Чтение онлайн

– Копии не заверены...
– попытался было он возразить, но седой с досадой махнул рукой, давая команду сесть за стол.

– Может, по чуть-чуть ...- неуверенно спросил он, но на этот раз неуверенность была не наигранной.

– Ладно, но только моей, - твердо сказал Олегов и достал из дипломата бутылку. Максим с оскорбленным видом поставил обратно на стол бутылку '' Столичной'', которой он уже успел открутить белую головку.

– Максим, ради Бога, не обижайся, - усмехнулся Олегов, скручивая пробку своей бутылки.
– На, разлей.

Пробку Олегов бросил в урну для бумаг, под столом, как он ее не разглаживал, крохотная дырочка от укола шприцем оставалась видна.

– Короче, кто вас послал, я не знаю, да вы и не скажете, - начал седой, когда все молча проглотили первую стопку, - но я хочу знать, что нужно лично вам?

Вот оно, подумал Олегов, и плевать мне и на Афган, и на армию, и на ту девку.

– Мне нужна машина, - коротко ответил Олегов.

– В каком смысле?

– Хотел бы купить машину, да нет денег, - с простодушным видом пояснил Олегов.

– Вы переоцениваете наши возможности, - недовольно произнес седой, махнув рукой Максу, чтобы то наливал еще.

– Я ничего у вас не прошу, - промычал Олегов, рыба была превосходна, такой он не ел никогда. Он старательно жевал, чтобы заглушить остроту вдруг возникшей досадной мысли, что не умеет выдавливать взятки, и поэтому ему никак из колеи не выбраться.

– Единственное, что я могу предложить, так это мой ''УАЗик'', мотор отличный, списать - никаких проблем, - угрюмо предложил седой. Он не верил, что откупившись от Олегова, он решит все проблемы. Хапнет деньги, махнет в Кабул да и заложит, думал он, ошибаясь.

– Надо подумать, - кивнул Олегов Максиму, чтоб тот разливал.

– Да вы икорки попробуйте, - предложил седой, подавив зевок.

– Не ем, противно, - отказался Олегов.

– Признаться, и я эту парашу не люблю, - с отвращением произнес седой и ткнул окурком в блюдо с черной икрой, промахнувшись мимо ложки Назара Назаровича, в которую он явно метил.

В животе у Олегова забурчало. '' Там у меня целая аптека, '' - подумал он.

– Извиняюсь, туалет у вас...

– Максим проводит, - махнул рукой седой и сладко зевнул.
– Пардон, а бумажки свои?

– Да ладно вам, свои же люди, - с укором посмотрел на него Олегов и, шатаясь, побрел за Максимом.

... Еще раз посмотрев на часы, Олегов решил, что пора выходить. В кабине туалета он просидел почти полчаса. Он осторожно приоткрыл дверь и выглянул в коридор - там, не теряя бдительности, на стуле спал Максим.

Олегов, стараясь не производить шума, пошел к выходу. На крыльце он огляделся. В стороне, на складах, копошились грузчики, контора стояла на территории складов. Беспечной походкой Олегов подошел к '' УАЗику'' , также беспечно обошел его по кругу, разглядывая и при этом соображая, наблюдают ли за ним из окна или нет. Пусть думают, что к машине прицениваюсь, подумал Олегов и ругнул седого и Назара Назаровича, - жлобы!

Лениво, но тихо открыв дверь, Олегов сел на место водителя. Завел. Тронулся. Впереди было двое ворот. Внутренние, деревянные, обтянутые колючей проволокой, были открыты, наружные - заперты.

Черт с ними, зло подумал Олегов, прибавляя скорость, если здесь начальство не уважают - буду таранить! Таранить не пришлось, из караульного помещения выбежал старичок - охранник и торопливо открыл дверь машине начальника.

