Чтение онлайн

Пред ними предстал кусочек леса, олицетворяющий собой совершенно другой мир. Белые деревья, погружающие всех прибывших в молочный свет собственного сияния. Конечно же, в деревьях не было и грамма хрусталя, однако красоту самого их существования по-другому было не описать. Участники спустились на землю и, опьянённые светом деревьев, не спеша направились вглубь рощи.

— Что это? Фосфор? — вопрос Умы заставляет Ким вздрогнуть.

— Без понятия, — пожимает плечами девушка. — Можно посмотреть в гербарии.

— Не стоит, — юноша вдыхает полной грудью, желая впитать свечение. — Пусть это останется маленьким чудом природы.

— Тссс! Слышишь?

Неподалёку доносятся странные клокочущие звуки вперемешку с треском. Товарищи, прячась за стволами, пытаются вычислить источник шума. Ума ухмыляется:

— Это дикие куры.

— Куры? — слегка разочарованно протягивает Ким.

— Эй, что за тон, ты посмотри на их размеры. Одной особи хватит, чтобы накормить половину нашей команды. Жаль, конечно, что их нет в списке, однако если мы захотим перекусить, то будем знать, куда вернуться.

Чтобы не нарушать покой птиц, участники удаляются без лишнего шума, в намерении обойти всю рощу до полного захода солнца. Конечно же, времени не хватает, однако они остаются довольны и тем, что успели увидеть.

— Знаешь, я подозревал, что ты не так проста, — юноша наконец-то решается озвучить давно терзавшие его мысли. — Однако ты двигаешься ничуть не хуже, чем я в своей лучшей форме, а монахи в Лиан-Чжунь вытачивали мои движения самыми садистскими способами. Интересно было бы посмотреть, кто из нас пришёл бы первым, не будь мне так хреново.

— Это комплимент или оправдвние?

— Хах, скорее обвинение. Ким Лилиас, ты не показываешь всё, на что способна, и я обвиняю тебя в том, что ты не используешь свои навыки, чтобы лишить меня звания капитана.

— Что ж, — улыбается Ким, — тогда однажды нам придётся устроить забег, и победитель получит всё.

— Да, только ты должна будешь бросить мне вызов, я же капитан, я не могу… и по возможности не чурайся театральности… и побольше обвинений.

Товарищи смеются, покидая хрустальную рощу, и начинают поиски пригодного для ночлега места. Сначала они думают разместиться между гигантских корней, однако они оба опасаются диких животных, поэтому решают снова забраться на верхние уровни леса. Там они находят гигантское дупло, больше похожее на пещеру. К этому времени на небе появляются первые звёзды. Конечно, это не чарующее сияние хрустальной рощи, однако тоже красиво.

— Я слышала, — говорит подруга, попутно раскладывая термоодеяло, — что все собранные участниками ингредиенты будут проданы на аукционе, а деньги направлены в фонд восстановления заброшенных колоний.

Ума допивает баночку походного пайка, кривится и срывает этикетку, выпуская нанобактерий, пожирающих банку в считанные секунды.

— Очередной красивый жест со стороны ассоциации. Вероятно единственное, чего они боятся, так это потери лица.

— Каждый должен чего-то бояться, — кутаясь в одеяло, сонно бормочет Ким.

— Должен, — соглашается юноша, кладя на язык антисептические пилюли для полости рта.

— А ты чего боишься?

— Слабости, — прыгая в свой спальный мешок, отвечает Ума.

Они ещё успевают обменяться парочкой стандартных фраз, прежде чем усталость берёт верх и погружает их в мир сновидений.

И тут же Ким вырывают из приятной дрёмы самым наглым образом: в неё кидают одеяло. Девушка, ещё не понимая, что происходит, рефлекторно пытается уклониться, однако безуспешно. Переполненная негодованием она вскакивает, готовая пустить в ход уже выхваченные боевые спицы. Но злость рассеивается, как только солнечный свет ослепляет соню.

— Уже рассвело, — смеётся Ума, заплетая свои волосы в косу.

— Я не выспалась, — жалуется Ким, — ты что-то кричал во сне, и я не могла нормально уснуть.

— Ну, тереть ты можешь всем рассказывать, что я всю ночь не давал тебе спать.

Взмах руки — в шею монаха летит игла, точно в один из болевых узлов. Змей девяти искусств не глядя перехватывает спицу, крутит между пальцами и лёгким броском возвращает её хозяйке.

— Теряешь хватку, — улыбается Ума, — я дважды на один приём не попадусь. Собирайся, завтракай, сходи в туалет: скоро выдвигаемся.

— Куда? — расчёсываясь зажатыми в кулак спицами, спрашивает подруга.

— Недалеко отсюда есть плато — я хочу кое-что проверить…

Тесса и Кун

Тессе здесь не нравилось. Ей не нравились насекомые, не нравилось отсутствие душа, порой тишина леса (как и его звуки) слишком сильно на неё давили. Духота, большие расстояния, которые им приходилось преодолевать пешком, незнание местности и неспособность подмечать следы и растения — всё это вынуждало даму корчить недовольные мины.

Однако Кун этого не замечал. Казалось, поддавшись ностальгии, кросс-хантер забыл о существовании напарницы. Охотник то и дело останавливался у деревьев, касался их, слушал, чуть было не обнимал. Он внимательно изучал растения, пробовал на вкус травинки, искал следы. Один раз он даже съел кусочек красно-белого гриба, который в гербарии был помечен как «непригодный для принятия в пищу», однако следующая за ним девушка не стала ничего говорить. По сути, поведение Куна только и позволяло ей поспевать за ним.

Хантеру нравилась сложившаяся ситуация. Ему нравилось, что высокотехнологичные аппараты не были способны собирать капризные плоды. Ему нравилось, что людям приходилось вручную добывать тот или иной ингредиент, требующий особого подхода и внимательного изучения. Ему даже приносило удовольствие недовольство напарницы, оказавшейся в лесу первый раз и ещё не понимающей всей прелести единения с природой. Конечно, порой охотнику хотелось, чтобы с ним в паре оказался безмолвный авинец, но всё же ворчание Тессы не позволяло окунуться в уныние минувших дней.

Через пару часов Кун пришёл в себя. Снова стал сосредоточенным и замкнутым. Он вывел подругу к подобию природного шалаша, полученного ввиду прихоти сплетения лиан, и оставил её там охранять ингредиенты.

— Какие ингредиенты?

— Увидишь, — кажется, губы хантера исказились в подобии улыбки, прежде чем его воинственный силуэт исчез в зарослях.

Девушке ничего не оставалось, как томиться в ожидании. Ей казалось, что на неё вот-вот нападут дикие звери. Она то и дело оглядывалась, вздрагивала при каждом шорохе и уже подумывала о наказании для сурового охотника, пока не послышался треск, и перед одинокой воительницей не вырос знакомый силуэт Куна. Все злобные мысли исчезли, как не бывало, необъяснимая радость заполнила сердце, Тесса даже была готова броситься на шею наглецу.