Чтение онлайн

— Что? Нет! Не приплетайте сюда дедулю! Он достойный мужчина, а не вот это вот всё. К тому же прекрасно разглядел в вас личность, а не копию матери. Хотя, конечно, восхищен не меньше.

— Он не видит во мне мать? — встрепенулась Мурси.

— Нет. Сказал, что вы абсолютно на неё не похожи. У меня даже создалось впечатление, что старейшина посчитал вас умней Императрицы.

— Ничесе! Первый раз со мной такое! А еще что он про меня рассказывал?

— Муся! Давайте поговорим обо мне. Я ведь не хуже своего деда! И будущий старейшина тоже. И в прайде меня все уважают. Заслуженно. Да я за неделю отпуска решил вековечные вопросы. И дерево спилил, и свиней мы с вами разогнали, и котят спасли. Про меня даже поэты истории сочиняют!

— Морик, — рассмеялась Мурси. — Ты для меня мистер вселенский идеал! Неужели и к деду ревнуешь?

— И к деду, — тихо сознался Морган. — Ко всем. Вот вы злитесь на наставника за отказ от вас. Думаете, что у него наверняка есть кто-то другой. Не понимаете, почему вас оставили за бортом корабля, не взяли на вечеринку, чем вы не угодили. Это и есть ревность. Когда вы с таким интересом заговариваете за других, я начинаю переживать всё то же самое.

— Я не вещь, а живой человек! Не могу же я стать вашей тенью без права выбора.

— А ведь и Христов живой человек. Почему вы отказываете ему в праве выбора? «Делайте, как я говорю, а не так, как я делаю». Вот ваш девиз. Давайте вместе начнем менять отношение к ситуации. Я постараюсь уложить в голове, что не единственный во всем свете и даже обряд зачатие не гарантирует мне уверенности в завтрашнем дне, но и вы тоже примиритесь с мыслью, что Христов имеет возможность жить той жизнью, какую сам для себя выбрал. Даже если в ней нет места для вас.

— Мы вроде говорили о вас и деде, а не обо мне и наставнике, — ворчливо возразила Мурси. — Сейчас главное найти начало Пути.

И хоть ничего о предложении Моргана капитан не сказала, всё же катар уловил, что прозвучавшие последние слова заставили её крепко призадуматься. Если она только обработает эту застарелую травму колто-спорами, если подсушит, заживит и забудет о ней, то возможно больше никогда не захочет знать истинную мотивацию наставника и в принципе выкинет его из головы. А там сразу же поселится Морган! Зря он вообще начал про «поговорить начистоту», сам себе вырыл ловушку, в которую тут же с разбегу запрыгнул. Хотел как лучше, сделать Мусю счастливой, но совсем не учел, что это может сделать несчастным его.

Капрал с радостью подхватил нить рассуждения о начале Пути, уводя подальше от болезненной для обоих темы. С удовольствием капитан и Морган начали строить различные гипотезы о том, что же имел в виду Христов, куда теперь стоит направить расследование, какая вообще складывается картина захвата Галактики Инквизицией. Еще долго они сидели на одном месте, постоянно перескакивая с одной темы на другую, но соблюдая рамки рабочих вопросов.

Наконец, рассвело. Об этом вначале оповестил будильник, трелью разлетевшись своим сигналом по канализации и вернувшись обратно с эхом, а потом появился и яркий солнечный свет. Желтый, живительный он сквозил через люки в потолках гораздо интенсивней, чем лунный, и делал мир чуточку мягче и отрадней, чем тот казался ночью. Мурси огляделась, размялась и будто бы каких-то пару часов назад не испытывала острого приступа паники от канализационного тоннеля, самоуверенно пошлепала по вонючему ручейку вверх, утягивая за руку за собой капрала.

До «дароносицы» путь прошел незаметно и в тишине. Наговорившись за ночь, оба путника теперь осмысляли услышанное. Моргана клонило в сон, но не столько от усталости, сколько от монотонности. Однако стоило ему встать под очередным колодцем, как свежий колючий воздух привносил бодрость и мутная пелена в голове рассеивалась. Мурси же, наоборот, будто бы расцвела, раскрылась, и с каждым её шагом улыбка на лице становилась всё шире, а азартный огонёк в глазах попеременно вспыхивал, выдавая моменты, когда воображение капитана рисовало красочное развитие предстоящих событий.

