Чтение онлайн

– Откуда ты, брат?

– С юга, – лаконично ответил тот.

– О, надо же, неужто с юга? – переглянулись остальные. – Нынче там жарковато, верно?

– Что есть, то есть, – нахмурился новоприбывший, принимая чашу. – Что ни день – то сражение. Такое и впрямь не всякому под силу вынести.

– Одного не понимаю, – вставил кто-то из угла, – ведь хребет Цанцюн и дворец Хуаньхуа принадлежат к четырём величайшим школам совершенствующихся, так почему от них в последнее время столько бед? Ученики одной не могут пройти мимо адептов другой, не затеяв потасовки, – почему бы главам школ не призвать их к порядку?

– Сколько лет ты проторчал в этом богами забытом месте, где даже птицы не гадят? – заметил Лу Лю. – Уж явно чересчур много, иначе знал бы, что адепты этих школ не дают друг другу спуску с полного одобрения своих глав!

– Как же так? Лю-гэ, не мог бы ты пояснить поподробнее?!

– Это не так-то просто, – прочистив горло, начал Лу Лю. – Вы, ребята, хотя бы в курсе, кто нынче во главе дворца Хуаньхуа?

– Я слышал, что какой-то выскочка.

– Если уж Ло Бинхэ – выскочка, – сухо усмехнулся Лу Лю, – то такие, как мы с тобой, и вовсе пустое место. В двух словах и не расскажешь о том, кто такой Ло Бинхэ. Он – выходец с хребта Цанцюн и некогда был личным учеником главы пика Цинцзин Шэнь Цинцю. В те дни он занял первое место на собрании Союза бессмертных. Это было поистине впечатляюще.

– Раз он с хребта Цанцюн, каким же ветром его занесло на пост главы дворца Хуаньхуа? – с сомнением произнёс кто-то.

– После собрания Союза бессмертных Ло Бинхэ таинственным образом исчез на три года. Никто не ведал, где он был и чем занимался всё это время. Шэнь Цинцю тогда заявил, будто его ученик погиб, и прочие не видели смысла сомневаться в его словах. Кто же знал, что три года спустя он с триумфом объявится во дворце Хуаньхуа, причём с ходу заняв одну из самых влиятельных позиций? Тогда-то Шэнь Цинцю и уничтожил себя из-за него в городе Хуаюэ.

– Я никогда не понимал, – не преминул заметить новоприбывший, – этот Шэнь Цинцю был ложно обвинён или он и вправду заслуживал смерти?

– Как знать, – дипломатично ответил Лу Лю. – Адепты хребта Цанцюн готовы стоять друг за друга насмерть против угрозы извне, а потому тут же изобьют любого, кто посмеет хотя бы упомянуть об этом. По правде, они всегда этим грешили – единство школы для них стоит превыше справедливости. Они не терпят обсуждения даже столь очевидных вещей, как предательство и бегство главы пика Аньдин Шан Цинхуа, переметнувшегося к демонам. В общем, вскоре после происшествия в Хуаюэ власть во дворце Хуаньхуа перешла в другие руки: старый глава удалился на покой, и теперь вы даже тени его не сыщете, а Ло Бинхэ вознёсся на пост главы школы, убивая любого, кто этому противился.

– И всё из-за одного-единственного мертвеца, – пробормотал кто-то.

– Не стоит недооценивать роль этого мертвеца, – со значением возразил Лу Лю. – Шэнь Цинцю не просто принадлежал к школе Цанцюн, но и был главой второго по старшинству пика. Само собой, его тело следовало захоронить на заднем склоне пика Цинцзин, рядом с местом упокоения его предшественников – но проблема состоит в том, что Ло Бинхэ отказался вернуть его тело на родную гору.

Все тотчас представили, как Ло Бинхэ бичует труп, выставляет его на всеобщее обозрение и занимается тому подобными вещами, – и волосы у них встали дыбом.

