Чтение онлайн

– Этого делать нельзя. Они пока на низком уровне развития. Наверняка разрушат гробницу и растеряют кристаллы с памятью, оставленной им «могучими». А понадобится им эта память, когда они доживут до такого времени, что смогут понять и использовать ее.

Федор с Афанасием, Васей и ПИПом слетали на космотанке в то место, где предположительно находилась действующая гидроэлектростанция. Нашли ее разрушенные останки в пустотелой пещере у подножья невысокой скалы. Турбина работала. В пещере пахло гарью. Под ногами то и дело вспыхивали фейерверки искр.

– Стоп! – приказал Федор. – Дальше не ходить! Можно замкнуть на себя электрический разряд.

Он поколдовал в ржавом мусоре сгнивших проводов и разложившейся от времени изоляции, присоединил к одному из сохранившихся концов кабеля принесенный с базы длинный провод, взял небольшой отрезок бамбукового ствола в виде трубки и намотал на нее проволоку. Затем поместил в бамбуковую трубку какую-то металлическую деталь, вроде гвоздя, и прикоснулся свободным концом намотанной на бамбуке проволоки еще к одному изъеденному временем кабелю. От места соприкосновения концов брызнули искры, а железный гвоздь, помещенный в бамбуковую трубку, со свистом вылетел из нее.

– Вот тебе, Вася, еще одно физическое явление. Металлический стержень, это ферромагнетик. По проводу, накрученному на трубку, течет ток и создает сильное магнитное поле. Ферромагнетик выталкивается магнитным полем и со свистом улетает.

– А где это может пригодиться?

– Как где? Так можно сделать электрическую пушку. Разогнал металлический снаряд в этом поле, он любое препятствие пробьет.

Валентина Сергеевна с Николаем Ивановичем все свободное время занимались по просьбе Федора составлением звукового словаря шарообразных. Они показывали аборигенам различные предметы и записывали их звучание. Для того, чтобы получить в обычном звуке то, что произносят шарообразные электромагнитными колебаниями, Федор соорудил простейшее устройство, подключил это устройство к компьютеру, и началась работа по дальнейшему изучению местного словаря. Иногда к этой интересной работе подключались ПИП и Вася. Вася получил разрешение управлять космотанком, укомплектованным батискафом, с условием уходить на батискафе не далее километра от берега озера. В космотанке разместились Вася, ПИП, Николай, Валя и пять шарообразных во главе с шариком. Дядя Коля показывал шарообразным окружающие предметы: деревья, горы, холмы, ямы, облака, растения, различных животных, молнии, воду, камень, и так далее. Все, что попадалось на глаза. Шарообразные называли все это на своем языке. Изображение предмета и название запоминались компьютером. Труднее было договориться с шарообразными о том, как звучат такие понятия, как горячо, холодно, больно, вкусно, высоко, низко. Но вскоре, с горем пополам, и эти понятия нашли свое звучание. Важно было, чтобы потом дядя Федя мог найти из букваря «могучих» те же самые предметы и понятия, но уже с обозначениями знаками их алфавита. Вот тогда можно будет услышать, как звучат те или иные знаки этого алфавита.

Через два дня Федор посчитал, что работа составителей местного словаря выполнена достаточно полно, чтобы каждый знак из азбуки «могучих» имел свое звучание, и можно будет спокойно составлять программу перевода нашего языка на язык «могучих» и наоборот.

– Лишь бы теперь компьютер где-нибудь не уронить, – сказал дядя Коля, – если уроним, вся работа насмарку.

– Не беспокойтесь, у меня все это вот тут, в моей ПИПовской памяти, – улыбнулся ПИП и постучал по своей металлической голове.

– ПИП, значит, ты теперь можешь без аппарата-переводчика с шарообразными разговаривать? – спросил Вася.

– Нет, не могу. Во-первых, потому что они разговаривают электромагнитными сигналами, а во-вторых, на их языке язык сломаешь.

– ПИП, а мы вечером поговорим о том, как шарообразные разговаривают? И не только шарообразные, но и «могучие».

И вечером Вася с ПИПом стали подробно разбираться с языком «могучих».

– Давай, Вася, – начал ПИП, – вспомним последовательно, как все было. Сначала дядя Коля нашел в нервных узлах шарообразных включения из магнитных материалов. Появилось предположение, что они разговаривают с использованием электромагнитных волн. Твой папа, который тогда был на главной базе, дал команду дяде Феде включить широкополосный приемник этих волн. Оказалось, что атмосфера насыщена электромагнитными сигналами. Но дядю Федю интересовали только повторяющиеся сочетания сигналов, чтобы отличить сигналы живых существ от других многочисленных природных сигналов. Он нашел множество таких сигналов в диапазоне частот в пять тысяч раз выше диапазона наших звуковых волн, то есть до ста тысяч килогерц. А тысяча килогерц – это уже миллиард герц, то есть мегагерц.

