грязные, промокшие, с нахмуренными лицами, они оставались полны угрюмой решимости до конца биться за свой город, который враги пришли у них отнять.

Хайнц притормозил, пропуская всех вперед. Вести отряд по закоулкам будет Умгал, а имперцу предстояло быть замыкающим. Он окинул взглядом пробегающих мимо хищников. За непрозрачным плексигласовым забралом шлема никто не видел выражения его лица, смесь усталости, легких отвращения и презрения. Для него эти молодые ребята, которых он лично обучал воинскому ремеслу, все еще оставались лишь пушечным мясом, которое он готов был безжалостно пустить на убой, лишь бы выиграть в этой трудной битве против элитных федеральных войск. Датиан следовало защитить не потому, что Империя сочувствовала его жителям, а потому, что это была стратегическая необходимость, и ради победы теоретически допускались любые жертвы и разрушения. Обычно ему хорошо удавалось сдерживать себя, но в этот миг усталости эмоции на мгновение прорвались. Хорошо, что на голове шлем, никто из подопечных не увидит этого, и не усомнится в его авторитете.

Справившись с приступом слабости, Хайнц взял себя в руки и поспешил следом за остальными.

Эллисон нервно сжимала в руках рюкзачок, набитый вещами, едой и лекарствами. Последовав последнему осмысленному указанию властей города, ведьмочка попробовала эвакуироваться в безопасное место, чтобы переждать там, пока все не закончится.

Однако оказалось слишком поздно. В какой-то момент линия фронта качнулась, и Эллисон оказалась на ничейной земле, в гуще сражения. Хорошо, что она знала, где можно спрятаться. Сделавшись хищницей, Эллисон переняла различные повадки своих одноклассниц, в том числе привычку устраивать тайные логова и лежбища в любом месте, где проживала. Поэтому ей было, где затаиться — в тайной комнате, в подвале одного из зданий. Того, что ее найдут, она не боялась. Вход в помещение был перегорожен физически, а также спрятан с помощью маскирующих заклятий.

Так она и сидела в том подвале, слушая, как бушует сражение снаружи, волнуясь о том, чтобы здание не оказалось разрушено и не похоронило ее под развалинами, и о том, чтобы у противника не нашлось способов увидеть ее убежище сквозь наложенные маскировочные чары.

Затем грохот выстрелов стал затихать, оставив после себя лишь запах гари и ощущение витающей в воздухе смерти. Ведьма-самоучка научилась чувствовать, когда рядом кто-то умирает, хоть и не думала, что ей это умение когда-либо пригодится, и что погибших окажется такое огромное количество.

Она еще долго пряталась, пока с ужасом не обнаружила, что вода кончается куда быстрее еды, ведь она взяла с собой всего две пластиковые бутылки. Необходимость пополнения запаса питьевой воды, и призывы следовать к фильтрационному пункту, транслируемые с принявшихся регулярно пролетать по улице снаружи машин, побудили девушку покинуть свое убежище.

Выбравшись из подвала, Эллисон поразилась тому, насколько сильно изменился привычный пейзаж. Развалины и сгоревшие машины вдоль тротуаров могли бы вогнать в уныние простых ланей, но Эллисон уже научилась быстро брать себя в руки в экстремальных ситуациях. Внутренне собравшись, она осторожно двинулась по улице, приглядываясь, прислушиваясь, и принюхиваясь. Обостренные чувства скрытой хищницы позволят ей распознать затаившуюся опасность, но пока вокруг не было никого и ничего. Лишь изредка ей казалось, что в отдалении мелькают чьи-то силуэты, скорее всего другие жители города, прячущиеся ото всех и пережидающие опасное время.

Постепенно, по мере удаления от линии боестолкновений, ей начали попадаться люди. Сначала поодиночке, затем парами, затем небольшими группами, они стекались в несколько точек, куда направляли их команды дронов и встреченных солдат иномирян.

Фильтрация. Это слово пугало Эллисон, она достаточно хорошо понимала, что оно значит. Иномирцы пришли, чтобы сразиться с хищниками, и теперь на захваченных ими территориях будут искать их под каждым столом и в каждом углу, в том числе среди жителей. Вся надежда девушки была на то, что она внешне все еще слишком похожа на человека, что без глубокого анатомического изучения и без обнаруживающих ее особые магические способности заклятий, простые солдаты не догадаются, что она скрытая , как не догадывались об этом большинство ее одногруппниц в Сакуре.

Вся надежда на то, что ее не заметят, не опознают, что она проскользнет мимо, смешавшись с тысячными толпами таких же обездоленных, которым требовались помощь, спасение, размещение, еда и лекарства. Слишком много проблем иномирцам приходилось решать одновременно, чтобы с особой тщательностью досматривать каждую школьницу.

Бредущий поток людей замедлился на одном из перекрестков. Выглянув из-за спин идущих впереди людей, Эллисон сразу поняла почему — перекресток заняли воины иномирцев, они установили баррикады, через которые невозможно было перебраться. Бетонные блоки и странные конструкции в виде сваренных крест накрест железных балок перегораживали улицу, и между ними были густо натянуты мотки колючей проволоки. Оставался единственный узкий проход, через который несколько закованных в черные доспехи иномирян пропускали беженцев.

Эллисон пригляделась. Как она и надеялась, досмотр не был особенно тщательным — солдаты просто осматривали людей, наскоро обыскивали на наличие оружия, затем пропускали. Похоже, что ни магии, ни каких-либо еще средств для выявления скрытых хищников не применялось, насколько ведьмочка могла судить.

Но если людей пропускали сразу, то к хищникам было особое отношение. Заметив кого-то с когтями, клыками, волчьей пастью, шерстью, чешуей и так далее, солдаты сразу становились агрессивными и подозрительными. На глазах у Эллисон они вскинули оружие, заметив бредущую в толпе беженцев волчицу. Угрожающие выкрики, требования остановиться, встать на колени и положить руки на голову. Скуля, с трусливо поджатым между ног хвостом, волчица подчинилась. Она, как и все остальные хищники города, уже знала, ЧТО эти люди могут сделать, насколько они опасны.

У каждого из солдат на пропускном пункте на поясе висели стяжки, наручники и ошейники — целый набор инструментов из кунсткамеры. На шее хищницы защелкнули ошейник, руки, заломив за спину, стянули стяжкой. После этого появились новые солдаты, и увели несчастную, используя вместо поводка длинный стальной шест, который крепился к ошейнику — с помощью таких дрессировщики держали на расстоянии от себя опасных животных.

Затем досмотр беженцев продолжился в прежнем торопливом темпе. С каждым шагом в груди Эллисон рос страх быть разоблаченной. Что, если ее опознают? Девушка с ужасом представила, как ее волокут куда-то за ошейник. Куда? Что делают иномиряне с пленными хищниками? Она не знала. Возможно, чтобы убить, или посадить в клетку, проводить опыты, сделать домашним питомцем, как кота или собаку, заставить прыгать через огненное кольцо в цирке. Она не хотела! Она хотела остаться свободной! Она сделает все, что для этого потребуется!