За двумя предсказанными озерцами их ожидал очередной крутой подъем, практически отвесный, но совсем короткий и упирающийся в раздвижные двери, огороженные коваными воротами. Яркий блеск начищенного металла, переливающегося в полосе света, выдавал кромнецин. Кому понадобилось тратить столь драгоценный сплав на украшение канализации, Морган даже представить себе не мог. Вдобавок этот кто-то стянул ставни массивной железной цепью, скреплённой на концах навесным кодовым замком.

Замысловатый узор полотен изображал цветы, переплетающиеся между собой и тянущиеся продолговатыми бутонами к верху. Растение точно с Земли, катар видел его в справочнике, когда только догадался, что капитану нравится всё землянское и хотел при случае блеснуть знаниями. Но было это слишком давно, поэтому воскресить в памяти название или хотя бы семейство он не смог. В любом случае, ворота смотрелись красиво, утонченно, точь в точь как административные двери в дорогих домах на Зарексе. И от этого совершенно неуместно.

— Приплыли, — наморщила нос Мурси. — Это что — лифт? До Дракона?

— Похоже на то, — озадаченно подтвердил Морган. — Чушь какая-то. И нет кнопки вызова?

— Не пойму, лилии тут зафигачены шоле? — пробормотала капитан, вглядываясь в цветы. А потом повернулась к подъемнику спиной и принялась со всей силы стучать по ним пяткой, при этом громогласно вопя: — Открывай Дракон, мутант пришел!

От её ударов цепи невыносимо дребезжали, бряцал навесной замок, а на дверях лифта оставались вмятины. Узорная ковка не просто погнулась, она молниеносно разорвалась в особо тонких местах. Морган весь сжался от ужаса. Это же могло быть историческое достояние, просто перенесённое в неподходящее место! Кощунство портить его таким образом. А если капитан настолько погнет дверь, что та просто-напросто отвалится? И он поспешил остановить Мурси, оттаскивая за ремень.

— Капрал, не мешайте, я лучше знаю, как наносить вежливые визиты! Я же землянского происхождения. К таким людям как Дракон нужно являться с помпой! — капитан ухватилась за решетку и потрясла её со всей силы, крича: — Впустите! Я пришла с миром!

Морган так и не понял, причем тут насосы и как они относятся к вежливым визитам на Земле, а спросить не успел, так как откуда-то сверху донеслась слабая суета, шорох и сразу следом приглушенное:

— Жить надоело? А если спущусь?

Мурси бросила победоносный взгляд на Моргана, вздернула гордо подбородок и, пользуясь его минутным ступором, отпихнула подальше от ворот. Выдернула их психосилой, разжала двери лифта и заглянула в шахту.

— Капитан! — проскулил Морган. Как ножом по сердцу для него было смотреть на такое неуважение к объекту культуры, пусть даже и землянской. И он только и смог, что повторять, как заведенный: — Вы ужасная, ужасная женщина!

— А ты и спустись! — проорала Мурси, задрав голову вверх.

— Ты там казенное имущество попортил? Ну, сейчас кому-то не поздоровится!

Трос ожил, двери опять съехались, едва капитан успела вытащить голову, и послышался звук приближающейся кабины. Морган приготовил бластер, а сама Мурси встала рядом с проемом и вытащила кинжал, ожидая момента, чтобы наброситься на тех, кто внутри. Лифт со звонким щелчком остановился. Издавая чудовищный скрежет, двери раздвинулись, и из ярко-освещенных внутренностей показался неестественно бледный, действительно с серебристыми губами, но в то же время вполне симпатичный молодой парень, почти мальчик. Он в замешательстве посмотрел на валяющиеся внизу искорёженные ворота, а потом перевел взгляд на направленный Морганом бластер.

— Едем к Дракону! — зловеще оповестила Мурси, приставляя кинжал к незащищенному горлу, и скользнула в лифт, выхватывая на ходу копье из рук парня и бросая его к воротам.

Кабина начала подъем и катару представился шанс лучше разглядеть их провожатого. Одет парень был в просторные брюки из современной синтетики и массивные военные сапоги, но торс оставался голым. Кого-то берсеркер Дракона напоминал, где-то Морган видел уже и эту странную физиономию, и комплекцию, и даже оранжевые штаны. Странным казалось и то, что его бледная кожа в некоторых местах и впрямь будто гнила. На правой стороне спины скучились язвы, напоминающие маленькие вулканы, на лбу железными скобами прихвачены края расползающейся раны, из которой супротив ожиданию не виднелось крови, а только такая же бледная жижа, выступающая едва заметными каплями из жерла гнойников. Глаз зацепился за выжженное клеймо на шее под затылком — всё тот же дракон, что и на флаге.