– Подожди, ПИП, объясни про килогерцы.

– Хорошо. Допустим, ты сидишь на берегу тихого озера. Тебе скучно. Ты взял да и бросил в озеро камень.

– Ага, и пошли круги.

– Вот именно, круги. А что такое круги? Это волны на поверхности озера. Вот они, эти волны, доходят до берега. Одна волна, другая, третья. Если эти волны ударяются о берег один раз в секунду, значит, частота таких волн один герц. Дядя был такой. Его Герцем звали. Он волны изучал. В основном, электромагнитные. Так вот, если два раза в секунду, то два герца, а если тысячу раз в секунду, то это уже целый килогерц. Значит, что такое кило? Это тысяча. Килограмм это тысяча грамм, километр это тысяча метров, а килогерц это частота в тысячу герц. Так вот, звук, который распространяется по воздуху, может иметь разные частоты. Махнул, например, ты рукой два раза в секунду, вот тебе и воздушная волна частотой в два герца. Только ты ее не слышишь.

– Ага, зато обмахнулся и прохладно.

– Конечно, ты эту воздушную волну чувствуешь, но не слышишь. И только, когда какой-нибудь вентилятор начнет толкать воздух с частотой в несколько десятков этих самых герц, ты услышишь шелест. Если частота увеличивается, ты услышишь гул. Еще выше частота – нормальный звук, еще выше – свист. И когда частота достигнет двадцати килогерц, то есть двадцати тысяч герц, ты услышишь тоненький писк.

– Как будто мышонку на хвост наступили?

– Примерно так. А дальше ты уже ничего не услышишь. Там начинается ультразвук. Теперь понятно, что такое килогерц?

– Понятно.

– Тогда слушай дальше. Сидит дядя Федя рядом со своей аппаратурой, а у него на экране какофония электромагнитных сигналов в диапазоне от сотен тысяч герц до ста мегагерц. Как бы их услышать, эти сигналы? А как их услышишь? Они же электромагнитные, да и частоты в пять тысяч раз больше наших звуковых. И тогда он изготовил приемник-преобразователь электромагнитных сигналов в звуковые с уменьшением частот в пять тысяч раз. Собственно, и изобретать-то ничего не надо было. Все уже давно изобретено. Когда папа с тобой по радиосвязи разговаривает, он говорит звуками, которые преобразуются в электромагнитные колебания, а у тебя в приемном устройстве снова преобразуются в звуки. Так вот, когда дядя Федя преобразовал электромагнитные волны в звуковые, какофония электромагнитных сигналов на экране его приемника сменилась какофонией звуков. Ну, ничего не поймешь. Тогда дядя Федя подключил эти звуковые сигналы в компьютер, и тот стал отличать одни звуковые сигналы от других. Примерно так же, как ты отличаешь голос папы в толпе одновременно говорящих людей. И компьютер обнаружил закономерности в этих бесчисленных звуках. Один, например, бормотун что-то произнес, а другой, другим голосом, ему ответил. Потом снова первый, и снова другой. Компьютер стал разбираться в построении фраз, и по логике разговорной речи начал понимать значение отдельных слов. Например, один говорит: «Су, су… важ, важ! Зежи… зежи!» Исследуя психологическое состояние говорящего, с помощью новейшей аппаратуры тети Вали компьютер сделал предположение, что «су… су» означает «там… там», «важ… важ» означает какое-то страшное животное, а «зежи… зежи» означает “опасно… опасно”. В это время мы уже познакомились с обитателями планеты, и нам стало ясно, что «важ» – это и есть блинообразный.

Так, шаг за шагом, появился первый словарь шарообразных, который дядя Федя передал тогда в аппарат тети Вали.

– ПИП, значит, аппарат тети Вали переводит наши человеческие слова в слова шарообразных?

– Да, да. Правильно. А потом, наоборот, переводит звуковые сигналы в электромагнитные. К тому же, с увеличением частоты.

– Вот здорово!

– Но это, Вася, только начало. Потом дядя Федя в храме показал нам записи «могучих» в голубом кристалле, где хранятся изображения многих предметов с их обозначениями буквами алфавита «могучих». Например, стоит во весь рост «могучий», а рядом запись буквами их алфавита.

– А какие это буквы?

– Давай, Вася, возьмем лист бумаги, напишем небольшую табличку из некоторых самых знакомых нам слов, а рядом запишем, как эти слова пишутся буквами «могучих». Обозначим эту табличку номером один.

ПИП с Васей устроились за столом, и ПИП стал тщательно выписывать таблицу, стараясь не ошибиться в написании букв алфавита «могучих».

– Смешные буквы, закрученные какие-то, – сказал Вася.

– Закрученные – это у них, в основном, гласные, протяжные.