... Вечером он был уже в Ташкентском аэропорту, который опять его поразил многолюдностью и толчеей. Вдоль всех стен вповалку лежали и сидели люди. Олегову стало тоскливо, когда он прошел мимо закутка, где традиционно кучковались те, кто летел ''оттуда''. Он подошел к огромному, во всю стену, расписанию рейсов, выбирая, куда бы полететь, и, вдруг увидев, что к справочному бюро пробивается Максим в сопровождении двух рослых парней, понял, что кроме Кабула ему лететь некуда... Было в этой мысли и отчаяние, была и светлая, радостная нотка.

ГЛАВА 30.

Сначала был неприятный холодок внутри - доклад о поездке в Фергану, затем радость - Гаури, затем леденящий холод - отец прислал испуганное письмо о том, что кто-то прислал бандероль, в которой оказался нож. Острый, с длинным лезвием нож, - и больше ничего...

– ...Разве тебе мало заплатили за работу?

– Это не было предусмотрено, - нервничал Олегов.

– Так чего ты хочешь?

– У вас очень большие возможности, вы должны что-то сделать!

– Мы ничего тебе не должны.

– Но сделайте хоть что-нибудь! Иначе я сам...

– Даром ничего тебе не будет, учти.

– Я отдам обратно все деньги, что получил за Фергану!

– Даже так? А удвоить их не хочешь?

– Не понял...

– Еще работенка подвалила, Михаил. Ты парень не из робких, как раз для тебя. И батю твоего оставят в покое, и капитальчик свой удвоишь. Идет?...

... В полку жизнь шла своим чередом: наряды, караулы, строевая, боевые... Капитан Моисеев, командир роты, обиделся, что Олегов опять собрался в какую-то командировку, из-за обилия нарядов офицеры были нарасхват.

– Да, ладно, Гена, я всего на две недельки, да и не в Союз, а где-то при штабе, на вакантной должности.

– Как всегда, в штабах полный штат, а то что в ротах некомплект никого не волнует, - ворчал Моисеев.

...Дулась и Гаури, когда он сказал, что опять едет в командировку.

– И что, ни разочек не сможешь за полмесяца появиться?

– Как же я из Ташкента раньше вырвусь? Никак...

Ночи были уже холодные, первые лучи солнца высветили свежий снежный покров на вершинах Пагмана, а взлетная полоса Кабульского аэродрома была еще в сумерках. '' УАЗик'' быстро прошелестел шинами по бетону и притормозил возле самолета ''АН - 24'', стоявшего чуть в стороне от основной стоянки.

– - Стой, кто идет, - неуверенно раздалось из-за шасси. Часовой был в растерянности - устав уставом, но в машине наверняка начальство.

– - Начкара зови.

Часовой прикладом ударил по борту, дверь открылась и выглянул более решительно настроенный начальник караула.

– Покажите допуск!

– Смотри.

– Все нормально, пилотов разбудить?

– Обойдемся.

Орлов и еще один офицер в синей летной куртке без погон полезли в самолет, а еще через пять минут с увесистым мешком направились было обратно к машине, где сидел Олегов, как вдруг начальник караула, рослый, широкоплечий парень с волевым подбородком неприязненно спросил:

– У вас был допуск на проверку, а не на то, чтобы груз куда-то выносить!

– А тебе, юноша, груз под охрану не сдавался, только самолет!
– зло усмехнулся Орлов.

– Ну-ну, - угрюмо, не скрывая ненависти, сказал начкар.

Напрасно он так, с досадой подумал о нем Олегов, с этими подонками лучше не связываться, а если свяжешься - они ни перед чем не остановятся. Ладно, может, для него и обойдется...

... Не обошлось. Через полгода, отслужив в Афганистане, он получит телеграмму, обязывающую явиться в город Ташкент для дачи свидетельских показаний. С недоумением он выйдет из здания на улице Артиллерийской, озадаченный словами следователя. Оказывается, его никто не вызывал, ошибка, наверное. Вероятно, именно растерянность явилась причиной того, что он не заметил белых ''Жигулей'', стремительно мчавшихся, когда он переходил дорогу. В Ташкенте такое движение...