– Раз он не отдаёт тело добром, почему бы хребту Цанцюн не забрать его силой? Ведь у них есть глава пика Байчжань!

– Ло Бинхэ ему не по зубам, – развёл руками Лу Лю.

– Что?! – Картина мира многих присутствующих была в одночасье разрушена до основания. В сознании простых людей глава пика Байчжань был кем-то вроде непобедимого бога войны, так что у них попросту в голове не укладывалось это «не по зубам».

– Вы что же, не слышали? – удивился Лу Лю. – После событий в городе Хуаюэ глава пика Байчжань Лю Цингэ бесчисленное множество раз сходился с Ло Бинхэ в поединке – и не одолел его ни разу! Но и это ещё не всё. Доставив тело Шэнь Цинцю во дворец Хуаньхуа, всего несколько дней спустя Ло Бинхэ собственноручно похитил главу пика Цяньцао Му Цинфана!

– Но ведь пик Цяньцао всегда был далёк от мирских дел, ограничиваясь исцелением недужных и спасением умирающих, – удивлённо заметил кто-то, – чем они-то не угодили этому самодуру?

– Препроводив Му Цинфана во дворец Хуаньхуа под конвоем, Ло Бинхэ потребовал, чтобы тот воскресил Шэнь Цинцю, – поведал Лу Лю и со вздохом прибавил: – Но тело-то уже окоченело – что тут, спрашивается, воскрешать?

– Наблюдая со стороны за очередной схваткой, – заметил новоприбывший, – я слышал, как ученики хребта Цанцюн величают своих собратьев из дворца Хуаньхуа «прихвостнями демонов». С чего бы им говорить такое?

– Да всё потому, что адепты хребта Цанцюн от мала до велика по известной только им одним причине продолжают настаивать на том, что Ло Бинхэ – настоящий злодей из рода демонов, даже после того, как несколько настоятелей монастыря Чжаохуа тщательно обследовали Ло Бинхэ и подтвердили, что его духовная энергия в полном порядке. Две великие школы то и дело сталкиваются, порождая бесконечный круговорот мести, и эта вражда лишь разрастается. Как по мне, в один прекрасный день оба этих корабля перевернутся, и при этом никто не останется в живых. Так что, – добавил Лу Лю будто себе в утешение, – если подумать, не так уж плохо мы тут устроились, охраняя Границу: ни хлопот, ни тревог.

– И всё же я так толком и не понял, – вновь принялся недоумевать сидящий в углу человек, – что произошло между этой парочкой – учителем и учеником, раз это подобным образом отразилось на отношениях двух крупнейших школ?

– Ну, некоторые говорят, что тут замешана ненависть, что глубока словно море. Но есть и другое объяснение, которое лично мне, старику Лу, представляется более правдоподобным. Позвольте мне поведать вам… – Но только он собрался посплетничать всласть, как его прервал резкий стук в дверь.

Все в зале тотчас насторожились – куда только подевалась былая ленивая нега? – руки сами собой опустились на рукояти мечей и иное духовное оружие.

Немногочисленные местные жители всяко не стали бы искать смерти, слоняясь среди ночи. Что же до стражей Границы, то все они собрались здесь, за исключением тех, кто нёс дозор, но им ещё рано было возвращаться.

Никто не отозвался на стук, и некоторое время спустя раздалась ещё пара ударов.

– Кто там? – сурово потребовал Лу Лю.

Внезапно в зал проник порыв студёного, будто из иного мира, ветра, задув масляные лампы и свечи на столе. Комната погрузилась в кромешный мрак, освещаемая лишь неверными красноватыми отсветами от углей очага.

На затянутом бумагой окне двери проступил силуэт мужчины с мечом за спиной. Раздался сильный и ясный голос:

– Лю-гэ, это я. Сегодня слишком холодно, так что я решил вернуться пораньше. Впусти-ка меня поскорее, чтобы я мог согреться чашей вина.

Стражники вздохнули с облегчением и тут же принялись его бранить: